Часть вторая. Глава 14
Ляна уже спала. Олеся погладила дочь по голове, укрыла пледом и прошла в свою комнату. Она взглянула на себя в зеркало и включила камеру: «Всем привет, дорогие друзья! Вот и вернулись мы из Парижа, но случилась беда. К счастью, всё плохое позади и я решила поставить вас в известность. Не теряйте нас. Мы пока не будем выкладывать новые блоги, потому что Тёмочка ещё в реанимации. Я буду держать вас в курсе событий, но видео с отдыха будут позднее. Надеюсь, вы понимаете. Я хотела бы сейчас передать слова огромной благодарности нашему спасителю. Донору, который согласился помочь моему ребёнку. Он, к сожалению, не захотел сказать даже своего имени, но я надеюсь, что если не он сам услышит, то возможно, кто-то передаст, что я всем своим искренним сердцем благодарна ему, от всей души желаю безмерного счастья и крепкого здоровья. Такие люди должны быть счастливыми, иначе просто быть не может. СПАСИБО ВАМ ОГРОМНОЕ, ДОБРЕЙШИЙ ЧЕЛОВЕК!». Последние слова Олеся сказала со слезами на глазах и выключила камеру. Она наскоро смонтировала видео и загрузила на канал.
Вернувшись из ванной, Леся увидела несколько оповещений. Подписчики писали слова поддержки, пожелания скорейшего выздоровления, но одно сообщение привлекло особое внимание Олеси: «Кровь первая отрицательная?». Это был Скиталец. Что-то вдруг кольнуло в груди, Олесе захотелось выяснить, кто он и почему его интересует группа крови её ребёнка. Она перешла на канал Скитальца. Ничего интересного. Регистрация от даты, когда он подписался на её канал. Других подписок нет, а в понравившихся видео только Лесины. Лица на аватарке невозможно было разглядеть, его сильно затенял черный капюшон, натянутый до самого носа.
Олеся удалила его сообщение. И принялась ходить из угла в угол: «Кто ты? Очередная чья-то шутка? Кому же я дорогу перешла? Зачем? Нет, я не должна обращать внимание. Я справлюсь! Я всё смогу!».
Она достала из шкафа сумку с вещами Артёма, открыла, но тут же снова закрыла, и убрала обратно. Открыла мобильный альбом с его фотографиями и только теперь ясное осознание того, что Тёмочка - сын любимого мужчины, начало просыпаться. «Родной мой, любимый, не представляешь, насколько я счастлива! Тёмочка наш с тобой сын! Помнишь, как мы мечтали об этом? Прости меня, милый, прости! Я никогда не разлюблю тебя! Наш сын поправится, и мы всегда будем ждать тебя. Ты обещал мне в каждом сне вернуться, а я тебе верю. Я знаю, что когда-то мы будем вместе. Пусть даже через сотню лет, но я дождусь!». Олеся впервые за всё время разговаривала с Артёмом, глядя на его фотографию, без слез. Радость от сегодняшней новости переполняла всё её существо. Она готова была вспорхнуть и парить над вселенной, делиться счастьем и всем кричать о том, что Тёма – ЕГО сын!
Спать совсем не хотелось, но Леся понимала, что сыну она нужна здоровой, бодрой и весёлой. Она легла и, погрузившись в позитивные мысли о сыне, уснула. Артём уже ждал её во сне и сразу крепко обнял: «Спасибо за сына, милая! Я счастлив. Я всё сделаю, чтобы скорее к вам вернуться. Я теперь горы переверну. Любимая, жди меня!» Не успев насладиться мгновениями, Олеся проснулась от звонка будильника. Очень хотелось продлить сон и ещё хоть немного побыть с Артёмом, но нужно было бежать в больницу.
—Мамуля, можно с тобой к Тёме? Я так скучаю! — потягиваясь, Ляна вышла из комнаты.
— Нет, доченька, пока нельзя. Но как только в палату переведут, тётя Вера тебя сразу привезёт. Завтрак готов. Будь умницей, я позвоню!
Зазвонил домашний телефон. Олеся поспешно ответила.
— Олеся, здравствуй! Это Маргарита Евгеньевна. Я уже дома. И хочу ещё раз поблагодарить. Ты просто спасла меня. Я сегодня же примусь за восстановление документов и как только всё оформлю, сразу же деньги верну.
