Утро было непростым. Предстояло как-то объяснить Вере Павловне поездку Николая Петровича в клинику. Арина попыталась ее саму подтолкнуть к такому решению и, сделав утренний укол, начала нелегкий разговор:
— Вера Павловна, возможно, я ошибаюсь, но Николай Петрович неважно выглядит в последнее время. Я беспокоюсь за него.
— Да, Ариночка! Ты тоже заметила? Вот и я волнуюсь, извелась уже вся. А не могу его никак уговорить к врачам поехать. Может быть, ты поговоришь с ним?
— Да, конечно, я постараюсь убедить его, Вера Павловна, вы только не волнуйтесь, пожалуйста?!
— Хорошо, хорошо! — начала кивать она.
Арина поспешила к Николаю Петровичу и сообщила, чтобы собирался, затем обрадовала Веру Павловну, что едут в клинику прямо сейчас.
— Ой, Арина, как тебе только удалось его уговорить?! Ну, спасибо тебе, спасибо! Поезжайте, мы с Фимочкой найдем, чем заняться.
Арина чувствовала себя некомфортно, потому что впервые в жизни ей приходилось как-то изворачиваться, вести себя скрытно и говорить людям то, что нужно для блага, а не то, что есть на самом деле.
Арина настроила навигатор на НИИ кардиологии и завела машину, грустно поглядывая в зеркало заднего вида на отца Андрея. Выехав из гаража, Арина обратила внимание на снежную фигуру кролика возле калитки. Еще вчера вечером этого произведения искусства здесь не было, но Арина не стала даже предполагать, откуда это чудо появилось.
Ехали молча, никто не решался заговорить, и эта тишина напрягала, давила и постоянно напоминала о том, что вокруг царит дух беды и неизвестности.
В клинике Арина узнала, что запись к кардиологу на ближайшее время только через неделю, это было неожиданно.
— А хотя бы какое-то обследование можно пройти прямо сейчас? У человека серьезные проблемы с сердцем, это явно видно, — начала настаивать Арина.
— Могу предложить вам на сегодня пройти УЗИ сердца и сделать электрокардиограмму. Пойдете?
— Конечно, пойдем!
— Тогда пройдите в кассу и с чеком вернетесь сюда, я пока оформлю документы.
Арина оплатила счета и, вернувшись, заметила, что Николай Петрович сильно побледнел.
— Вам плохо, Николай Петрович? — Арина обеспокоенно приобняла его.
— Да, изжога мучит, не хотел я утром завтракать, съел омлет через силу, теперь горит все в груди.
Арина поспешно забрала в регистратуре документы и помогла Николаю Петровичу подняться и дойти до нужного кабинета.
Ожидание в коридоре было беспокойным. Николай Петрович долго не выходил, затем двое докторов быстрым шагом вошли в кабинет, где он находился, а через минут семь вышла медсестра и обратилась к Арине.
— Полянского вы сопровождаете?
— Да, я, — Арина еще сильнее заволновалась, — что с ним?
Ноги уже начинали подкашиваться, руки дрожали, а пульс учащался.
— Пройдите в кабинет.
Арина вошла, закрыв за собой дверь. Николай Петрович лежал на кушетке, а вокруг стояли доктора, разглядывая изображение на экране. Один из врачей повернулся к Арине.
— Николай Петрович не так давно перенес на ногах микроинфаркт. Требуется срочная госпитализация, иначе последствия могут быть непредсказуемыми.
— И… Что нам делать? — Арина вся дрожала как осиновый листок.
— Мы можем сейчас вызвать скорую помощь, чтобы пациента доставили в районный стационар.
— А у вас нельзя его оставить для лечения, все-таки, ваши специалисты славятся как лучшие по России?!
— Видите ли, у нас все лечение будет платным.
— А по страховке не получится? — Арина вытащила из пластикового конверта полис дополнительного медицинского страхования.
— Что ж вы сразу не сказали об этом в регистратуре? Подходит! Только вам нужно прямо сейчас проехать в страховую компанию со всеми документами, взять у них гарантийное письмо и сразу нам его привезти.
— Я мигом, хорошо, только, пожалуйста, помогите Николаю Петровичу!
Уже через час Арина снова была в клинике. Николая Петровича устроили в двухместную палату. Она вошла к нему и присела на стул рядом с кроватью. В вену капало какое-то лекарство.
— Что ты Вере скажешь, Арина? Она распереживается, снова давление может подскочить.
— Скажу, что вас пока на обследование положили. Доктор говорит, что своевременное лечение вам поможет, но при условии, что вы будете соблюдать постельный режим и не будете волноваться. Думайте только о хорошем. Мы будем вас навещать. А сейчас вам поспать нужно, а я поеду. Обещаю, все будет хорошо! Завтра вещи привезу необходимые и фрукты! Не скучайте!
— Спасибо, дочка, спасибо. Сколько тебе с нами возиться приходится…
— Мне несложно! Главное, чтобы вы были здоровы!
Арина вышла за дверь и, не скрывая слезы, направилась к выходу, снимая на ходу белый халат.
Предстояло самое сложное — сообщить о госпитализации Вере Павловне.
У ворот Арина сразу же заметила Максима. Он вертелся около снежной фигуры, и Арине стало ясно, куда он уходил прошлой ночью. В другое время ей было бы приятно видеть такой сюрприз у двора, но теперь почему-то становилось противно от мысли, что Максим пытается делать ей какие-то неумелые намеки на отношения, которых никогда не сможет быть. Он с первых дней бросал на Арину странные взгляды, делал попытки поговорить на разные темы, но разговоры не клеились. И Арине стало ясно теперь, почему Максим ей неприятен.
— Как съездили? А где Николай Петрович? Что-то случилось? — Максим попытался помочь Арине открыть гараж.
— Николая Петровича госпитализировали срочно, все в порядке, не беспокойся, Максим, и прости, но мне сейчас совсем не хочется разговаривать.
— Я понял, понял… Не буду докучать… А я вот, для Серафимы кролика сделал… Снег надо же куда-то девать, — попытался оправдаться Максим.
— Спасибо, Фиме понравится!
Арина поспешила в дом и с порога начала говорить спокойным голосом.
— А где все? У меня хорошая новость!
Вера Павловна поспешила из детской комнаты.
— Рассказывай скорее! А Коля во дворе остался?
— Нет! — Арина старалась выдавить из себя улыбку и говорить, не выдавая боль. — Николая Петровича оставили для обследования в центре кардиологии. Оказывается, по страховке, которую Андрей оформил, можно бесплатно пройти полное обследование и даже получить профилактическое лечение! Представляете?!
— И что же, он сам на это согласился?
— Ну, а что ему оставалось делать, не зря ведь сын его деньги платил?! — Арина попыталась перевести разговор в шуточную форму.
— Удивительно! А что доктора говорят? — не скрывала беспокойство Вера Павловна.
— Пока ничего. Сказали, что полное обследование поможет получше проверить Николая Петровича и если что-то будет выявлено, то лечение начнут профессионально, оперативно, а главное — качественно! Вы ведь знаете, что наш кардиологический центр самый лучший!
— Ну да, с этим не поспоришь. Спасибо тебе, Аринушка! Чтобы мы делали без тебя?! Вот же привела судьба!!!
Арина опустила голову, слегка покраснев, потому что сама нередко думала, что именно судьба ведет ее по этому пути и все, что происходит, происходит не просто так, а с какой-то целью, для чего-то. От этого стало немного полегче, и Арина попросила чуточку времени на отдых. Хотелось немного побыть одной, чтобы избавиться от негативных мыслей.
— Сейчас уже обедать будем, Арина. Переодевайся и приходи, а после и отдыхай, сколько захочется! Намаялась ты с нами уже. Отдых нужен, безусловно! — обеспокоенно произнесла Вера Павловна.
— Да ничего я не намаялась, Вера Павловна, просто немного хочется собраться с мыслями и я снова в строю! Прогуляемся сходим, пока погода позволяет. Там у калитки Максим соорудил фигуру снежную. Очень красиво!
— Ну и отлично! Посмотрим, что за шедевр Максим построил.
Выйдя за калитку, Фима оценивающе посмотрела на снежного кролика.
— Красивый кролик! Только мне кажется, что наш снеговик повеселее выглядит, а этот кролик как будто грустный немного…
— А давай сделаем для него морковку волшебную, наверное, он станет веселее, — предложила Арина.
— Ура! Давай! — Фима слепила рядом со снежным кроликом морковку из снега и восторженно заявила, что теперь кролик стал не таким грустным, как был до этого, — а когда приедет Андрей, мы для нашего снеговика еще друзей слепим. Правда, мам, Андрей же скоро приедет?
— Не знаю, Фимочка, он не говорил, на сколько уезжает.
— Думаю, уже должен вот-вот вернуться, он чаще всего на пять-семь дней уезжает, а иногда бывает, что и по три недели его нет, но это было пару раз. Будем надеяться, что увидим его очень скоро, — Вера Павловна улыбалась.
Сердце Арины сжалось от этих слов, потому что было совсем неясно, как обстоятельства могут сложиться, и вернется ли Андрей в ближайшее время. Она не могла уже сдерживать слезу, что начала щекотать веки и, побагровев от излишнего волнения, заметила настороженный взгляд Веры Павловны. Следовало поскорее её успокоить:
— Все в порядке… Просто вспомнила Валин звонок почему-то. Не могу себе покоя найти, тревожные мысли часто посещают…
— Ну, а к чему себя напрасно беспокоить мыслями нелепыми? Если и впрямь настолько сложно тебе не помнить об этом, ну пройди анализ этот, убедись уже, зачем терзаться?
— Да не могу я, Вера Павловна, не могу! Страшно… Жутко боюсь, что может оказаться то, к чему я вовсе не готова. Хотя не могу поверить, что такое возможно, да и не поверю никогда, но страх превосходит здравый смысл.
— А ты подумай, подумай, Аринушка, настройся, а потом и сделай тест, легче станет уже, а то изводишь себя понапрасну…
День тянулся безумно долго. После ужина Максим попросил Арину уделить ему несколько минут для разговора. Арина вышла вслед за ним из дома и остановилась на крыльце. Максим подошел поближе и, заглянув ей в глаза, потупил взгляд. Он некоторое время молчал, и Арина напомнила, что несколько минут уже прошло, и ей становится холодно.
— Да, хорошо… Извини… Арина, я никак не решался сказать тебе, но уже нет сил видеть тебя каждый день и молчать… — он кашлянул, прикрыв ладонью рот, и продолжил, — Ты мне сразу понравилась, как я пришел в этот дом. Ты одна растишь ребенка, я одинок… И я подумал, почему бы нам не попробовать…
— Нет! — резко перебила его Арина. — Нет, Максим, не продолжай. Я не хочу давать тебе напрасные надежды. Пожалуйста, пойми меня правильно. Я не одна. — Арина замешкалась, — Мое сердце не свободно. И давай больше никогда не будем возвращаться к этой теме.
— Как?! Как не одна? Я думал, ты одинока.
— Тебе показалось. Спокойной ночи, Максим!
Арина развернулась и, открывая дверь, заметила его умоляющий взгляд, от которого на душе стало гнусно. Она старалась выбросить из головы все мысли о Максиме, но те назойливо вновь и вновь прокручивали его слова. Безумно хотелось, чтобы на месте Максима был Андрей, услышать от него это признание, но его не было рядом, даже не известно было, где он сейчас вообще, что с ним, и от этого становилось еще тоскливее. Арина прошла в свою комнату и достала из шкатулки открытку: «Арина, что бы ни случилось, дождись меня. Андрей». Она прочла открытку несколько раз и почувствовала, как на сердце стало теплее и спокойнее. Она готова была ждать сколько нужно… Лишь бы только не напрасно.
Арина с трудом дождалась, пока Серафима уснет, чтобы подняться на чердак. Она очень надеялась, что звездочка Андрея засияет, но надежда рухнула в одно мгновенье — его звезда угасала. Арина собрала все силы, и отправляла мысленно Андрею энергию, наполняя ей каждую клеточку его нуждающегося в исцелении организма. Она не сомневалась, что он жив и что ему требуется именно ее поддержка. Она налаживала с ним живую связь на энергетическом уровне, до изнеможения старалась передать ему свои мысли, внушить, что он должен бороться, где бы он сейчас ни находился и чтобы с ним не произошло.
Казалось, что прошла целая вечность, но прошло всего лишь десять минут, а Арина чувствовала себя опустошенной, будто на самом деле отдала всю свою внутреннюю силу. Она чувствовала нереальную слабость, и стоило только прилечь на кровать, мгновенно уснула.
Разбудил настойчивый дверной звонок. Арина посмотрела на часы, было только шесть утра. Она поспешно накинула халат и вышла в прихожую. На экране видеодомофона увидела незнакомую женщину, нетерпеливо переминающуюся с ноги на ногу и нервно нажимающую на кнопку звонка.
Арина позвонила Максиму и попросила выяснить, что нужно незнакомке в столь раннее время. Максим не заставил себя долго ждать и уже через пару минут открыл калитку. Арина продолжала наблюдать за экраном и прибавила громкость на мониторе, чтобы слышать беседу.
Максим открыл калитку и сделал шаг назад, словно испугавшись. Арина видела его со спины, но по голосу было ясно, что он знаком с этой женщиной и крайне удивлен ее видеть.
— Ева?.. Ты… Как здесь? Зачем?
— Максик?! Кого-кого, а вот тебя не ожидала здесь увидеть. Ты лучше скажи, что сам здесь делаешь.
— Я здесь работаю. Что тебе нужно? — голос Максима стал ровнее и увереннее.
— Я здесь буду жить и думаю, что ты работать здесь уже не будешь… — Лицо Евы выражало явное превосходство, а широкая ехидная улыбка вызывала неприятные впечатления.
— Ты бредишь, Ева? Еще раз спрашиваю, что тебе нужно, и если не ответишь четко, закрываю калитку.
— Погоди… — Она нахально ухмыльнулась, — Я думаю, что ты мне можешь пригодиться. Пропусти в дом! Я прямо из аэропорта, устала.
— Посторонним вход строго запрещен!
— А я не посторонняя… Я хозяйка этого дома! Руку убери!
Она схватила Максима за рукав и попыталась оттолкнуть в сторону, но он одернул ее руку.
В это время за спиной Арина неожиданно услышала голос Веры Павловны.
— Что случилось, Арина? Кто так настойчиво звонит в такую рань? — Она взглянула на экран монитора и, сощурившись, внимательнее приглядываясь к изображению, сама ответила на свой вопрос: — Ева?!
Арина вздрогнула от неожиданности, растерялась и, повернувшись к Вере Павловне, попыталась успокоить:
—Максим не позволит ей войти, не волнуйтесь!
Вера Павловна подошла поближе к монитору, в это время Максим искал аргументы, чтобы не пропустить Еву в дом.
— Андрея Николаевича сейчас нет, следовательно, я не могу впустить в дом постороннего человека без его позволения.
— Да Андрея твоего и не будет больше никогда, дураком не прикидывайся, я за новостями слежу! И теперь я, как его вдова, буду распоряжаться всем имуществом, в том числе этим домом, так что в сторону отойди!
Вера Павловна взглянула на Арину, ее нижняя губа тряслась, слезы выступили на глазах, а лицо побледнело.
— Аринушка, что она такое говорит? Какие новости? Какая вдова? Что с Андреем?
Арина ничего не успела ответить, Вера Павловна начала закатывать глаза и падать. Арина успела ее поддержать и позвала на помощь Максима.
Слушать аудио роман "Линия счастья". Пятнадцатая глава
