Заснуть Андрею в эту ночь не удалось. Странное предчувствие надвигающейся опасности щемило душу. Он не мог понять, с чем связано это чувство, но стоило вспомнить дом, родителей, Арину, Серафиму, как неприятное ощущение тут же сменялось теплотой, и сердце готово было выскочить из груди от счастья. Несколько раз он поднимался и делал шаги, которые становились уже смелее, но чтобы не разбудить Агафью, сладко спящую у печки, решил продолжить занятия днем, когда она надолго уйдет помогать отцу.
Фитиль на столе давно погас. В маленькое оконце, расположенное почти у самого потолка, уже пытались заглянуть первые лучики холодного солнца. Андрей смотрел на ветку ели за окошком, покачивающуюся на таежном ветру, и вспоминал лес, в котором гуляли всей семьей, где лепили с Фимой снеговика, запускали салют и часами беседовали с Ариной. Сердце защемило от тоски и безнадеги, но сдаваться он не собирался.
«Выход есть! И я его найду!».
Агафья уже проснулась и принялась растапливать печь, когда Андрей услышал вдалеке звуки приближающегося вертолета. Этот звук он не мог спутать ни с чем.
«Люди где-то рядом, они прилетели, они меня должны найти!».
Сердце бешено билось в груди, от волнения по телу проступил пот, а лицо как будто горело от жара. Он понимал, что и «Хозяин» слышит, что команда близко, и не известно, чего можно от него ожидать.
И Андрей не ошибся. «Хозяин» забежал с ружьем в руках и, подскочив к Андрею, молча схватил его за руки и привязал к кровати, затем завязал ему рот, делая искусно вид, будто не слышит, что Андрей пытается предложить ему мирно решить вопрос. И только когда Андрей уже не мог говорить, ответил злобно:
— Ты останешься здесь! Навсегда! Живым или мертвым!
Его голос звучал словно гром, а дочери своей приказал ни шагу не ступать из избы и молчать, что бы ни происходило, угрожая какими-то непонятными Андрею намеками.
Андрей оглянулся. Агафья сидела на своем топчане, повернувшись к стене и обняв руками колени, словно загнанный в угол зверек. Ее плечи судорожно вздрагивали, но никаких звуков плача не было слышно. Не теряя времени, Андрей начал пытаться развязать сзади руки, проделывая пальцами привычные движения. Он часто проводил такой эксперимент, пытаясь развязывать вот такие узлы. Но сейчас пальцы не хотели слушаться. Он никогда не думал, что придется оказаться настоящим пленником, но был готов ко всему, поэтому сумел проделать трюк, несмотря на боль и слабость. Время тянулось очень долго. Повисшая тишина начинала звенеть в ушах.
Отец Агафьи, по всей видимости, где-то затаился. Андрея это настораживало. Прошло немало времени до того момента, когда его руки стали свободны. Он тут же развязал рот и, повернувшись в сторону Агафьи, тихо спросил:
— Он тебя бил?
От неожиданности девушка вздрогнула и, побледнев повернулась к Андрею
— Как? Как вы освободились? Отец же вас убьет! — она всхлипнула.
— Он тебя бил? Почему ты такая запуганная, Агафья?! — повторил свой вопрос Андрей.
— Нет, не бил, он меня наказывал горохом.
— Это как? — Андрей удивился. — И за что?
— Если я не выполняла его приказаний или ослушалась, он рассыпал на пол горох и ставил меня на колени на всю ночь в темной избе, а если я вставала или засыпала, то тогда еще другую ночь наказание было.
— И ты все это терпишь? Зачем? Неужели тебе не хочется быть свободной?
— Женщина не должна быть свободной, и должна быть наказана за непослушание, иначе ее не за что кормить, так правильно!
— Да ты с ума сошла! Это неправильно ни черта! — возмутился Андрей. — Женщин нельзя обижать, женщина — мать! Ее нужно уважать. А подчиняться кому-то за еду, это совсем верх безумия. Агафья, опомнись! Тебе бежать отсюда надо, иначе пропадешь! В нашем мире женщин ценят и любят. Ты никому ничего не будешь должна, все происходит в жизни по согласию.
— Нет! Там много зла, а наказание — это не зло, это во благо, чтобы помнить о том, что надо быть послушной!