—Маргарита Евгеньевна, я должна вам сказать, что Тёмочка ваш внук и он сейчас в больнице. Я спешу, простите.
—Ма-а-ам? — Ляна мгновенно взбодрилась, — мне не послышалось? Почему я только сейчас об этом узнаю?
— Я хотела рассказать тебе немного в другой обстановке, попраздничнее, что ли.
— Да, мама, какой праздничнее. Это же просто счастье! Ты не можешь себе представить, какая это радость.
Ляна обняла мать и восторженно вскрикнула.
— Ну, всё, всё! Мне бежать пора. Я, если честно, сама не совсем приняла этот факт и боюсь не вынести такого счастья, поэтому стараюсь сдерживать эмоции.
В больницу Олеся успела вовремя. Сынишка как раз только-только начал просыпаться. Доктор вошёл в палату:
— Вообще, в реанимацию мы никого не запускаем, но для вас сделали исключение, чтобы ребёнка обезопасить от волнений. Ему нужны сейчас только положительные эмоции. Да и, наверное, после обеда, переведём уже в обычную палату. Показатели все приходят в норму, что очень удивительно. Кровь идеально подошла. И кстати, вчера вечером ваш донор упросил пропустить его увидеть мальчика. Беспокоится. Ну, конечно же, в палату его не пустили, а в окошко заглянуть позволили.
Олеся посмотрела на доктора и осторожно спросила:
— А он так и не решился открыть своё имя?
—Нет, это исключено, я не могу, и не просите.
—Хорошо, не буду.
Олеся попыталась что-то скалькулировать в голове, но все мысли возвращались к малышу.
— Привет! Родной мой, как же ты нас напугал! Всё будет хорошо, скоро домой вернёмся! И больше никогда болеть не будем, да? Никогда.
Малыш улыбался своей несравненной улыбкой, согревающей душу и напоминающей о его отце. Олеся не могла понять, где были её глаза, почему она не замечала эту улыбку, до боли родную и милую. Так улыбаться мог только Артём. И Тёмочка очень похож на него, но она была настолько уверена, что ребёнок Бориса, что не замечала элементарных вещей.
—Солнышко моё! Я так тебя люблю! Ты моя радость, моё счастье, мой свет!
Сынишка вёл себя спокойно и выглядел гораздо веселее.
После обеда пришли результаты анализов и Тёму перевели в обычную палату. Олесе разрешили оставаться с ним, и она попросила Веру побыть с Ляной эти дни.
Вечером в палату тихо постучали. Олеся вышла. Пришла Маргарита Евгеньевна в сопровождении мужчины.
— Олесенька, мы так счастливы! Ты позволишь нам видеть внука? Это папа Артёма, мы решила снова жить вместе, исправить прежние ошибки, так сказать. Жаль, что одну ошибку не исправить никогда, — она утерла слёзы.
Олеся тяжело вздохнула.
—Я рада за вас. Верю, что у вас всё получится. А к внуку, ну конечно, приезжайте!
—Спасибо тебе, Лесенька, Анюта тоже попросила извинения передать, и желают мальчику здоровья крепкого. Ты не держи на неё зла…
—Да я всё понимаю. И моей вины в том, что случилось, гораздо больше. Себя никогда простить не смогу.
Родители Артёма вошли в палату. Тёмочка спал. Они немного постояли у кроватки.
—Копия папы! — заметил дедушка.
—Да я не понимаю, как я могла не замечать этого сходства. Хотя, постоянно приходили навязчивые мысли, но я считала, что это плод моих воображений. Уж очень мне хотелось, чтобы это был сын Артёма.
Бабушка с дедушкой ушли, а Олеся присела на край кроватки и нежно погладила сына по головке, такой маленькой и такой родной.
Утром приехали Вера и Ляна. Тёма больше всех обрадовался сестрёнке. Он весело ей что-то объяснял по-своему, а она протянула ему крольчонка:
—Держи! Это подарок папы!
Ничего не понимая, малыш просиял и прижал к себе пушистого милаху.
Уже через пару дней ребёнка выписали из больницы, но при условии, что дома будут принимать лекарства строго по назначению, и пару раз в неделю нужно будет являться в больницу.
Олеся соблюдала все назначения врача, кормила ребенка только диетическими продуктами, и в строго назначенное время повезла малыша сдать анализы.
