Максим, услышав крик Арины, захлопнул калитку перед носом Евы и помчался в дом. Он велел Арине вызывать скорую помощь, а сам поднял Веру Павловну на руки и аккуратно уложил на диван.
Арина трясущимися руками набрала в телефоне номер и дрожащим голосом сообщила адрес, затем принесла нашатырный спирт и принялась натирать виски Веры Павловны, брызнула в лицо водой. Женщина ненадолго приоткрыла глаза и попыталась что-то сказать, но язык ее почему-то не слушался. Арина отошла в сторону и, закрыв лицо руками, тихо заплакала. Ее плечи вздрагивали. Максим подошел и протянул ей стакан воды. Арина сделала несколько глотков, постукивая зубами о стакан.
В дверь снова начали настойчиво звонить. Максим отключил звонок и выглянул в видео домофон.
— Вот же неугомонная!
— Это бывшая жена Андрея? — осторожно поинтересовалась Арина.
— Она самая, век бы ее не видеть!
Арина присела на стул рядом с Верой Павловной и закрыла глаза. Она чувствовала пустоту, все внутренности заполняла кромешная тьма. Горло сдавливали горечь обиды и страх перед неизвестностью. Она винила себя, что не успела вовремя выключить монитор, слез не было, но одолевала такая тоска, что казалось, лучше бы разрыдаться во весь голос, закричать изо всех сил и выплеснуть всю эту боль, но нужно было сдерживаться.
Скорая приехала очень быстро. Это была бригада реанимации. Они оперативно оценили состояние Веры Павловны и сообщили, что требуется срочная госпитализация.
— Да, сейчас, я мигом соберусь, — Арина начала метаться, пытаясь сообразить, что нужно взять с собой.
— Нет, сопровождающих не возьмем, это реанимация, вас все равно с ней не пустят. Навещать сможете, когда только в обычную палату переведут. Сейчас она без сознания, вы ничем совсем не поможете.
— Но как же?! В какую больницу вы ее повезете хот бы?
— В областную. Не мешайте, пожалуйста.
Двое мужчин в белых халатах переложили Веру Павловну на носилки и быстрым шагом направились к выходу. Максим помогал. Арина вышла следом. У калитки она столкнулась с Евой. Та окинула ее испепеляющим взглядом и, оттолкнув от себя, засеменила к дому. Максим помог медицинским работникам устроить в машине Веру Павловну и побежал вслед за Евой. Машина поехала, мигал оповещающий синий свет, сопровождающийся громкой сиреной. Арина провожала взглядом удаляющийся автомобиль, пока он не скрылся за поворотом.
Максим спорил с Евой на крыльце. Он пытался не пустить ее в дом, а она била его в грудь кулаками и истерически кричала, что теперь она здесь хозяйка. Арина не знала, как себя повести и поднималась по ступенькам очень медленно. В это время открылась дверь, на пороге стояла Серафима.
— Мама, мне страшно! Кто-то ругается, а тебя нет. Почему ты ушла?
— Я здесь, рядом, не бойся, мое солнышко, идем в дом.
Ева пристально смотрела на Серафиму, не отрывая взгляда. Затем медленно повернулась к Арине и, глядя на нее в упор, как коршун, готовый накинуться на добычу, процедила сквозь зубы, не скрывая досаду и злость.
— И как ему удалось тебя отыскать? — ее глаза искрили лютой неприязнью — Этого просто не могло произойти! Ну да, понятно, видимо, все связи пришлось поднять, хотя «не в его это правилах было»… Ну что ж, сбылась мечта идиота…
— Я не понимаю, о чем вы, позвольте пройти!
Арина попросила Фиму вернуться в дом и попыталась подойти к двери сама, но Ева перегородила ей путь.
— Ха-а-а! А может, это ты? Сама его нашла? Да-а-а! А казалась такой простушкой деревенской! Браво!!! — она истерически захлопала в ладоши, — Ну да, ну да, красивой жизни захотела?! А интересно, он так легко тебе поверил или долго доказательства искал?
— Пропустите меня немедленно, вы, вероятно, не в себе!
Арина повернулась к Максиму:
— Если я не ошибаюсь, вы отвечаете за нашу безопасность?!
Максим взял Еву в охапку и понес к воротам. Она пиналась и кричала о том, что несмотря ни на что еще вернется и получит все, что ей причитается.
Арина вернулась в дом, дрожа, как лист на холодном ветру, прижала к себе Серафиму, поцеловала ее и прошептала:
— Милая моя, как сильно я тебя люблю!
— Мама, эта тетя очень злая, я ее боюсь. Она плохая? Кто она?
— Это просто тетя, которая ошиблась адресом и перепутала нас с другими людьми, такое бывает.
Арина еще крепче обняла дочь и уткнулась в ее затылок.
В это время Максим вошел в дом и сообщил, что Ева больше не должна здесь появиться.
— Фимочка, пойди пока поиграй немного, а мне нужно недолго поговорить с дядей Максимом, потом будем завтракать!
— А баба Вера где? Она еще спит?
— Нет, доченька, баба Вера себя неважно чувствовала и ей пришлось поехать с докторами, но очень скоро она вернется, ей только окажут помощь.
— И деда Коля скоро вернется? И Андрей?
— Конечно, все вернутся, непременно…
Арина чувствовала, как сердце вновь сжимается от печали и тяжело вздохнула. А когда Фима зашла в игровую комнату, она обратилась к Максиму.
— Максим, это не мое, конечно, дело, но мне показалось, что тебя с этой женщиной что-то связывало. Если не хочешь, не рассказывай, твое право, я просто пытаюсь понять, не причастна ли она к крушению вертолета и с кем она могла спутать меня.
— Могу и рассказать, если интересно. — Максим глубоко вдохнул и опустил голову, нервно похрустывая костяшками пальцев. — Я познакомился с ней раньше Андрея. Встречались недолго. Она умеет завлечь и начать манипулировать. Говорила о любви, о будущем. Ну, я повелся, дурак малолетний. Брал машину у отца, катал ее, водил по ресторанам, тоже на деньги отца… А однажды она попросила порулить машиной за городом, я не смог отказать. Было уже темно, кругом лес, и вдруг неожиданно из темноты старушка с корзинкой выскакивает и на дорогу! Ева испугалась, бросила руль и давай орать истерически. Я сделал, что смог, но старушку зацепило немного. Я скорую вызвал, а Ева остановила попутку и скрылась. Я всю вину на себя взял, получил срок условный, суды, в больнице старушку навещал, перед отцом оправдывался… А она в это время активно к Андрею уже тропинку протаптывала, и он, что удивительно, не устоял, хотя у нас на курсе многие девчонки пытались его внимания добиться.
— А Андрей знал о ваших отношениях?
— Нет, я ему не говорил, думаю, что она тоже, не в ее интересах это было. А я не мог. Андрей ведь подумал бы, что я из ревности на нее наговариваю, он ведь был ослеплен тогда. Он после знакомства с ней сильно изменился. А когда женился, так и вообще ни с кем почти что не общался. Да и не хотел я его счастью мешать, раз он считал себя счастливым. Он ведь однажды жизнь мне спас. Поздно возвращались из спортзала, и когда дороги наши разошлись, на меня из-за угла напали трое с ножами. Повалили с ног неожиданно, Андрей бросился на помощь, получил ранение легкое, а тем уродам задал, бежали без оглядки, я ему вовеки благодарен буду. Вот такие дела наши прошлые…
— Да уж, вот она какая жизнь, никогда не знаешь, что ждет тебя за ближайшим поворотом. Прости, Максим, что в душу к тебе заглянула, но мне все же не понять, почему она со мной загадками говорила? Я никогда раньше ее не видела.
— Не знаю, Ева просто стерва, от которой чего угодно можно ожидать, в том числе и удара в спину. Хорошо, что Андрей не простил ее, а то бы так и маялся до сих пор… — Максим взглянул на Арину, кашлянул и извинился, — Жаль его, мужик он был что надо, никому в помощи не отказывал, если по делу просили.
Арина о чем-то задумалась, но голос Васильевны вывел из раздумий:
— Ну что, давай завтракать? День-то тяжелый предстоит. Каких вестей из клиник ждать и что же дальше будет?!
Арина не могла ни есть, ни пить. Казалось, что все беды разом навалились на нее и этому еще не конец. Она не верила, что когда-то теперь, вообще, прекратятся плохие известия, и все начнет меняться в лучшую сторону.
— Ариночка, ну что ты так грустишь? Печалью делу не поможешь, а вот здоровой ты нужна сейчас всем. Так что покушай обязательно, тебе еще к Николаю Петровичу ехать, ну и как ты хочешь в таком виде показаться ему? — попыталась вывести ее из состояния безразличия Васильевна.
Арина подняла безучастный взгляд и кивнула.
— Я, правда, не хочу есть.
— Ну давай сок сделаю хотя бы свежий? Хочешь?
— Да, пожалуй, соку выпью. Апельсиновый… С лимоном…
Серафима обняла мать и прижалась к ней щекой.
— Сейчас, моя хорошая, поедем вместе деду Колю навещать. Ты не против?
— Не-е-ет! Я хотела с тобой поехать! Хочу, конечно!
Зазвонил телефон. Это был звонок с аэродрома. Арина ответила очень тихо, дрожа от страха услышать дурную весть.
— Нашли Андрея?
— Здравствуйте, Арина Александровна! Нет, к сожалению, Андрея Николаевича не нашли, но сегодня с места трагедии прилетел вертолет. Привезли его вещи. Как вам их доставить?
Арина немного помолчала, прикидывая известные планы на день.
— Давайте, я сама к вам заеду в течение дня, сама заберу…
— Хорошо, договорились!
Арина нажала на сброс и медленно отправилась в комнату Николая Петровича и Веры Павловны. Она попросила Васильевну помочь ей собрать вещи для Николая Петровича и тихо спросила:
— Что врать на этот раз? Он ведь наверняка захочет позвонить Вере Павловне или спросит, почему она со мной не приехала. Что я ему скажу? Я уже устала выдумывать что-то, улыбаться сквозь слезы, притворяться… я не могу так больше!
Она присела на стул и горько разрыдалась, дрожа от боли и безысходности.
— Аринушка! — Васильевна обняла ее за плечи! — Ну, постарайся взять себя в руки. Больно, я знаю, тебе сейчас тяжелее всех. Поэтому ты и должна быть сильной! Крепись, девочка, все будет хорошо! Ты ведь так верила в это! Давай, верь и дальше! От тебя сейчас многое ведь зависит!
Арина молча кивала и старалась всеми оставшимися силами побороть негативные эмоции, и возродить в себе веру в то, что скоро все пройдет.
Она умылась холодной водой, причесалась и вышла из дома. Серафима уже ждала ее во дворе, а Максим был рядом с девочкой.
— Арина, может быть, мне с вами поехать? Ты что-то неважно выглядишь, меня это тревожит.
— Не стоит, я в порядке, правда. Максим, ты проследи, пожалуйста, чтобы Ева здесь больше не появилась, проверь все замки, и будь начеку! А я справлюсь, я обязана победить!
— Такой настрой уже гораздо лучше! Ну, ты звони, если что, а я обещаю, что здесь будет полный порядок!
Арина завела машину и выехала из гаража. Максим закрыл ворота и долго смотрел им вслед.
***
Николай Петрович лежал на своей кровати и был рад увидеть Серафиму и Арину.
— Это кто ко мне пожаловал? — спросил он, широко улыбаясь.
Серафима присела на край кровати и погладила его по руке.
— Деда Коля, а мы тебе привезли фрукты! Если ты все их скушаешь, то сразу поправишься и приедешь домой!
— Я обязательно съем их все! Спасибо вам большое! А что нового? — он ожидающе посмотрел на Арину.
Она опустила голову, потом присела рядом и немного выждав, начала говорить:
— Николай Петрович, я должна вам сказать, — она заметила волнение в его глазах и быстро продолжила: — Все хорошо! Повторяю, все в порядке! Но Веру Павловну тоже пришлось положить в больницу, чтобы поддержать ее здоровье. Рано утром заявилась Ева, и Вера Павловна случайно услышала о несчастье с Андреем. Мы вовремя вызвали скорую. Повторяю, все хорошо!
— Давай позвоним Вере?! Я хочу ее услышать!
— Мы обязательно позвоним, но не сегодня. Ей нужно хорошо выспаться. Врачи сделали ей уколы и запретили пока беспокоить. Но я обязательно сегодня ее навещу и сразу сообщу вам по телефону все, что узнаю. Только вы должны мне обещать, что будете держаться молодцом, вы очень нужны сейчас своим близким!
— Обещаю, обещаю, лишь бы с Верой все в порядке было, лишь бы сын домой вернулся!
— Ну вот и замечательно!
— А что этой гадине было нужно? С чего она вспомнила-то о нас? — нахмурился Николай Петрович.
— Возомнила просто, что какие-то права имеет на имущество Андрея, вот и все.
— Арина, эта дрянь так просто не отстанет, раз из-за границы приехала аж. Знаешь что, дочка, ты с ней поосторожнее будь, от гадюки этой что угодно можно ожидать. Еще Максиму позвоню, накажу, чтоб внимательнее был.
— Хорошо, я все поняла. Ну мы поедем, Николай Петрович, здесь вот вещи привезла вам, фрукты кушайте. А мы позднее навестим Веру Павловну и сразу вам позвоню.
— Спасибо, что приехали, надеюсь, долго меня здесь не задержат!
— Деда Коля, не болей, мы тебя будем ждать!
Фима помахала рукой у дверей, и Николай Петрович прослезился:
— Не буду, спасибо, что ждете!
Из машины Арина позвонила в областную больницу, чтобы узнать, нет ли новостей о Вере Павловне. Пока изменений не было. Она находилась в реанимации, и никаких прогнозов врачи делать не хотели. Арина поехала на аэродром. Начальник посмотрел на нее с сожалением:
— Арина Александровна, надежды больше нет. Наши люди обыскали почти весь лес в нескольких десятках километров в радиусе крушения, но никаких следов. Если бы Андрей был жив, его бы непременно обнаружили. Возможно, дикие звери…
— А может, плохо искали? Увеличьте радиус поиска! — не позволяла сломать её веру Арина.
— Мы не можем, к сожалению, дальше идти бесполезно, специалисты четко все рассчитали. Нет смысла продолжать поиски и через пару дней мы будем выводить оттуда бригаду спасателей.
— Вы не имеете права! — повысила голос Арина.
— Я повторяю: смысла больше нет!
Он положил полиэтиленовый мешок с вещами Андрея в багажник и, пожелав Арине смирения, быстрым шагом удалился прочь.
Она стояла, не в силах пошевелиться несколько минут, так хотелось взвыть и опустить руки, но стоило вспомнить о том, что в машине дочь, а родители Андрея на ее ответственности, Арина произнесла громко вслух: «Все будет хорошо! Я верю в судьбу, и она обещала!». Утешившись своими же словами, Арина завела автомобиль и отправилась в дом, где стало пусто, грустно и немного жутко от навалившихся бед.
Проводив Фиму внутрь, Арина вытащила из багажника мешок и долго не могла решиться открыть его. Собравшись с силами, взяв волю в кулак и дав себе четкий указ не поддаваться никаким эмоциям и чувствам, она открыла мешок. Вытащив одежду, она бросила вещи на пол и, закрыв лицо руками, закричала, забыв про все приказы и обещания себе самой.
На крик мгновенно прибежал Максим. Арина сидела, забившись в угол, и тряслась, рыдая и причитая непонятными словами.
— Арина, что случилось? — он попытался помочь ей подняться, но она оттолкнула его руку, указывая жестом на вещи.
— Откуда это? — с ужасом в голосе спросил Максим.
— На аэродроме отдали, они нашли недалеко от обломков вертолета.
Арина говорила навзрыд и, обняв колени руками, продолжала сидеть на полу.
— Арина, пожалуйста, встань! Ты можешь простудиться. Ну давай разумно поступать! Тебе необходимо взять себя в руки! Серафима в доме одна. Идем, я помогу тебе.
Арина медленно поднялась и, взглянув на одежду, пропитанную кровью, тихо спросила, продолжая всхлипывать:
— Ты представляешь, сколько потеряно крови?!
— Давай, потом поговорим, Арина! Ну, пожалуйста, успокойся! Идем!
В доме Максим проводил Арину в комнату, а сам попытался отвлечь Серафиму, предложив показать ей интересную компьютерную игру, которой они увлеклись надолго.
Арина легла на кровать и долго смотрела в потолок, ни о чем не думая, а лишь прокручивая все события последних дней и понимая, что долго так она выдерживать не сможет. Она молила только лишь о том, чтобы Андрей был жив, а его родители — здоровы.
После ужина она уложила Фиму спать, закрыла двери на все замки и поднялась на чердак.
Подходить к телескопу долго не решалась. Она присела на диван и, прокручивая в голове вечер, проведенный здесь с Андреем, вспомнила его карие глаза, почувствовала их теплоту и искренность. Медленно подойдя, наконец, к телескопу, она посмотрела на небо, затем, резко отринулась назад, снова вернулась и снова сделала шаг назад, а потом опять посмотрела и, не доверяя своим глазам, смотрела еще и еще. Большая звездочка несколько раз ярко мигнула, затем погасла и через несколько секунд воссияла с новой силой, не так ярко, как прежде, но гораздо ярче, чем вчера.
«Это знак! Он жив! Я дождусь!», — сморгнула слёзы Арина.
Слушать аудио роман "Линия счастья". Шестнадцатая глава