Андрей присел и молча долго смотрел в пол.
— Андрей, ложитесь, я снова привяжу вас, иначе отец вас убьет, мне страшно, он не станет шутить!
— Агафья, сейчас здесь будут люди, я это чувствую, я слышу, что они почти рядом. Решайся! Идем с нами, ты поймешь, что столько лет прожила здесь как в аду.
В это время послышался выстрел в воздух, и громогласный голос раскатился по всему лесу:
— Не приближаться! Расстреляю всех! Убирайтесь прочь, это МОИ владения!
В ответ Андрей услышал знакомый голос старшего поискового отряда.
— Мы ищем человека. Вам мы зла не причиним. Отпустите его, и мы уйдем.
— Нет здесь никого чужого, убирайтесь по добру!
— Пока мы не осмотрим все и не убедимся, что нашего человека здесь нет, мы не уйдем. Давайте договоримся мирно!
Андрей услышал голос Максима, и стало еще спокойнее. Агафья нервно выглянула в окошко.
— Андрей, он всех убьет! Мне страшно! Скажите, чтобы они все ушли, что вы здесь остаться хотите, иначе быть беде!
— Не бойся, ребята у нас ловкие и смелые! До беды не доведут, — постарался утешить её Андрей.
— Никита? — Громко обратился к «Хозяину» кто-то из поисковой бригады.
— И что? Думаешь, узнал, так я растаю?! Никому не поздоровится, если не уйдете! — Раздался еще один выстрел в воздух. — Это было последнее предупреждение, следующие пули будут ваши! Никто отсюда не уйдет, если еще шаг сделаете!
— Никита, подожди, давай просто поговорим. Ты ведь не знаешь всего. Просто послушай, и мы уйдем! Ты ведь Тамарку свою зря тогда в измене обвинил, это сантехник к вам приходил унитаз починить, а канализацию прорвало — и все на него! Вот и разделся, ждал, пока ему одежду принесут сухую.
«Хозяин» грозно завопил и сделал снова выстрел вверх.
— Не смей мне в душу лезть и вон отсюда! Все вон!
Агафья несмело приоткрыла дверь и увидела, как с тыла, к ели, на которой маскировался ее отец, подкрадывается мужчина. Она видела его со спины и не знала, как себя повести. Мужчина продолжил говорить ее отцу:
— Тамарка до сих пор ведь дочку ищет, исстрадалась вся!
Агафья схватила лицо руками и повернулась к Андрею, который стоял у нее за спиной.
— Как? Моя мама меня ищет? Отец говорил, что она бросила меня, что я ей не нужна!
Андрей заглянул в ее глаза блестящие от слез и тихо прошептал:
— Уверен, ты еще многое узнаешь о своем отце… Поехали домой?! А?!
Человек, подкрадывающийся к «Хозяину», обернулся. Это был Максим. Он дал знак Андрею, что все будет в порядке, а Агафья, увидев его лицо, вскрикнула и закрыла рот рукой. Отец ее оглянулся на крик и, увидев Максима, направил на него ружье, но дочь бросилась в защиту, с криком:
— Не стреляй, отец, это он! Это его я видела во снах! Это он мой суженый! Не стреляй!
Но курок уже был нажат, и пуля попала в плечо, подоспевшей к этому моменту, Агафье. Она упала на снег, негромко вскрикнув. «Хозяин» выронил ружье и заорал как дикий зверь, а Максим поднял девушку на руки и занес в избу. «Хозяина» схватили и повели к вертолету, Агафье оказали первую помощь, и Максим понес ее на руках. Андрей оделся и вышел на улицу, впервые за долгое время вдохнул полной грудью свежего воздуха.
— Вот он! Запах свободы! Спасибо, мужики, век помнить буду!
— Спасибо женщине своей скажи, да вот Сусанину! А мы так, рядом постояли.
Ребята открыли мягкие носилки и кивнули Андрею:
— Укладывайся, барин!
— Да я сам поковыляю, вы чего!
— Долго ковылять придется, а тебя там ждут очень сильно у ворот!
Он не стал дальше спорить и расположился на брезенте без лишних слов. В непролазных местах приходилось покидать удобное ложе и пробираться самостоятельно. Путь занял часа полтора с передышками. И вот он! Путь домой! Путь к своему счастью, путь к новой жизни!