В процедурном кабинете они сидели у окна. Олеся держала сына на руках, сама смотрела в окно, потому что не выносила вида медицинских инструментов. В скверике на заднем дворе гуляли пациенты больницы. Нескольких человек санитарки катали в колясках. Взгляд Олеси зацепился за мужчину, сидящего в кресле в черной олимпийке с капюшоном, натянутым до самого носа. «Скиталец?» Олеся попыталась приподняться.
—Не шевелитесь, пожалуйста, держите ручку. Сейчас, ещё секундочку, — вежливо попросила медсестра.
—Да, простите, — Олеся сильно нервничала и хотела поскорее уйти.
Как только процедура закончилась, она взяла сына на руки и поспешила во двор больницы. Но человека, в котором она узнала Скитальца, уже не было. Она подошла к девушке, сидящей на скамейке в одежде медработника.
—Простите, вы не видели, куда увезли человека в черной олимпийке, с капюшоном, в инвалидном кресле?
—Не знаю, я не обращаю внимание, кто здесь бывает, куда уезжает. Не видела.
Олеся медленно побрела в обратном направлении, оглядываясь по сторонам, но того, кого она желала бы увидеть, нигде не было.
Вернувшись домой, она накормила детей и пока Ляна играла с братиком, зашла на канал Скитальца, не раздумывая, написала сообщение: «Кто вы и что вам нужно?». Ждать ответа он не заставил, и уже через минуту замелькало оповещение. Олеся открыла, не в силах справиться с волнением: «Я ваш поклонник». Олеся смутилась, и все её надежды разбились, как волна, ударившаяся о скалы. Она немного подумала и набрала ответ: «Что вам нужно? Прекратите меня преследовать!». Следующее сообщение её слегка удивило: «И не подумаю. Ты должна быть счастливой, Олеся!»
В этот момент Леся вдруг поняла, о чём говорили ей близкие, предупреждая о славе. «Никогда не думала стать мишенью маньяка»… Олесе и раньше писали разного рода такие же странные сообщения о том, что она кому-то нравится и тому подобное, но она удаляла их и на этом всё заканчивалось. А этот человек отслеживает только её канал, скрывает своё лицо, интересуется группой крови сына. Неужели Скиталец и есть донор? Теперь Олеся не могла найти себе покоя.
Она не знала, как быть, поэтому позвонила Вере и попросила приехать. Выслушав рассказ подруги, Вера задумалась.
—Если честно, я не знаю, что тебе сказать! Мистика какая-то, на самом деле. Ты сама-то что думаешь на эту тему?
—Я сама уже не могу об этом думать, потому тебя и прошу помочь. Мне почему-то не страшно, понимаешь, и это настораживает. Как будто я чувствую притяжение к этому Скитальцу, как будто это Артём, понимаешь, до чего я уже докатилась.
—Ну, так давай отследим его, если это он гулял в больнице, и выясним.
—Как ты собираешься это сделать?
—Сяду в холле, там как раз окна выходят на прогулочную площадку и буду наблюдать. Примерное время прогулок выясним у санитарок, а можно и прямо сейчас.
Вера набрала номер в телефоне:
—Девушка, здравствуйте! Подскажите, пожалуйста, в какое время у вас больные гуляют? Которые в инвалидных креслах? Спасибо вам огромное! Спасибо! — Вера загадочно улыбнулась, — Ну всё, завтра с двенадцати до тринадцати тридцати посижу в больнице, подежурю.
—Спасибо, Верочка!
На следующий день Вера сделала, как обещала. Приехала в больницу в одиннадцать сорок, просидела до четырнадцати тридцати но никого похожего на Скитальца так и не было. Все пациенты гуляли в больничных пижамах, и ни одного - в чёрной олимпийке, да ещё с капюшоном!
Вера нашла доктора, который наблюдает Тёмочку и задала прямой вопрос:
—Где я могу увидеть донора, который сдавал кровь для сына моей подруги?
—Нигде!
Вера посмотрела на него взглядом лисицы:
—Ну, пожалуйста, нам это очень важно!
—При всем желании, ни чем не могу помочь. Его сегодня выписали.
—Как же так?! Ну а адрес его у вас ведь есть?
—Да что вы себе позволяете? Это пациент главного врача. Нет никакого адреса. И попрошу вас больше не являться сюда с этим вопросом.
Доктор поспешно удалился, а Вера набрала номер Леси и виноватым голосом сообщила:
—Ничего не вышло. Прости!
Слушать Роман "Не забывается любя Часть 2 глава 14:
