Часть вторая. Глава 13
Первые несколько дней в Париже пролетели, словно несколько часов. Оставалось совсем немного времени на то, чтобы насладиться местными развлечениями. С утра до вечера Леся с детьми проводили в детских парках, в отель возвращались уже к ужину и сразу же ложились спать. Время проводили очень весело. Тёма хоть и был ещё совсем маленьким, но и для него находились занятия, от которых оторвать малыша было порой невозможно.
Оставался ещё один день до возвращения домой. Леся проснулась очень рано и решила одна пройтись по улицам Парижа, сделать некоторые видеозаписи. Увлеченно передвигаясь по улицам, с камерой в руках, не замечая ничего и никого кроме объектов собственного внимания, Олеся вдруг услышала, как женский голос нерешительно позвал её. Она обернулась и не сразу узнала в женщине мать Артёма. Она стояла неподалёку, измученная и постаревшая. Седые пряди коснулись её волос, а глаза обрамили морщинки.
— Олеся? — неуверенно ещё раз спросила она.
—Да, это я… А вы как здесь? Почему?
Маргарита Евгеньевна несмело подошла к Олесе и опустила взгляд.
—Ты изменилась сильно. Похорошела… Хоть и видно следы постоянного горя, но следишь за собой… А я… Что я… Приехала отдохнуть больше года назад и перед самым вылетом домой украли сумку с документами, деньгами. В посольство обратилась, помогли. Бумаги вот дали какие-то, сказали, что по ним смогу домой добраться. А деньгами некому помочь. Билет купить не на что.
Олеся с сочувствием смотрела на неё и не знала, как её сейчас поступить.
—Как же вы живёте, где, на что?
—Хожу возле гостиниц, общаюсь с русскими. Немного помогают – кто, чем может. Хватает на оплату ночлега и питание скудное. А на билеты так и не смогла накопить. Отцу звонила, он мой голос услышал только и трубку бросил. Подруге одной позвонила, она ответила, что денег нет. А ведь я когда-то её выручила, у сына деньги взяла, что он копил на выпускной, и ей заняла, вернуть она так и не смогла. Другим даже звонить не стала. Знаю теперь, что такое «дружба». С сыном надо было строить дружеские отношения, а я… Да что теперь об этом говорить.
—Мы сегодня улетаем домой… Давайте, пройдём к нам в отель. Подумаем вместе, как быть.
Рита Евгеньевна посмотрела на Олесю сквозь пелену печальных слёз.
—Прости меня, Олеся, если б я могла повернуть время вспять. Не представляешь, сколько раз я мысленно молила о прощении тебя и Тёмочку. Скитаясь здесь, я многое осознала, всю жизнь разобрала, пересмотрела. Теперь всё было бы иначе, но время не вернуть…
***
Дети проснулись к возвращению Олеси и, увидев чужую женщину, Ляна смутилась, вопросительно глядя на мать, а Тёма спрятался за сестрёнку.
—Ляночка, это мама Артёма. Она попала в беду, ей требуется помощь.
Ляна кивнула:
— Проходите, пожалуйста.
Маргарита Евгеньевна остановилась и молча смотрела на Тёму, то и дело смахивая со щеки слезу.
—Проходите в душ, искупайтесь, и вот, — Леся протянула ей новую одежду, — это я для мамы, в подарок покупала, вам нужнее сейчас.
Маргарита Евгеньевна с благодарностью приняла вещи и вернулась из душа совершенно другим человеком.
— Ну вот, видите, вы снова стали прежней! А я для вас билет забронировала по вашим бумагам из посольства, правда, на завтра только.
—Спасибо тебе, Лесенька, и прости меня, очень прошу, прости. Каюсь я, всё что хочешь, отдам, только прости.
—Не корите себя так, мы все ошибки совершили непоправимые. Но я думаю, Артёму не понравились бы наши слёзы. Для него гораздо важнее любовь в наших сердцах. А у вас теперь ещё один сын есть. И внучка…
—Что? — глаза Маргариты Евгеньевны округлились, и Леся поспешила рассказать ей всё, что узнала от Аниной мамы.
—Боже мой, как же так… Я больше не позволю никому страдать. Я столько натерпелась здесь за это время, что хочу исправить всё, что натворила в своей жизни. Простите меня…
—Всё будет хорошо, — Олеся с большим трудом сдерживала слёзы, — идёмте в ресторан, и нам пора собираться. А вы уже завтра полетите домой.
После завтрака Ляна повела Тёмочку в игровую комнату, а Маргарита Евгеньевна посмотрела Олесе в глаза:
—Это сын Артёма?
Олеся смутилась и покраснела, а в глазах блеснула слеза:
—Нет, это сын моего мужа. Я когда от Артёма уехала, делала анализы, не была тогда ещё беременна. А очень жаль…
—Просто, твой мальчик, очень мне моего Тёмочку в детстве напомнил…
—Мне бы очень этого хотелось, но увы!
***
Расстались в аэропорту. Олеся оставила Маргарите Евгеньевне денег и пообещала помочь, если будет нужно.
В самолёте Артём ничего не стал есть, Олеся заметила слабое недомогание. Он вяло поглядывал на мать и постоянно дремал. Состояние малыша вызвало лёгкое беспокойство, но Леся утешила себя тем, что отдых и домашняя обстановка помогут восстановить силы.
Через некоторое время у Тёмы стали появляться тошнотворные позывы. Олеся пригласила стюардессу и та отметила, что у детей при перелётах это обычное явление. Малыш заснул на руках у матери, и Олеся чувствовала, как его дыхание учащается, а кожа слегка побледнела.
Пересадка в Москве занимала около полутора часов. Олеся всё время держала сына на руках, он спал. А когда просыпался, капризничал и жаловался на тошноту. От еды отказывался. В самолёте из Москвы Олеся ощутила, что температура тела сына повышается, дыхание становится тяжёлым. Она молила Бога о том, чтобы всё обошлось, чтобы это было несерьёзно.
Видя, что мальчику становится всё хуже, Олеся попросила бортпроводников связаться с аэропортом и вызвать к самолёту скорую помощь. Так и сделали. «Скорая» ждала и у трапа. Малыша срочно доставили в больницу. Температура сильно повысилась, началась лихорадка. Тёму забрали в реанимацию.
—Доктор, я не могу просто так здесь ждать. Скажите правду, что с моим ребёнком?
—Признаки дифтерии. Будем наблюдать. А вы пока ожидайте.
Олеся позвонила Борису и он, бросив все дела, уже через несколько часов примчался. Он обнял Олесю и тихонько прошептал:
—Всё будет хорошо! Держи себя в руках. Всё хорошо, слышишь? Помоги сынишке своей верой в лучшее.
Олеся кивала сквозь слёзы. В коридор быстрым шагом вышел главный врач:
—К сожалению, лекарства не помогают. Диагноз подтвердился. У ребёнка начинается отёк, дыхание затруднено. Срочно необходимо переливание одногруппной крови. Пройдите в процедурный кабинет.
Олеся с Борисом поспешили за медсестрой. Она быстро взяла у них кровь, и через несколько минут доктор вышел из кабинета:
—Ваша кровь не подходит! Где отец ребёнка?
Олеся непонимающе посмотрела на него:
—Вот же он…
—Это не биологический отец. У ребёнка первая группа резус фактор отрицательный, у вашего мужа вторая положительная, а у вас третья.
—Вы, вероятно, ошибаетесь, — Олеся посмотрела на мужа, а он отвел взгляд в сторону.
—Что здесь происходит? Кто-нибудь мне объяснит?
—После будете отношения выяснять, а сейчас время идёт на минуты. И ждать больше нечего.
— Я могу сделать срочное сообщение в блоге, уверена, найдётся донор…
— Счёт идёт на минуты, повторяю. Попробую сам всё решить. Есть у меня один пациент с нужной группой, я его недавно буквально с того света вытащил, надеюсь, не откажет, — говорил доктор на ходу, набирая в телефоне номер. Олеся бежала вслед за ним, но перед входом в отделение он резко развернулся:
—А дальше вам нельзя. Ждите и верьте в чудо!
Он захлопнул дверь и как будто ледяной ураган пронесся по телу Олеси. Она совсем ничего не понимала. Быстрым шагом вернулась к Борису и пристально посмотрела на него в упор.
—Что всё это значит? Ты что-то понимаешь?
Его растерянный взгляд забегал по сторонам, потом он обнял Олесю за плечи и отвёл в сторону.
—Присядь. Пожалуйста. Я постараюсь объяснить.
Олеся внимательно на него смотрела, пытаясь сообразить, что он ей может объяснить. Мозг отказывался выдавать какие-либо версии, подсознание молчало, а душа подсказывала, что впереди ждёт какая-то страшная тайна.
—Не томи, говори уже.
—Я… Тёмочка не мой сын. Это правда.
Олеся широко распахнула глаза, слов не было, смешанные, неуправляемые эмоции переполняли и пытались вырваться наружу. Она развела руками и молча смотрела на него, с вопросом в глазах.
—Это ребёнок Артёма. Я узнал об этом, когда тебя привезли в больницу с обмороком, помнишь. Я попросил врачей не говорить тебе об этом. Ты была в таком состоянии, что даже и не замечала признаков беременности. Я потянул немного время, а потом убедил тебя поехать в больницу, прежде договорившись с врачом, чтобы срок занизили, и ты бы не узнала правды. Я ведь не могу иметь своих детей. С Ленкой жили столько лет, а детей так и не было. А тут… Я подумал, что ребёнок нас сблизит, поможет тебе изменить ко мне отношение. Если бы Артём не погиб, я никогда бы так не поступил, и даже убедил бы тебя вернуться к нему, но мы ведь уже знали о трагедии.
— Как ты мог, — еле слышно произнесла Олеся охрипшим от волнения голосом.