***
«Дамочка, приехали, выходим из автобуса…»
Арина потерла глаза и огляделась по сторонам — пассажиров, кроме нее, больше не было. Она недоуменно посмотрела на водителя, который, вероятно, уже не первый раз к ней обращался.
— Куда приехали, простите? — Арина озиралась по сторонам, ничего не понимая спросонья.
— На конечную остановку, куда же еще?! Выходите из автобуса, я вас что, еще час буду ждать?
Водитель проявлял свое недовольство, и Арине стало ясно, что спала она слишком крепко.
Она вышла на улицу, пытаясь понять, что, вообще, произошло. Еще раз оглядевшись и уже точно убедившись в том, что это ее остановка, она побрела до дома, обхватив себя руками и опустив низко голову.
«Андрей… Значит, это был всего лишь сон?! Боже мой, какая дура! Как я поверить могла в такие чудеса! Чудес не бывает! Только во сне и можно стать счастливой!».
Слезы хлынули из глаз. Арина долго шагала вдоль леса вперед и не могла никак прийти в себя. Этот сон казался ей таким реальным, таким настоящим. Андрей… Работа… Фима — дочь Андрея…
«Боже, какая я глупая! Как можно было не отличить сон от яви?!».
Дорога вдоль леса была темной, и лишь молодая луна немного освещала на снегу путь. Раньше Арина всегда боялась возвращаться одна с последнего автобуса и постоянно почти бежала, повторяя молитву в полный голос, а сегодня ей не было страшно, ей было больно и досадно оттого, что вся эта сказка, в которой ей досталась роль счастливой Золушки, была всего лишь сном. Таким ясным, красивым, с живыми эмоциями.
Она вспомнила глаза Андрея, его прикосновения и линию его ладони. Арина остановилась, достала телефон и включила фонарик. Раньше она никогда не разглядывала так внимательно узоры своих ладоней, а тут остановилась и долго смотрела на них. Точно как во сне, каждая линия! Дорога до дома, казалось, стала гораздо длиннее. Если раньше приходилось идти от остановки очень долго, минут тридцать — сорок, то теперь показалось, что прошло еще больше времени.
Дома встретили родители и Фима, мать сразу предложила мыть руки и приходить к столу.
— Спасибо, я не голодна, пойду спать!
— Спать? Так рано? А что с работой, есть варианты хоть какие?
— Нет, мама, ничего… Как всегда! Но я знаю, где могу найти работу, и я непременно завтра же туда отправлюсь. Я найду завтра работу! Я точно знаю, где ее искать…
Арина закрыла глаза и долго вспомнила каждое мгновенье, проведенное с Андреем в том волшебном сне, сердце сжималось от несбывшихся надежд и разлетевшейся мечты.
***
Разбудил громкий стук в окно. Арина открыла глаза и долго озиралась. Она совсем не могла понять, где находится в этот момент. Закрыла глаза, потерла и снова открыла. На улице было сумрачно, и она не совсем понимала — то ли утро уже наступило, то ли вечер еще, то ли ночь. Раздался снова легкий стук по стеклу. Она не могла поверить своим глазам и долго смотрела в окно, пытаясь убедиться, что это не сон. Потом трясущейся рукой нажала на нужную кнопку и, не пытаясь сдерживать слез, выскочила на улицу и бросилась на шею к Андрею. Арина принялась целовать его давно небритое лицо и шептать о том, как долго она его ждала, как боялась, что все и вправду окажется сном, как сильно любит его, и больше никуда не отпустит. А он молча улыбался, прижимая ее к себе все сильнее и сильнее, наслаждаясь таким родным и приятным голосом, милыми сердцу словами и тем, что все плохое позади!
Опомнившись, Арина отпустила его и сделала несмелый шаг назад.
— Андрей! Прости! Прости меня, вот глупая! — Она закрыла лицо руками и разрыдалась, — Прости, я не должна была… Я перешла границы… Прости! Я и сама не ожидала от себя такого!
А он молча продолжал разглядывать ее лицо, нежно улыбаясь.
— Не извиняйся! Это ты меня прости, что раньше не рассказал тебе всего! Но думаю, что теперь будет время! — Он подошел и крепко обнял ее.— Идем в машину, ты вся дрожишь!
Только теперь Арина заметила, что он с трудом стоит на ногах, заглянула в его глаза, сияющие счастьем, и почувствовала уют, покой и тепло, которое можно ощутить только рядом с любимым мужчиной.
— Да, идем, конечно! А где Максим и Матвей Фомич?
— Фомича ребята повезли домой, а Максим поехал на «скорой», девушку раненую сопровождать.
— Значит, все-таки, тот человек, на самом деле ненормальный?
— Все расскажу! Не представляешь, как я мечтал тебя увидеть!
Арина смутилась и молча помогла Андрею поудобнее устроиться в машине.
По пути они без умолку рассказывали друг другу, что произошло за время их разлуки.
— Ну вот, почти приехали, а я столько всего хочу еще тебе сказать! — Андрей взял Арину за руку, — А останови машину! Давай, немного подышим воздухом, как я соскучился по этой зимней свежести!
Арина свернула на обочину. Выйдя из машины, Андрей подошел к ней и обнял, пристально глядя в глаза.
— Арина… Я хотел сказать тебе в тот день, что это была моя последняя командировка. После встречи с тобой я понял, что больше не хочу убегать от себя. Я решил продать часть бизнеса, связанную с лесодобычей. Теперь мы всегда будем вместе!
Арина покраснела и опустила взгляд.
— Андрей, скажи, ты знал, почему инсеминация для Евы не имела успеха?
Он вопросительно поднял бровь.
— Откуда ты узнала об этом и, вообще, о том, что мы планировали инсеминацию?
— От Евы. Она во всем призналась и подозревает, что тебе все известно.
— Что именно? Арина, не томи! Что она тебе рассказала? Я все эти годы думал о том, почему?! Почему процедура не удалась?! Несколько дней назад я вспоминал те события и даже мелькала мысль о том, что Ева подкупила докторов, и они могли сделать инсеминацию другой женщине, — Андрей несмело кашлянул, прикрыв ладонью рот. — Даже думал о том, что… Ты ведь говорила, что наблюдалась в той клинике… А Серафима чем-то похожа на меня… Но я понимаю, что это глупо, врачи не согласились бы на такое… В общем, мне хотелось бы узнать, что тогда произошло, но, в то же время, не хочу возвращаться в прошлое. Теперь у меня есть ты и Серафима, я обещаю, что буду любить ее как собственную дочь. Ты мне веришь?
— Верю! И должна тебе сказать… — Слова застряли в горле, Андрей с надеждой ждал продолжения. — Серафима — твоя дочь! Ева призналась, что подменила мою карту на свою, она надеялась, что ничего не произойдет, но… Произошло!
— Что??? Арина, повтори! Что ты сказала??? Мне не послышалось? Серафима — моя дочь? — Он нежно тряс ее за плечи и с мольбой смотрел в бездонные глаза.
— Не послышалось…
По щекам Андрея покатились слезы, но он не стеснялся их. Он еще крепче прижал Арину к себе и тихо прошептал:
— Спасибо тебе! Родная моя, не представляешь, что для меня это значит! Арина! Поехали скорее домой, нас ждет дочь!
Подъезжая к дому, Андрей чувствовал, что сердце щемит от нежданного счастья. Он не знал, как пройдет его первая встреча с Серафимой в роли настоящего отца и сильно волновался. За окном ярко светили фонари, крупные снежинки искрились, напоминая волшебную сказку, и сердце готовилось к чуду!
У калитки все собрались, нетерпеливо ожидая встречи. Андрей вышел из машины и направился к родным, слегка прихрамывая. Серафима сделала несмелый шаг вперед, но впервые увидев Андрея небритым, остановилась, оглянулась на бабу с дедом и, поняв, что все в порядке, побежала навстречу, запрыгнула к нему на руки, обхватив ногами и обнимая за шею, она шептала, всхлипывая:
— Папочка мой! Живой! Я так ждала тебя! Я так тебя люблю!
Андрей целовал дочь, не скрывая слез долгожданного счастья, и пока еще не мог поверить, что он теперь настоящий отец настоящей дочери!
Слушать аудио роман "Линия счастья". Двадцать вторая глава
