Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Алексей привык, что утром и вечером возле подъезда друга, которого он часто навещал, появлялся пожилой дворник. Подметал, убирал мусор. Делал он это всё обстоятельно, и даже отходы из мусоропровода сортировал – задолго до того, как это вошло в практику. Алексей всегда был общительным, как-то разговорился со стариком, и узнал, что по национальности он немец, уже на пенсии, но решил поработать несколько лет, чтобы помочь детям.

И поэтому, когда в этот раз Алексей возвращался от друга и распахнул дверь подъезда, он удивился, увидев девушку с метлой. Но хуже всего было то, что, сам того не желая, он задел её тяжёлой железной дверью. И теперь она держалась за ногу, болезненно сморщив лицо.

— Простите, ради Бога, — охнул Алексей.

Подхватил девушку под руку и помог ей присесть на лавочку у подъезда.

СЛУШАТЬ АУДИО ВЕРСИЮ РАССКАЗА

— Может быть, к врачу?

Девушка замотала головой:

— Думаю, пройдёт. Что ж вы так летите, не смотрите по сторонам?

— Виноват, — сокрушённо подтвердил Алексей, — А вам ещё много сегодня работать?

— Последний подъезд остался.

— Тогда давайте сюда вашу метлу, я тут уберу. А потом, в качестве маленькой компенсации хотя бы провожу вас до дома. Как вас зовут, кстати?

— Лариса. Но провожать меня не нужно, я сейчас сама встану и …ой.

Лариса попыталась подняться, и снова схватилась за икру.

Алексей пристально смотрел на неё, что-то обдумывая:

— А давайте-ка мы с вами поедем в травмпункт, — предложил он, — Не хотите «скорую» вызывать, можно на такси туда прокатиться.

— Какой травмпункт! — почти рассердилась Лариса, — У меня ещё дел невпроворот, а с утра подъезды мыть...

Было девушке, наверное, лет восемнадцать. В такие годы молодёжь если и подрабатывает, то обычно иначе. Кто-то листовки на улице раздаёт, кто-то в «Макдональдс» устраивается официантом. А эта девчонка пошла на самую грязную работу. И хотя бы была сильная, крепкая… Так нет же — тростинка. Ростом Алексею до плеча. Тоненькая курточка, совсем не по погоде. В такой одёжке будет холодно, даже если физически работаешь.

— Ты далеко живёшь? — спросил Алексей, незаметно перейдя «на ты».

— На Свердлова, почти  напротив этого двора, через дорогу. Ну ладно, если хочешь помочь, домети тут, и я пойду, — Девушка медлила встать, очевидно, нога ещё отзывалась болью.

Алексей быстро убирал оставшийся мусор. Но ему хотелось знать о Ларисе как можно больше.

— Ты учишься где-нибудь? — спросил он.

Девушка отрицательно покачала головой и вздохнула:

— Может быть, потом как-нибудь. В школе-то я училась хорошо. Но сейчас… нет у меня такой возможности.

— А что у тебя случилось?

Больше всего Алекею хотелось сейчас сбросить свою лёгкую тёплую куртку и накинуть её Ларисе на плечи. Но он боялся, что девушке такая вольность не понравится. Она выглядела очень скромной.

— Что случилось?…— Лариса пожала плечами, — Пожалуй, ничего особенного, всё как у многих… Неважно у нас сейчас с деньгами. Отец на своём заводе получает тысяч десять-двенадцать, это чистыми. А мама болеет – у неё с позвоночником плохо совсем. Даже сидеть долго не может – сразу ей надо лечь. Может быть это от того, что рожала часто.

Дорога до дома, где жила Лариса, была совсем короткой. Алексей вёл девушку под руку очень медленно, чтобы подольше побыть рядом с ней. А она рассказывала ему про свою жизнь. Так иногда люди бывают откровенными со случайным попутчиком в поезде, которого — они в этом уверены — больше никогда не встретят.

— Я в семье старшая, — говорила Лариса, — Поэтому детства, считай, и не было. За мною следом ещё семеро у отца с мамой родилось. Глупые малыши, они мне потом завидовали! Потому что, если какую-то новую вещичку раз в сто лет покупали, то именно мне. Я поношу немножко, а дальше это платьице или туфли младшим сестрёнкам переходят.

Только гораздо чаще нам отдавали чужие вещи, из которых дети маминых и папиных знакомых уже выросли. У младшей сестрёнки Наташи талант обнаружился — она шьёт, перешивает, вяжет. А иначе вообще не знаю, во что бы мы бы одевались.

Алексей узнал, что пока Лариса была маленькой, семья и вовсе жила впроголодь. Мать варила суп на весь день, в большой, как ведро, кастрюле. Макароны, посыпанные сахаром, считались у детей настоящим лакомством.

— Папа пробовал на Север летать вахтой, чтобы подработать, пару раз привёз деньги, а потом его там избили, ограбили, трудовую книжку пришлось восстанавливать. Мама тогда сказала – лучше будем жить, как и жили, чем тебя, Коля, потеряем.

Уроки Ларисе приходилось делать рано утром, с тех пор она привыкла вставать в четыре-пять часов. Когда девочка возвращалась из школы, тут же нужно было браться за дела. Гулять с младшими братьями и сестричками, кормить их, стирать, убираться, готовить. Мама уже тогда по состоянию здоровья многого не могла, а позже слегла окончательно.

Потом дети подросли — и Лариса пошла работать. Она устроилась дворником, а в своем доме ещё моет подъезды, за это ей тоже доплачивают. Теперь хоть немножко семья вздохнула, хотя денег всё равно не хватает.

— Значит, ты сейчас тянешь всех домочадцев? — не выдержал Алексей.

— Ну что ты! Мы же свои, и не считаем, кто - сколько в хозяйство вкладывает. Папа вон всю получку отдаёт до копейки. Наташа на продажу шьёт сумки такие…гобеленовые. Ещё, считай, мамина пенсия по инвалидности, да моя зарплата… но дети растут, им столько всего надо…

Лариса вздохнула, и Алексею показалось в этот миг, что она чувствует себя намного старше своих восемнадцати лет.

Тут они как раз дошли до подъезда девушки, и Алексею пришлось распрощаться.

Оказавшись у себя дома, парень невольно посмотрел на всё другими глазами. Он был у родителей единственным сыном. Большая просторная квартира, где никто никому не мешал, и у каждого была своя комната. Почти все вещи, которые он видел вокруг себя, не относились к числу необходимых. Их покупали просто потому, что они были красивы, функциональны, понравились отцу или матери.

Алексей в своё время учился в музыкальной школе, ему купили очень дорогую скрипку. А он бросил обучение – надоело. Не хотелось приходить из обычной школы и спешить в «музыкалку», а потом допоздна готовить уроки. Ведь помимо этого столько было всего интересного – можно поиграть с друзьями в футбол, посмотреть фильм, просто поваляться в кровати с книжкой!

В выходные дни Алексея никто не будил, он мог проспать хоть до полудня. Мама подходила на цыпочках к двери – послушать, не проснулся ли ребёнок, не пора ли подавать ему горячий завтрак?

Алексей помогал родителям, если они просили. Например, отец мог сказать ему: «Поехали, купим картошку на зиму». Это значило, вместе загрузить в багажник мешки, а потом опустить их в погреб в гараже. Или мама просила: «Лёш, пропусти, пожалуйста, институт. Сегодня должен прийти сантехник, а меня не отпускают с работы. Открой ему дверь и покажи, что нужно сделать». И Алексей, без особой охоты, конечно, но всегда шёл навстречу родителям.

Но зато он без раздумий оставлял грязные вещи в ванной (мама загрузит в машинку, постирает, развесит, а потом — чистые и сухие —  сложит в шкаф). И грязная посуда – это была не его забота. Мама помоет. И уж точно Алексей не знал, сколько в семье на данный момент денег, и не беспокоился – хватит ли этой суммы, чтобы дожить до конца месяца?

В тот вечер родители не могли понять странной задумчивости сына.

— Ужинать будешь? – мама приподняла крышку кастрюли. Голубцы пахли просто умопомрачительно.

— Мам, ты устала? — вдруг спросил Алексей, — Не надо из-за меня суетиться на кухне. Я давно уже могу положить себе еду сам. И тарелку за собой помыть тоже в состоянии.

У мамы брови удивлённо поползли вверх:

— Что-то случилось? — спросила она.

Алексей молча покачал головой. Ночью он долго не мог заснуть. Перед глазами стоял образ Ларисы. Теперь он задумывался, а бывали ли в жизни девушки такие дни, чтобы она ела не просто досыта, а именно то, что ей хотелось? Лара такая худенькая, бледная… Работа дворника слишком тяжелая для такой хрупкой девушки. Сейчас, осенью, и то несладко. То дождь, то холодный ветер. А скоро начнётся зима. Нужно будет чистить снег, колоть лёд. Но Ларисе, наверное, и в голову не приходит закатывать родителям истерики на тему: «Я молодая и хочу погулять». Наоборот, она радуется, что может заработать маме на лекарства и всей семье – на еду.

Стоило Алексею закрыть глаза, и он видел девушку так ясно, как будто она была тут, рядом, в его комнате. Стройная, красивая, и такая застенчивая... Когда он в шутку хотел на прощанье поцеловать ей руку, Лариса тут же одёрнула её.  Видимо, стеснялась своих обветренных покрасневших ручек.

Алексей понимал, что никакого повода для встречи у него нет. Одно хорошо, он хотя бы узнал, где Лариса живёт. И на другой день он отправился к знакомому подъезду. Сел на лавочку. Погода была промозглой, осенней. Рано наступили сумерки. В окнах зажигались огни, но Алексей не знал, где находится квартира Ларисы, и поэтому не мог понять – есть у неё кто-то дома или нет.

Он сидел долго, замёрз, но осознавал, что уйти – выше его сил. Парень и сам не знал, на что надеялся. Но, в конце концов, он всё-таки увидел Ларису. Она появилась не одна, а в окружении детишек. За руки девушка вела двух маленьких мальчиков, а две девочки постарше бежали следом. Одеты все были хоть бедно, но чистенько.

Алексей вспомнил как эту тему обсуждали в соц.сетях. Сколько находится тех, кто поливают такие семьи грязью! Люди пишут, что рожать в нищете – это преступление. Что отец должен обеспечить всех своих детей, а иначе он не имеет права их заводить. И, вообще такие семейки, наверное, становятся многодетными, в расчёте на пособия и льготы. Но если бы отец и мать Ларисы  рассуждали логично – никаких детей, пока бедны —  то и Лара бы не появилась на свет!

Алексей содрогнулся, представив такое. И ещё ему вспомнились почему-то строки, которые попались на глаза в интернете. Автор писал, что неухоженные руки – это просто кошмар, ни одна женщина не должна опускаться до подобного неряшества.

Алексей подумал – как бы ему хотелось всё-таки поднести к губам обветренную ручку Ларисы.

— Добрый вечер! — парень встал, когда девушка в окружении своих братишек и сестрёнок, приближалась к нему.

Лариса посмотрела испуганно. Взгляд её спрашивал – что-то случилось?

— Принёс маленькую компенсацию за вчерашний инцидент, — Алексей протянул девушке коробку конфет и увидел радость ребятишек. Он тут же подумал, что конфеты надо было брать не в коробке, а россыпью, килограмма два, чтобы на всех хватило. Ну, ничего, он ещё научится подобным мелочам.

— Познакомь меня, пожалуйста, — попросил он Ларису, и внимательно слушал, стараясь запомнить имена её братишек и сестрёнок, — Так, четверо. А где ещё трое?

— Наташа дома, с мамой, — пояснила Лариса, — А Егор и Антон занимаются в кружке, в школе. Компьютерные программы осваивают. Они к этому делу способные. А я вот малышей забрала из садика. Сейчас отведу их домой, и побегу в магазин. Так что извини, дел по горло – чаю попить у нас не получится.

— Можно мне в магазин с тобой? — спросил Алексей, — Заодно домой хлеба куплю — мама просила.

В ближайшем минимаркете он смотрел, как Лариса загружает тележку. Девушка брала только самые дешёвые продукты, но много – в тележку перекочевали мука, пшено, пара бутылок кефира, у которых истекал срок годности и они продавались по акции.

— Пирожков нажарим, — пояснила Лариса, — Тесто мы тоже сами с Наташкой делаем… Ой, а у вас в семье праздник какой-то?

Она глянула в корзинку Алексея и увидела торт, пакеты с соком, большой кусок сыра и колбасу.

Алексей донёс все покупки до дома Ларисы, а потом протянул ей и свой пакет:

— Может быть, ты всё-таки пригласишь меня к чаю?

…Вечер прошёл в самой непринуждённой обстановке. Теперь Ларисе с сестрой не нужно было тратить время на пирожки, а малышня чуть не прыгала от восторга, разбирая тарелки с кусками торта.

Отца дома не было. «Он сегодня в ночную смену», — пояснила Лара.

А с матерью Алексей познакомился. Немолодая женщина полулежала в постели, оперевшись на подушки.

— Какая там Елизавета Сергеевна, — отмахнулась она, — Тётей Лизой зови…

Матери подали торт и чашку с чаем, а молодёжь собралась за столом. Старшим девочкам, Ларисе и Наташе было очень интересно слушать Алексея. Парень уже оканчивал институт и мог рассказать много забавного. И случаи из студенческой жизни, и смешные эпизоды, связанные с поездками – вместе с родителями он много путешествовал. Даже малыши слушали, затаив дыхание.

— Ларис, может, я завтра пораньше приду? — спросил парень, прощаясь, — Чтобы застать тебя на работе? Я хотел бы тебе помочь… хоть немного.

Девушка вспыхнула. Она представила, что Алексей вновь увидит её в залатанной куртке, с метлой… Ситуация похуже, чем у Золушки. У той хоть была крестная фея и бальное платье на один вечер.

— Не надо, пожалуйста, — взмолилась она.

Алексей больше не настаивал. И хотя ему очень хотелось ей помочь, он понял, что сближаться с Ларисой нужно другим путём. Он попросил разрешения приходить к девушке в гости.

Позже Алексей выспросит Ларису о днях рождения всех членов её семьи, и найдя повод, станет приносить малышам к именинам подарки.

А дома родители станут удивляться тому, как изменился их сын. Прежде он не замечал, если мать возвращалась с работы усталой. И был недоволен, если ему хотелось купить какую-то вещь, а родители просили несколько дней подождать – до очередной зарплаты. Теперь всё было иначе. Парень сам вызывался помочь, ничего не просил купить…

Алексей задумался над тем, что до окончания института остаётся всего несколько месяцев, а он ещё не пробовал искать работу. Ему захотелось найти такое место, которое позволило бы ему встать на ноги, начать самостоятельную жизнь. Он разослал резюме на несколько предприятий, и вскоре получил ответы.

На исходе зимы он позвонил Ларисе и пригласил её в кафе. Сказал, что хочет с нею кое-что обсудить. Он уже привык к тому, что при слове «кафе» у Ларисы округлялись глаза. Она считала, что цены там астрономические. Обычно Алексей сдавался и отменял приглашение, но в этот раз он не собирался отступать.

— Мне нужно с тобой поговорить наедине. На улице холод собачий. Во время прогулки ничего толком обсудить не получится. А вопрос важный.

И Лариса сдалась. Они встретились возле маленькой кафешки – такие в народе именуются «забегаловками». Алексей хотел взять кофе, но заметил, что Лариса внимательно смотрит, как молодая женщина купила малышу клубничный коктейль и заказал такой же. Лариса по-детски обрадовалась:

— Сто лет назад такой пила… Так хотелось…

Теперь, когда им никто не мешал, Алексей рассказал девушке свои новости. По окончании института его приглашали инженером на крупное предприятие. Там выпускали аккумуляторы для автомобилей. Приходить, стажироваться можно было уже сейчас.

— Зарплата будет достойная. Осталось всего несколько месяцев – и я приступлю к работе. И мне бы хотелось, чтобы, когда я окончу институт – мы сразу поженились. Снимем квартиру. Что скажешь?

Лариса сначала покраснела, потом побледнела, а затем Алексей к изумлению своему увидел, что улыбка на лице девушки сменилась, чуть ли не отчаянием.

— Что случилось? — он взял её за руку, — Ты не хочешь выходить за меня замуж?

— Что ты! Но как же я брошу своих? Они без меня пропадут…

— Давай я с ними поговорю, — предложил Алексей, — В конце концов, сколько можно на тебе ехать? А как же отец, глава семейства?

Ему хотелось сказать, что отцу не мешало бы подумать – если стал главой такой большой семьи, то надо вкалывать, искать подработку, раз не хватает зарплаты. Бессовестно перекладывать проблемы на плечи Ларисы.

— Поговорить? Попробуй, да только ничего из этого не выйдет, — вздохнула Лара, — Я отца знаю...

В тот же вечер Алексей проводил девушку и попросил её отца уделить ему несколько минут. Николай неохотно поднялся с дивана. Дома он любил расслабляться, считал, что достаточно устаёт на работе, чтобы ещё чем-то заниматься.

Слушая Алексея, он кивал головой, а потом перебил его:

— Вот так, значит? И что я, по-твоему, делать должен – радоваться, что вы поженитесь? А ты понимаешь, что ты вроде как вор, который к хозяевам в квартиру залезает, и кошелёк из шкафа крадёт? Без Ларискиной зарплаты нам не выжить. Девка совестливая, понимает, что больную мать бросать нельзя, что мелкие есть каждый день хотят. Это тебе всё равно, дохнем мы с голоду или нет…

— Почему вы так?…— начал было Алексей.

Но Николай перебил его:

— Нет уж, если ты на Ларке женишься, то считай, женишься на всей семье. Впрягаешься прямо с этого дня, и начинаешь мальцов тянуть, как она тянет. Подходит тебе такое? Или лучше бросишь Ларку, и будешь искать девушку с приданым? Так ли уж Ларка-то хороша, чтобы ради неё на такую каторгу подписаться?

Ох, как много хотелось сказать в эту минуту Алексею! Но Лариса стояла в дверях комнаты —  бледная, не спускала с него глаз, и он сдержался.

Однако, придя домой, Алексей не выдержал и поделился со своим отцом.

— Наглость какая! — возмутился Павел Петрович, — Давай я схожу туда и поговорю с этим типом. Судя по всему совести у него совсем нет. Побеседую с ним как отец с отцом. Когда, говоришь, он будет дома?

На следующий день Павлу Петровичу пришлось испытать настоящее потрясение. Лариса вела его в глубину квартиры, чтобы он мог поговорить с Николаем. Но мужчина замер, как вкопанный, когда увидел мать девушки, лежащую на диване.

— Лиза? — не веря собственным глазам, сглотнув судорожно, тихо спросил он.

— Паша…, — она спрятала лицо руками и заплакала.

А Павел Петрович всё вглядывался, словно пытался понять, как могла так сильно измениться юная красавица, за которой он когда-то ухаживал. Одно время ему казалось даже, что впереди у них светлое будущее….

Тогда с этой самой Лизой они снимали маленькую квартирку, практически на чердаке, и строили планы на будущее. А потом девушка увлеклась Николаем – самоуверенным, всё на свете знающим… И так сильно вспыхнула в ней страсть, что она разорвала отношения с Павлом, не оставив ему никакой надежды.

Тогда и Павлу захотелось показать, что не так уж много она для него значила, и он как-то наспех сделал предложение едва знакомой Кате и женился на ней. Брак оказался вполне удачным – они вместе уже долгие годы.

А Лиза, которую он помнил такой нежной, в которой ещё столько было детского – теперь лежит перед ним измождённая, и не сорок лет можно дать ей, а все шестьдесят.

Теперь Павлу Петровичу не было никакого дела до Николая. Он присел на краешек покосившегося дивана.

— Что с тобой произошло? — спрашивал он, держа за руки когда-то самую желанную.

— Да вот видишь, — Лиза плакала, не таясь, — Совсем я теперь никуда, настоящий инвалид. Наверное, жизнь меня за тебя наказала.

Николай хотел было войти и вмешаться в разговор, но Павел Петрович закрыл перед ним дверь. Настаивать хозяин дома не посмел.

Лиза рассказала свою короткую, простую и горькую историю. Николая она любила долгие годы. А он, видимо, считал, что мужчина имеет право ходить налево, когда ему вздумается.

— А если я так попробую сделать? — один раз спросила Лиза.

Николай погрозил ей кулаком:

— Только посмей! Баба – это другое дело. Загуляешь – сразу с тобой разведусь.

Лиза боялась, что Николай её бросит. Она не знала, как ему угодить, чтобы только был рядом. В своё время она так и не окончила техникум, поэтому бралась за любую работу. И рожала детей, чтобы удержать неверного мужа. Женщине давно следовало заняться своим здоровьем, но на это не оставалось ни денег, ни времени. И вот, наконец, Лиза окончательно слегла.

— Последних малышей я бы уж и не рожала, — призналась она — Но Николай настоял. Мол, многодетным льготы положены. Наверное, эти льготы и вправду кому-то помогают, если отец с матерью трудолюбивые и ответственные. А так что ж…Работать всё равно надо. На одни пособия не проживёшь.

И Лиза расплакалась ещё сильнее. Павел понимал, что ей стыдно перед ним за то, что она так плохо выглядит, так опустилась. Он хотел сказать ей много всего, но помнил, что пришёл сюда ради сына.

— Ты можешь мне сказать одно, — начал он, — Почему твой муж так безжалостен к Ларисе? Над тобой он измывался всю жизнь, но девочка-то в чём виновата? Разве она подписывалась на то, чтобы в восемнадцать лет стать главой многодетной семьи? И неужели Николаю её не жаль? Ведь родная дочь…

— Она не родная ему, — тихо сказала Лиза, а затем выдержав паузу, продолжила, с трудом проговаривая слова — Она… Твоя дочь… Когда я тогда от тебя, была беременна. Но срок очень маленький был, поэтому я не стала ничего рассказывать тебе. Думала, смогу убедить Николая, что это его дочка. Но не вышло. Сначала он вроде бы поверил, а потом… Остальные ребята-то все как под копирку рождались – волосы с рыжиной, глаза чёрные… А Лариса вот такая Снегурочка получилась. Коля меня и так обвинял, что он у меня не первый, а потом и насчёт Лары уверился, что она — не его... До сих пор спрашивает – от кого я её нагуляла?

Сейчас модно всякие тесты ДНК делать, только у меня денег на них никогда не было. Так вот знай, я никакой экспертизы не боюсь, Хочешь – проверяй. Твоя дочка, как на духу говорю.

— Но как ты могла столько лет скрывать от меня это? — с трудом вымолвил Павел Петрович.

Лиза махнула рукой:

— А, тут много всего сошлось. Одно время я Колю как помешанная любила. На смерть бы за него пошла. А потом, когда жить мы стали всё хуже и хуже, и он уже не только надо мной, но и над Ларисой власть взял, тогда я и подумала… Может, стоило, разыскать тебя, рассказать всё как есть – вдруг ты поможешь девочке, поддержишь её? Но я знала уже к той поре, что ты женат. Как же я могла лезть в чужую семью? Вдруг из-за меня ты поругался бы со своей Катей? Нет, такой грех на душу я решила не брать. А теперь, видно, судьба… Раз ты узнал всё.

— Только что же получается? — вдруг всплеснула она руками, пытаясь приподняться, — Лёша с Ларисой – брат с сестрой? Значит, им всё равно придётся расставаться?

— Не волнуйся, — Павел поднялся, — Я сам поговорю с детьми, всё устроится. И тебя в таком состоянии мы не оставим.

Откладывать тяжёлый разговор он не мог. Как раз в эти дни жена его уехала в командировку. И Павел Петрович пригласил Ларису к ним домой.

Девушка робко прошла в комнату вслед за Алексеем. Но никто из ребят не мог даже предложить того, что им предстояло услышать.

Когда Павел Петрович замолчал, Алексей вскочил:

— Не может быть! Почему ты не рассказал нам всё раньше?

— Видишь ли, сейчас младшее поколение привыкло само решать свою судьбу. Родителей уже потом перед фактом ставят – мы женимся. Может быть, в этом есть и своя положительная сторона, но, тем не менее, порой случаются и такие вещи, как в нашей семье. Лучше б матери с отцом все раньше узнавать…

— Значит, для нас с Лёшей всё кончено? — спросила Лиза, опустив взгляд, блеснувший слезой.

Она сидела очень бледная, боялась шелохнуться. И Павел Петрович сдержался, не задал вопрос, который ему так хотелось задать. Как она отнеслась к тому, что он – её отец? Вместо этого он сказал:

— Нет. Для вас никаких препятствий нет. И в связи с этим я должен открыть ещё одну семейную тайну. Когда я женился на Кате, у нее уже был Алексей. Я никогда не спрашивал её о прошлом. Пообещал ей, что воспитаю ребёнка как родного. И по моему, Алексей, тебе не в чем меня упрекнуть…

Долго в тот вечер они сидели вместе. Говорили, и не могла наговориться. Павел Петрович пообещал, что теперь всё будет по-другому. И он сдержал своё слово.  Уже на следующий день, он приехал за Лизой, на руках отнёс её в машину и отвёз в хорошую платную клинику. Там без промедления занялись пациенткой. После обследования врачи вынесли вердикт: Лиза может встать на ноги после операции на позвоночнике. Довольно сложной, но результат врачи гарантировали. Павел Петрович взял на себя все расходы. В том числе, и отдельную палату оплатил. Он хотел было пригласить и сиделку, но Лариса с Наташей запротестовали. Сказали, что будут выхаживать мать, сменяя друг друга.

Жена Павла вернулась из командировки, и он признался ей, что раскрыл сыну их главную тайну, которую они хранили столько лет. Конечно, Катя сначала схватилась за сердце. Но немного позже убедилась, что ничего страшного не произошло. Отношение Алексея к родителям не изменилось, а Павел Петрович продолжал любить парня как родного сына. К тому же, он рассказал жене, ради чего пришлось ворошить прошлое.

Катя пожелала немедленно познакомиться с Ларисой. Скромная, трудолюбивая девушка ей очень понравилась. Правда, свадьбу пришлось немного отложить – на несколько месяцев. К тому времени Лизе уже сделали операцию, и она уверенно шла на поправку.

Скрепя сердце, Павел Петрович устроил Николая на хорошую работу – теперь мужчина получал как минимум в три раза больше, чем раньше. Видимо, он тоже намыкался и понял, что за новое место надо держаться. Во всяком случае, работе он стал отдавать все свои силы.

Младших детей на время поместили в школу-интернат. Она пользовалась хорошей репутацией. Ребят там не только учили, но и помогали преодолеть проблемы с речью, отставание в развитии. К счастью, братишки и сестрёнки Ларисы никакими недугами не страдали. Просто, в силу жизненных обстоятельств они были, как сейчас говорят,  «педагогически запущенными». Договорились, что как только Лиза окрепнет, заберёт детей домой.

Свадьбу сыграли в августе. И Павлу Петровичу радостно было смотреть на Алексея и Ларису – молодожёны просто сияли. Теперь судьба дала им полное право на счастье.