—Прости, я понимаю теперь, что ты никогда его не разлюбишь, не забудешь, и мне уже не на что надеяться, но я люблю сына как родного. И Ляну люблю. И тебя… Я пропаду без вас…
—Не стоит. Потом всё обсудим. Сейчас ребёнок важнее всего.
—Ты права, конечно.
Ожидание тянулось долго. Олеся то и дело поглядывала на часы и не понимала, как ей удаётся продолжать жить после всего, что творится вокруг. Как сердце, переполненное нестерпимой болью, может продолжать биться в груди.
Прошло более двух часов, пока наконец-то ни открылась дверь, и на пороге ни появился врач.
Олеся бросилась к нему навстречу:
—Что? Что с моим сыном? Не молчите!
—Всё позади! Малыш в полном порядке. Но он будет спать до утра. Спасибо донору, жизнь вашего сына висела в буквальном смысле на волоске. Помог человек, уговаривать не пришлось. И повезло вам просто, что он рядом оказался.
—Спасибо! Вам спасибо, что спасли. А как мне донора найти, мне бы лично хотелось выразить ему благодарность.
—Это невозможно. Он пожелал оставить свое имя втайне. Но я передам непременно ваши слова.
—Спасибо передайте огромное! Я от всей души желаю ему здоровья и личного счастья.
—Передам. А вы поезжайте домой, отдохните и утром возвращайтесь, ваше присутствие будет необходимо ребёнку.
Олеся подошла к Борису.
—Спасибо, Борь, что оказался рядом, но я думаю, тебе лучше уехать. И надеюсь, ты понимаешь, что нас больше ничего не связывает. Давай оформим развод без проволочек. И если несложно, привези наши вещи, пожалуйста. Больше не хочу возвращаться в тот дом.
—Подожди. Олеся, я хочу с тобой поговорить. Давай, я тебя отвезу домой.
—Хорошо.
Он припарковал машину возле подъезда и заглушил мотор.
—Олеся, у меня большие трудности. Ты была права, Анжелу не нужно было принимать на работу. Но я тогда поддался безрассудному соблазну. Она пыталась всеми силами завоевать моё сердце и через него - мой бизнес, но работать не собиралась. Я выяснил по своим каналам, что её Ленка подослала. Хорошо, что вовремя остановился. Теперь новая сотрудница с трудом исправляет её ошибки. Я уволил её. И понял, что женщинам, в основном, нужны деньги. Настоящую любовь бескорыстно дарить не умеют, и так как ты любила раньше меня, а теперь любишь Артёма, никто не умеет любить. Ну, возможно, некоторые… Какой же я раньше был дурак…
—Не оглядывайся назад, Борис, не стоит. Ты замечательный человек и умеешь дать женщине всё, о чем она мечтает. Но не повезло тебе, бывает. И я открою тебе маленький секрет. Приглядись к Вере.
—К Вере? К нашей Верке? Ты шутишь?
—Не шучу. Вера единственная, кто сможет тебе дать сейчас всё, что нужно - любовь, внимание, заботу, нежность. И ничего не попросит взамен. Деньги ей тоже не нужны. Ей нужен ты, как человек.
—Олесь, ты чего? Пристроить подругу решила? Или меня спасти от одиночества?
—Дурак ты, Борь! Она же влюблена в тебя с пятого класса. Но когда я начала дружить с тобой, она спрятала свои чувства подальше и всё ещё боится дать им волю. Она потому и одинока до сих пор. Потому что как бы ни старалась, такого как ты не может встретить. Ну, неужели ты никогда не замечал, как она смотрит на тебя. Этот преданный взгляд сложно с чем-либо спутать.
Борис задумался и опустил голову.
—Я даже не мог догадаться, — негромко хмыкнул он.
—Ну да, так часто и случается. Мы не видим своё счастье перед носом и стремимся искать там, где его не бывает.
—Олесь, ну как же ты? Как одна будешь растить детей?
—Я сильная! Я справлюсь! Ляна уже взрослая, почти. Тёмочка спокойный. Зарабатываю я гораздо больше, чем достаточно. Не волнуйся. Всё хорошо, на самом деле!
—Олеся, я ещё хотел сказать. Даже если ты меня не простишь, не хочу оставаться подонком. И молчать не могу. В общем, между нами ничего не было. Я тебя тогда обманул. Ты была в разбитом состоянии, когда мы выпили много вина и вместе уснули. Я боялся к тебе даже прикоснуться, я бы никогда не воспользовался твоей беспомощностью. Но я боялся также потерять тебя и хотел, чтобы ты верила, что ребёнок мой. Поэтому вынужден был пойти на обман. Простишь?
—Прощаю. Спасибо, что рассказал, а то я чувствовала себя предательницей по отношению к Артёму. Спасибо, Боря, за всё. Ты настоящий друг. И мне очень жаль, что всё так вышло. Правда.
—Если что, звони, хорошо?
—Хорошо. Ну, я пойду, а то Ляночка волнуется.
—Иди… — Борис поцеловал Олесю в щёку, — Береги себя!
Слушать Роман "Не забывается любя Часть 2 глава 13:
