Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Содержание материала

ОН - молодой студент. ОНА - взрослая женщина, воспитывающая дочь. ОНИ встретились однажды по нелепой случайности и полюбили друг друга с первого взгляда и навсегда. ОНИ счастливы вместе, несмотря на разницу в возрасте, ОНИ строят планы на будущее, ОНИ хотят пожениться. Но все готовы разделить ИХ счастье и на пути встают преграды в виде интриг, угроз и проклятий. Однако, ОН готов бороться за свою любовь и пойти даже против собственной матери. А ОНА не выдерживает постороннего давления и решает выйти замуж за первого встречного, лишь бы только не портить ЕМУ жизнь. ОН же не собирается отступать и бросается на ее поиски, попадая в страшную аварию...

ЧАСТЬ  ПЕРВАЯ. Глава 1.

Осень в этом году выдалась на редкость жаркой. Погода не соответствовала времени года. Обычно в этих краях уже к концу августа начиналось похолодание, поэтому сентябрь с жаркими деньками воспринимался местными жителями как аномальное явление. В конце рабочего дня все спешили поскорее укрыться от жары в своих домах.

Рабочий день приближался к концу, народа в супермаркете было не очень много. Молодые люди подбежали к свободной кассе, весело болтая на ходу, видимо, обсуждая какой-то фильм. Пока молодой человек рассчитывался за покупки, его спутница взяла бутылку Колы, и, не отходя от кассы, начала ее открывать. Как только крышка была откручена, освободившаяся пена тут же вырвалась наружу, и кола начала плескаться. Девушка закричала, и растерявшись начала метаться по сторонам. Струя напитка была направлена на кассира. Одежда Олеси (имя кассира можно было прочесть на бейджике сарафана), а также чек, который только что отбился и упаковочная тара, лежавшая рядом с кассой, были тут же залиты напитком. Девушка испуганно убежала в сторону, а молодой человек, сопровождавший ее, стал нелепо извиняться перед Олесей, которая стояла как вкопанная и совершенно не знала, как ей в этой ситуации поступить, а затем принялся оправдываться перед сотрудником охраны, который пригласил его пройти от кассы.

 

Олеся попросила больше не занимать очередь к ее кассе и обратилась к администратору с просьбой отпустить ее домой, так как продолжать работу в мокрой одежде она не могла.

БУКТРЕЙЛЕР

 

До дома можно было дойти пешком, но идти в таком виде по оживленным дворам Олесе не хотелось.

— Давайте, я вас довезу до дома, — предложил молодой человек, который после беседы с сотрудниками безопасности супермаркета встретился с Олесей у выхода.

— Не стоит, сама дойду, — кратко и уверенно ответила женщина.

— Но как же вы… в таком виде…

— В каком? — женщина пристально посмотрела ему в глаза, и от такого взгляда его как будто сразила молния, дрожь пробежала по телу, парень тут же растерял весь словарный запас.

Олеся прижала к себе сумку, прикрывшись спереди, и гордо зашагала вперёд. Молодой человек молча смотрел ей вслед, пока подруга не потащила его за рюкзак.

— Тёма, ну пошли уже, подумаешь, тётку обрызгали, постирает, ничего не случится с ее платьем.

— Она не тётка, а женщина, научись уже правильные слова подбирать! — настойчиво проговаривая каждое слово, попросил молодой человек.

— Не придирайся, ну чего ты так воспринимаешь эту ситуацию, ну бывает, ничего страшного ведь не произошло.

— Ладно, идем, довезу тебя до дома.

— А как же бассейн? Зачем мы, вообще, туда собирались?

— Хватит на сегодня купаний… Мне нужно готовиться к зачёту, да и тебе бы не помешало книжку в руках подержать хотя бы.

Девушка не унималась:

— Ну, Тём, давай хотя бы часик ещё погуляем, ну что ты, хотя бы по парку давай пройдёмся? Тёма…

— Знаешь, Ань, я, наверное, поеду, до дома сама дойдешь, не заблудишься, а мне твои капризы надоели уже!

Молодой человек резко развернулся и зашагал к парковке, ускоряя шаг.

— Тёма!!! — не унималась спутница, — ну и катись, сам же потом прибежишь, урод!

— И тебе приятного вечера, — не оборачиваясь, ответил юноша, и, улыбаясь сам себе, зашагал веселее, как будто обрадовался тому, что наконец-то избавился от компании этой девушки.

Олеся почти бежала до своего дома, и была очень рада тому, что на улице невыносимая жара, и у подъезда нет любопытных глаз, которые постоянно следили за каждым, кто проходил мимо, и непременно пытались выяснить все, что им казалось странным.

Платье уже высохло под лучами палящего солнца, но желтые пятна от колы были заметны. Олеся мигом впорхнула в подъезд и поспешно вошла в свою квартиру.

Настроение было немного подпорчено, но Олесе меньше всего хотелось вспоминать об этой неприятности. Самое обидное было то, что придется теперь отрабатывать четыре часа вместо двух, на которые раньше ей пришлось уйти с работы, или же за эти два часа будет удержано из зарплаты в двойном размере. Финансовое положение оставляло желать лучшего, да еще у дочери намечались сборы, нужно было купить новый спортивный костюм.

Олеся привела себя в порядок и решила позвонить отцу Ляны, с которым они были в разводе уже пятый год. Алиментов Олеся не получала, участия в воспитании дочери бывший муж не принимал, потому что пытался устроить свою личную жизнь и за время развода с Олесей жил в гражданском браке уже с третьей или четвертой девицей. Вот и подумала бывшая жена, что можно было бы уже напомнить о себе и о дочери, заботиться о которой должны, как правило, оба родителя.

— Слушаю, —  недовольным голосом ответил мужчина, видимо, только что пробудившийся от глубокого сна.

— Кирилл, это я, — Олеся говорила спокойным, но требовательным тоном. — У Ляны скоро сборы, нужно купить кое-какие вещи, а у меня с деньгами сейчас напряженка. Ты мог бы нам немного помочь? Купи хотя бы спортивный костюм для дочери. Многого мы у тебя не просим, да и никогда не обращались до сих пор, но сейчас исключительный случай. Ребенок едет на сборы за краевую команду.

— Нет у меня сейчас возможности, я Эльзе обещал в этом месяце машину поменять, так что, не получится. Сама решай свои проблемы, у меня теперь другая семья, не забывай. Молодая жена требует повышенного внимания и, соответственно, расходов.

— Да, я поняла, — Олеся нажала на кнопку сброса и размышляя подошла к окну.

На детской площадке она сразу заметила молодого человека из супермаркета. Он сидел на качелях, медленно раскачиваясь, и поглядывал по сторонам, судя по всему, стараясь держать в поле зрения все подъезды дома Олеси.

«Вроде бы, никогда раньше я не видела его здесь», — подумала женщина, и снова вернулась к телефону. Подруга на звонок не ответила, но вскоре перезвонила сама.

— Леська, я тут с мужчиной познакомилась. Ну, очень привлекательный, и друг у него ничего такой. Приглашают в кафе посидеть. Соглашайся!

— Не могу, Верусь, да и не хочу, ты же знаешь, что для меня все эти знакомства ничего не значат и не нужен мне никто, хватило одного досыта. Ты не могла бы мне немного денег одолжить? А то на работе неприятности, да еще аванс задержали. А мне нужно Лянке вещи подкупить для сборов.

— Победила на районном соревновании?

— Да, первое место заняла.

— Отлично! Без проблем, приезжай, только я через полтора часа ухожу, успеешь?

— Да, конечно, уже бегу.

Олеся мигом переоделась, и, застегивая на ходу босоножки, поспешила на улицу. Автобусная остановка была недалеко от дома. Выйдя из подъезда, Леся увидела, что нужный маршрут уже собирался отъезжать. Она изо всех сил побежала к автобусу, но дверь безнадежно закрылась, и автобус медленно поехал.

— Да что же это такое, ну что за день, теперь точно опоздаю, — Олеся даже не заметила, что произнесла эти слова вслух.

— Такси не желаете? — послышался за спиной тихий голос молодого человека.

Женщина обернулась. Это был тот самый юноша.

— Не желаю, спасибо!

— А зря! Вы ведь явно спешите куда-то по важному делу, а двадцатый маршрут ходит раз в тридцать минут. Так что шансы успеть к назначенному месту у вас весьма малы.

Леся и сама понимала, что это так. И если сейчас не успеть, то найти Веру потом будет невозможно несколько дней, а деньги нужны ей сегодня.

— Ну, позвольте мне хоть как-то загладить свою вину, — молодой человек не собирался отступать.

— Допустим, вашей вины в случившемся не было.

— Моя вина в том, что я позволил Ане взять в руки бутылку с Колой. А ей ведь совсем ничего нельзя доверять, у нее в руках все всегда ломается, выливается, выпрыгивает, вы….

— А знаете что, — прервала Олеся, — я, пожалуй, воспользуюсь вашим предложением, но при условии — я оплачу поездку по тарифам такси.

— Согласен! При условии, что вы позволите мне угостить вас мороженым. Ну, мне, правда, очень неловко за сегодняшний инцидент.

— Хорошо, идет!

Олеся совершенно не понимала, для чего согласилась на его дурацкое предложение. Мороженое… Да ее на мороженое приглашали только раз, в десятом классе. И нет уже давно того мороженого, которое когда-то ей нравилось…

— Прошу! — Молодой человек открыл переднюю дверь своего старенького автомобиля.

Олеся села на переднее сиденье и попыталась вытащить защитный ремень, но он не поддавался.

— Позвольте, — молодой человек немного опустил ремень и медленно потянул, — ну вот, он просто не любит резких движений!

Олеся ухмыльнулась, пристегивая ремень безопасности.

Молодой человек занял водительское кресло, пристегнул ремень и протянул пассажирке руку:

— Артём! Приятно познакомиться!

Олеся рефлекторно потянула свою руку, но потом одернула, и, покраснев, тихо произнесла:

— Олеся. Но мне не очень приятно наше знакомство, признаюсь честно.

— А я почему-то так и подумал, — весело ответил Артём, поворачивая ключ зажигания.

До места доехали очень быстро. Олеся открыла сумочку, достала кошелек, но Артём напомнил ей о мороженом.

— Не спешите, рассчитаетесь позже, нам ведь еще предстоит в кафе поехать, так что не задерживайтесь долго, я здесь подожду.

Олеся бросила искрометный взгляд в его сторону и вышла из машины, случайно громко хлопнув дверцей. Она виновато оглянулась и поспешила к подъезду подруги.

Вера с явным нетерпением встретила подругу на лестничной площадке, и, не дожидаясь, пока та войдет в дверь, выпалила свой дежурный вопрос:

— Ну и кто этот милый молодой человек?

— Никто…

Видно было, что другого ответа Вера не ожидала, а утолить любопытство было просто необходимо, иначе дальше жить спокойно она уже не сможет:

— Никто, это понятно, ладно. Ну, тогда скажи, почему ты приехала не на автобусе, а с этим никем?

Олеся знала, что подруга не отпустит ее, пока не получит хоть какой-то вразумительный ответ, поэтому решила время не тянуть и не оправдываться.

— Вер, давай я тебе потом все подробно расскажу, а пока вкратце. Сегодня на работе меня облила Колой его спутница, — увидев недоуменный взгляд подруги, Олеся добавила: — СЛУЧАЙНО… Ну он, в знак извинения, предложил хоть как-то эту ситуацию загладить. Вот и все, больше ничего.

Вера хитро усмехнулась, протянула деньги и осмотрела подругу с ног до головы.

— А ты у нас еще ничего, любой спутнице конкуренцию составить можешь.

— Вера, прекрати, ну ты же знаешь, не люблю я эти разговоры, он еще совсем юный мальчик.

— Так это ж хорошо, что юный. Не разбалованный судьбой, чистый лист, — Вера продолжала загадочно улыбаться, — ну ладно, беги, а то мне собираться пора. Я пойду в кафе с мужчинами, а ты проведешь время в компании с совсем юным мальчиком. Я тебе, наверное, завидую, но белой завистью.

Олеся отрицательно покачала головой, чмокнула подругу в щеку, поблагодарила за деньги и побежала вниз по лестнице.

Артём уже стоял у пассажирской дверцы и приготовился её открыть, но Олеся возразила:

— Не стоит, я ведь теперь никуда не спешу, и могла бы добраться до дома на общественном транспорте. Не хочу отнимать ваше время, которое вы могли бы лучше всего провести со своей девушкой.

— Аня не моя девушка, мы просто вместе учимся. А я должен угостить вас мороженым, мы договаривались, и было бы нечестно с вашей стороны не выполнить обещание, получив свое.

Олеся совсем забыла про это дурацкое мороженое, да и костюм дочери нужно было успеть купить, поэтому она заволновалась, взгляд забегал, она пыталась придумать оправдание, чтобы только поскорее попасть в магазин.

— А знаете что, давайте, перенесем мороженое на другой раз?! Мне, правда, очень нужно сейчас успеть по делам. Магазины скоро закроются, а я должна купить ребенку спортивный костюм.

— Так зачем же дело встало? Я домчу вас до любого спортивного магазина, а потом — мороженое!

— Мне, действительно, не хочется, злоупотреблять вашей необъяснимой добротой. Поверьте, инцидент исчерпан, не стоит себя винить за нелепую случайность вашей спутницы. Позвольте, я сама решу свои проблемы.

— Не позволю, — настойчиво заявил Артём и уверенным движением открыл пассажирскую дверь.

Олеся покорно села в машину, совершенно не понимая, как удается этому юноше манипулировать ею, но больше всего не понимала, почему его настойчивость симпатизирует ей. Он совсем еще молод, лет двадцать, не больше, но ведет себя как взрослый состоявшийся мужчина. Серьезен, весьма умен, симпатичен… Олеся поймала себя на этих мыслях и всеми силами пыталась их прогнать, но они, как назойливые мухи, продолжали жужжать, перебивая одна другую… Он, действительно, не такой, как его ровесники, он совершенно отличается от них. Голос… Его вполне мужественный сформировавшийся голос с нотками настойчивости в каждом слове, звучит уверенно и не оставляет шанса для возражений. Олесе стало вдруг страшно от этих мыслей, которые даже допускать нельзя было, мальчик явно младше нее лет на пятнадцать, и она попыталась подумать, какого цвета костюм лучше выбрать для дочери. Сборы предстояли серьезные, нужно было подобрать что-то неяркое и современное.

— Ну вот, магазин спортивных товаров! Предлагаю свою помощь в выборе костюма.

— Не стоит!

— Ну почему же? Вдвоем мы быстрее справимся с задачей, и соответственно, быстрее поедим мороженое! У вас сын или дочь?

— Дочь!

— Отлично! А сколько лет дочери?

— Она почти ваша ровесница, двенадцать.

— Ну что вы, мне уже двадцать. А ваша дочь еще совсем ребенок. И я уверен, что смогу вам помочь с выбором. Сам спортсмен, кое-что в этих делах соображаю.

И снова Олеся не смогла его переубедить. В магазине было пусто, до закрытия оставалось совсем немного времени, нужно было сделать хороший выбор, а не купить первую попавшуюся вещь. Олеся взяла темно-синий костюм, повертела его в руках и повесила на место.

— Вот, взгляните! — Артём снял с вешалки костюм нежно-голубого цвета, с небольшой эмблемкой на кофте. Вроде бы ничего особенного в нем не было, неяркий, без всяких броских нашивок, которые были почти на всех других костюмах, но выглядел дорого и красиво. Если бы Олеся сама увидела это костюм, то непременно бы выбрала его, а сейчас хотелось отказаться от покупки только потому, что выбор принадлежал чужому человеку. Олеся понимала, что глупо не купить ребенку вещь лишь по этой причине, но не хотела, чтобы юноша загордился. Однако он ничуточки не изменился внешне, никакой гордости или надменности в нем не было заметно, хотя сразу же понял по взгляду Олеси, что костюм ей тоже понравился.  Он вел себя так, будто выбирает одежду для собственной дочери и это выглядело очень необычно для Олеси, ведь отец Ляны никогда даже по магазинам с ней не ходил, и уж тем более не помогал сделать выбор.

—Ну что, берём? — поинтересовался Артём, — я просмотрел здесь уже все, это самый лучший. Поверьте, ваша дочь оценит выбор.

Олесю привлекла к тому же и цена. Именно на этот костюм она заметила скидку в 50% и поэтому начала разглядывать его на предмет брака, но все было отлично. Тогда она решила поинтересоваться у консультанта, почему товар продается по скидке и оказалось, что это был последний костюм из данной модели, потому и сделали большую скидку. Олеся подумала, что ей просто повезло. Размер как раз который нужен, и по деньгам экономия, что было очень кстати.

За спиной послышался голос девочки:

— Нет, я хочу тот, который тетя держит, он крутой, другой мне не нужен!

Мать девочки обратилась к Олесе:

— Позвольте, посмотреть костюмчик, мы бы хотели его примерить.

— Простите, но мы его уже берём!

Оплатив покупку, Олеся заметила, что Артёма рядом нет, и направилась к выходу, подумав, что вот и проявилась его детская натура – надоело, сбежал. Но он догнал ее и протянул небольшой пакет:

— Вот, я взял на себя смелость и сделал подарок вашей дочери, спортсменка обязательно оценит.

— Вам не кажется, молодой человек, что вы слишком много на себя берете? Я сама могу купить дочери все, что ей нужно.

— Меня зовут Артём, — напомнил юноша, и я не сомневаюсь,что вы можете все, но это всего лишь сувенир, как от спортсмена спортсмену, и вы не можете за нее отказаться. А если хотите, я сам передам подарок вашей дочери лично.

— Этого еще не хватало! — Олеся пыталась показать, насколько она недовольна.

А Артём сделал вид, что ничего не произошло, и поспешил напомнить о мороженом.

В кафе было не так уж людно, хотя рабочий день давно закончился. Видимо, дневной зной утомил всех настолько, что люди предпочли отдыхать сегодня дома, а не в кафе.

— Вы какое мороженое любите больше всего?

— Крем-брюле в шоколаде, с вафельной крошкой и грецким орехом, но вряд ли здесь такое найдется.

Артём загадочно улыбнулся.

— А пить что-то будете? Сок, кофе?

— Кофе, пожалуйста, без сахара, немного сливок.

Артём пошел к барной стойке и уже через пару минут вернулся к столику.

— Сейчас все будет. А пока мы можем познакомиться поближе.

— Это еще для чего? — Олеся посмотрела ему в глаза и почувствовала, как лицо залил густой румянец.

— Ну не сидеть же нам молча. И честно признаться, мне очень приятна ваша компания, хотелось бы, чтобы встреча в этом кафе повторилась.

— Ну вот что, молодой человек…

— Меня зовут Артём, — тихо и настойчиво он вновь повторил свое имя.

— Хорошо, Артём. Так вот, давайте определимся. Мы здесь сейчас вместе всего лишь по воле случая и мне бы не хотелось с вами еще раз когда-то встретиться. Я вдвое старше вас и этим все сказано.

— Ну нет, вы очень молодая, привлекательная и… красивая… — теперь Артём пристально смотрел ей в глаза и слегка покраснел.

Олеся отвела взгляд к окну и не знала, что сейчас можно ответить. Она пыталась понять - он издевается или тупит. Допустить мысль о том, что говорит правду, она не могла и не хотела.

— Ваш заказ, — официант аккуратно поставил два мороженых крем-брюле в шоколаде с вафельной крошкой и грецким орехом и два кофе, без сахара, с небольшим количеством сливок.

Олеся не выдержала:

— Ну, теперь все ясно, вы точно решили надо мной поиздеваться. Иначе, зачем вам было повторять мой заказ?

— Ничуть, просто я тоже люблю именно такое мороженое и именно такой кофе, — голос Артёма прозвучал настолько невозмутимо и уверенно, что не поверить ему было просто невозможно.

— Не может быть, это вкус из моего детства, сейчас другие предпочтения.

—  У предпочтений нет возраста. Я много времени проводил со своим дедушкой, и он часто приводил меня в кафе и покупал всегда именно такое мороженое, другое я не люблю до сих пор.

Олеся снова не могла понять – то ли он хочет сравнить ее по возрасту со своим дедушкой, то ли действительно их вкусы просто совпали, совершенно случайно, такое бывает… Но независимо от того, как все было на самом дела, Олесе очень хотелось поскорее доесть мороженое и вернуться наконец уже домой, где дочь уже наверняка переживала, ведь Олеся никогда так долго не задерживалась.

— Ну что ж, спасибо вам огромное за мороженое, за вкусный кофе, — доставая кошелек из сумки, начала разговор после выдержанной паузы Олеся.

— Не нужно денег, — Артём слегка приподнялся.

— Мы договаривались – вы угощаете меня мороженым, я оплачиваю за услуги такси, — Олеся положила на столик купюру.

— Вы оплатили еще и поездку до дома, я отвезу.

Возражать Олеся не стала, было действительно уже поздно, и она беспокоилась о Ляне, которая никогда не оставалась одна в такое время.

Доехали очень быстро, машин на дороге было совсем немного. Дневной зной не давал забыть о себе и поздним вечером. На улице было душно, и лишь легкий ветерок давал надежду на то, что продлится это недолго.

— Огромное спасибо! И прощайте. — Олеся направилась к подъезду.

— Пожалуйста! Надеюсь на скорую встречу! — не дожидаясь возражений, Артём поспешно сел в машину и уехал.

А Олеся и не стала возражать, потому что была уверена, что встречи больше никакой не будет, объясняя поступок Артёма тем, что он слишком порядочный и всеми силами пытался извиниться за неуклюжесть своей сокурсницы.

Ляна радостно встретила мать у двери:

— Ну, наконец-то, я заждалась уже. Ты где была так долго?

—  Ой, Ляна, где я только не была… Вот, костюм купила тебе, — она протянула дочери пакет.

Та приоткрыла его и восторженно запрыгала:

— Супер! Мам, ты даже не представляешь, как я мечтала о таком именно костюме! Девчонки обзавидуются все. Такой только у Милки есть. Он же дорогой, откуда у нас денег столько?

— Ты знаешь, повезло. Он последний остался, скидку сделали очень хорошую, и я успела его забрать, в магазине девочка с мамой выбирали костюм и тоже очень хотели получить именно этот, но он достался тебе!

Олеся обняла дочь и тут же вспомнила, что если бы Артём не успел взять этот костюм, то наверняка его бы забрали те люди, и она почувствовала  какой-то дискомфорт, как будто не её заслуга в том, что дочь сейчас настолько счастлива. 

— Ну, беги, примеряй, а я пока ужином займусь, ты проголодалась наверняка уже.

Ляна поцеловала мать в щеку и побежала в свою комнату, а уже через минуту оттуда раздался еще более восторженный всплеск эмоций:

— Ой, мамочки! А это ты, вообще, как догадалась купить? Я же о таком мечтать даже не могла, думала, никогда мне не светит…

Олеся мигом очутилась в комнате дочери, та держала в одной руке пакет, который передал Артём, а в другой какую-то безделушку. Олеся опустила голову.

— Ляночка, я должна тебе сказать, что даже понятия не имею, что это за вещь. Не я ее купила. Сегодня я случайно познакомилась с одним юношей. Его подруга облила меня газировкой,  у нас в магазине, случайно, а он, в знак извинения, свозил меня к тете Вере, в магазин и передал тебе вот это… А потом мы поели мороженое, и он привез меня домой.

— А-а, понятно, почему ты так задержалась. А я видела его в окно. Очень похож на тренера по плаванию из пятой группы. Он красивый!

— Ага, его подруга тоже красивая и молодая, — с грустью прошептала Олеся.

— Мам, это ты у меня самая красивая и самая молодая.

— Девочка моя, для детей всегда их мамы самые красивые и молодые, но это только для детей…

— Да нет, у нас в классе все девчонки говорят, что моя мама самая молодая,  а когда ты приходила писать заявление, чтобы меня отпустили на сборы, новая биологичка спросила: «Ляна, это твоя старшая сестра?»

Олеся улыбнулась, погладила дочь по голове и вернулась на кухню.


Глава 2.

Утро следующего дня началось для Олеси весьма необычно. Проснулась прежде, чем успел прозвенеть будильник, и ни минуты не хотелось больше провести в кровати. Она открыла окно — от вчерашней жары не осталось даже и следа. Погода резко изменилась: сильно похолодало. Немного проветрив комнату, окно пришлось закрыть.

Приготовив завтрак, Леся разбудила дочь.

— Ляночка, у вас сегодня тренировка подольше будет, поэтому дождись меня, одна домой не уходи, будет уже поздно. А я с работы сразу за тобой зайду, хорошо?

— Да, мам, договорились, обещаю, без тебя за ворота спорткомплекса даже не выйду!

— Ну, вот и славно! — Олеся поцеловала дочь и, давая наставления о том, чтобы та не забыла одеться теплее, поспешила на работу.

Покупателей, как ни странно, было меньше обычного, и кассиры вертели головами по сторонам, маясь от скуки. Когда народ идет потоком, время пролетает незаметно, а если очереди нет, кажется, что время никуда не движется и придется сидеть за этой кассой целую вечность. Но для Олеси сегодняшнее спокойствие было только в радость. Она вспомнила вчерашний день, и улыбка невольно коснулась ее губ. Она не могла объяснить, что именно ее так радует сейчас. Она вспомнила голос Артёма, и внутри защемило от того, что пришлось побороть непреодолимое желание услышать его голос вновь.

Она вспомнила его пристальный взгляд, его уверенные жесты, спортивное телосложение и поймала себя на мысли о том, что двадцатилетний юноша не может быть таким серьезным, однако, не лишенным чувства юмора; таким целеустремленным и в то же время явным романтиком. Обычно эти качества не сочетались в мужчинах, и именно это отличало Артёма от остальных молодых людей. Леся долго пересматривала в мыслях события вчерашнего вечера и пыталась понять, для чего все-таки ему все это было нужно. Из мыслей ее буквально вырвал нервный покупатель:

— Девушка, работать будем или досыпать на рабочем месте?

Леся извинилась и, отпустив ненужные мысли, вернулась к реальности. Она запретила себе еще когда-нибудь возвращаться к этим размышлениям, тем более впускать в них Артёма. «Это был подарок судьбы, всё прошло, и я не вправе рассчитывать на большее. Всё забыть… Раз и навсегда…», — мысленно приказала себе Олеся и погрузилась в работу, благо, народу собралось достаточно и стало ясно, что до конца рабочего дня расслабиться уже не удастся.

После работы Олеся, как и обещала, пошла за Ляной. Тренировка еще не закончилась, и Леся прошла в фойе выпить кофе.

— Леся, — раздался за спиной знакомый и такой пронзающий своей оригинальностью голос.

Олеся не решалась обернуться, она не могла представить, как Артём нашел её здесь. Случайность, или он затеял игру?

— Что желаете? — буфетчица обратилась к Олесе, так как ее очередь подошла полминуты назад.

— Два кофе без сахара, и немного сливок, — Артём опередил Олесю и протянул деньги.

Леся направилась к ближайшему свободному столику, прекрасно понимая, что затевать спор сейчас было бы бесполезно.

— Привет! Твоя дочь занимается здесь? Какое совпадение! — присаживаясь к столику, начал Артём.

— А мы уже перешли на «ты»?

— Ну да, а ты против? К чему все эти церемонии: «а не пора ли нам…». Может, о погоде ещё поговорим? Сегодня резко вдруг похолодало… Ну, в современном мире ведь живем, так ты не против?

— Хорошо, давай на «ты», я тоже не люблю все эти сложности. Ну и как ты здесь очутился?

— Я работаю здесь.

Олеся вспомнила слова Ляны: «он похож на тренера по плаванию…»

— Вчера ты говорил, что учишься?

— Учусь. И работаю. Что в этом странного?

— Просто необычно. Молодые люди чаще всего не торопятся искать работу, пока не закончат обучение, оправдывая себя тем, что это сложно и неудобно.

— Это нормально и совсем несложно.

Артём ничуть не изменил ни интонацию, ни поведение, ни взгляд. Он вёл себя не так, как другие. Обычно, говоря о своих успехах или преимуществах, парни выдают некую гордость жестами или голосом, но не Артём. И Олеся не смогла не обратить на это внимание.

Тренировка закончилась, и подростки начали выходить из спортзала.

— Мне пора, спасибо за кофе! Никогда бы не подумала, что встретимся снова.

— Теперь, надеюсь, часто встречаться будем!

— Только давай все оставим на уровне «привет-пока».

— Ну, это как получится, ничего обещать не могу, обещания накладывают обязательства, а я неуверен, что смогу сдержаться и не превысить назначенный тобой уровень.

Артём смотрел ей в глаза, и еле уловимая улыбка касалась его губ. Олеся ничего не ответила и направилась к выходу, где ее уже ждала дочь.

— Маам… — Ляна смотрела на мать с вопросом в глазах.

— Ну да, тот самый юноша оказался как раз тем самым тренером.

— Ух ты, интересное совпадение. Он тебе нравится?

— Ляна, ну что ты говоришь? Это просто случайный знакомый, к тому же, можно сказать, в сыновья мне годится, что за глупые вопросы!

— Ну, он такой красивый, я просто спросила. Девчонки из пятой группы все про него шушукаются, а он себя ведет как строгий папа.

— Пойдем, а то опоздаем на автобус.

На улице уже смеркалось, моросил мелкий дождь. Фонари ещё не включили, и было плохо видно тропинку. Ляна оступилась и громко вскрикнула. Олеся мигом подхватила ее под руку.

— Что случилось?

— Ногу подвернула, болит сильно, не могу наступать на неё.

Олеся заволновалась и начала оглядываться по сторонам, стараясь разглядеть где-то поблизости скамейку. В это время к ним подбежал Артём.

— Все в порядке? Я уже подходил к машине и услышал крик.

— Ляна ногу подвернула. У тебя нет фонарика? Хотя бы на скамейку ее посадить.

— Не надо скамейку.

Артём взял девочку на руки.

— Леся, идём, я отвезу вас домой.

Олеся молча зашагала следом. В этот момент она думала только о дочери и о том, что бы было, если бы Артём не оказался рядом. Артём припарковался у самого подъезда. Ляна молчала, но по ее выражению лица Леся видела, что дочь чувствует себя неважно.

Артём помог девочке выбраться из машины и снова взял её на руки. Олеся открыла дверь подъезда и пропустила Артёма с Ляной вперед, затем опередила и попыталась вызвать лифт, но кнопка вызова была неактивна.

— Какой этаж? — Артём повернулся к Олесе, и в этот момент она увидела в его глазах заботу, которую могут проявлять лишь к родным людям. Как она это увидела, понять не могла, но он смотрел на нее с сочувствием и пониманием, которого Леся никогда так и не смогла получить от бывшего мужа.

— Шестой, но лифт снова не работает, старый уже, все обещают поменять, давно ждем, — попыталась оправдаться Олеся, снова и снова нажимая на кнопку.

— Не страшно, идем.

Артём уверенно зашагал вверх по лестнице, а Олеся направилась следом, виновато опустив голову.

Артём донёс Ляну до дивана и попросил показать, где болит. Девочка провела рукой в районе щиколотки.

— Вот, здесь сильно больно.

— А ну-ка, сними носок, — требовательным, но как всегда, спокойным тоном попросил Артём.

Олеся молча стояла рядом и не знала, как сейчас поступить: поблагодарить Артёма и вызвать «скорую» или же доверить ему, он ведь тренер, должен что-то понимать в таких делах, хотя бы оказать первую помощь. Сама Олеся вряд ли смогла бы сейчас помочь своему ребенку, потому что любую боль дочери всегда переживала очень остро. А сейчас опасалась еще за то, что Ляна получит плюсом и психологическую травму, если не сможет поехать на сборы, которые были для нее очень важны, к которым она готовилась несколько месяцев, усиленно занимаясь в спортзале.

Олеся закрыла лицо руками, когда дочь снимала носок.

— Что с ногой? — спросила Ляна у Артёма, когда увидела сильную опухоль.

— Все будет хо-ро-шо! — Артём сказал это уверенно и нежно, как только любящий отец мог бы утешить своего ребенка.

Олеся открыла глаза и снова закрыла. Не в силах сдерживать слезы, она вышла из комнаты.

— Леся, очень быстро нужен лед, бинт, и что-нибудь успокоительное, можно валерьянку.

Олеся побежала на кухню, взяла лед, аптечку и мигом вернулась в комнату.

Артём достаточно профессионально зафиксировал бинтом стопу и положил лед. Затем подложил под ногу Ляне подушку.

— Лед нужно подержать минут десять, затем убрать минут на двадцать и так делать, пока я не вернусь, я ненадолго вас покину. Нога должна находиться в состоянии покоя.

— Да не стоит возвращаться, Артём, я сама постараюсь справиться, сейчас вместе с Ляной выпьем валерьянки, успокоимся, и будем делать все, как ты сказал.

— Конечно, справишься, но я вернусь не с пустыми руками. Привезу волшебное целительное средство, иначе про сборы нашей спортсменке придется забыть.

Олеся проводила Артёма до двери:

— Большущее тебе спасибо! Я даже думать боюсь, что было бы, не окажись ты рядом. Для Ляночки эти сборы очень важны, да ты сам понимаешь, каково оно. Не знаю, как тебя благодарить.

— Угости меня чаем, когда вернусь, — Артём улыбнулся ему одному присущей улыбкой и побежал по лестнице вниз.

Олеся вернулась в комнату и присела на край дивана. Она погладила дочь по голове и нежно укрыла пледом.

— Милая моя, как же я испугалась. Это просто счастье, что Артём оказался рядом.

— Мам, а я точно смогу поехать на сборы? — Ляна умоляюще смотрела Олесе в глаза.

— Ляночка, я почему-то верю Артёму, а он пообещал помочь. Думаю, что непременно поедешь!

Леся попыталась успокоить дочь, но в глубине души сомнение точило таким нудным, таким мерзеньким червячком.

Ляна вскоре уснула, после перенесенного стресса сон был как раз кстати.

Олеся пошла на кухню, заварила чай по собственному рецепту, с добавлением душистых трав, и выглянула в окно. У подъезда Артём парковал автомобиль.

Поднялся он очень быстро и протянул Олесе пакет, а сам сразу пошел в комнату.

— Разбирай пакет, я сделаю все аккуратно, Ляна даже не проснется. После валерьянки она должна спать крепко.

Олеся прошла на кухню, поставила пакет и вышла в коридор. Она не могла понять, почему так слепо доверяет совершенно постороннему мужчине, и тут же поймала себя на мысли о том, что стала воспринимать Артёма как зрелого мужчину, она не смотрит больше на него как на упрямого подростка, живущего для себя, по своим интересам. Она оперлась о косяк и наблюдала, как Артём аккуратно снял повязку, наложил на опухоль привезенное средство и снова очень аккуратно забинтовал ногу Ляне.

— Ну вот, все будет в лучшем виде, — прошептал он, слегка наклонившись к Олесе.

На кухне Артём увидел неразобранный пакет и молча принялся доставать из него печенье, фрукты и сок.

— Артём, зачем все это?

— Как зачем? Печенье к чаю, а фрукты и сок — для Ляны, ей сейчас это нужно!

Олеся почувствовала в этот момент, будто рядом тот самый мужчина, о котором были все ее мечты — заботливый, сильный, надежный… Она подумала, что разница в возрасте здесь совершенно неважна. Ее бывший муж был старше нее на семь лет. И что? Никакого внимания, ничего для семьи, только ждал для себя заботы и сервиса: сходи в магазин, приготовь, постирай, помой, погладь… Олеся, с ужасом вспомнила годы, проведенные в замужестве, и подумала, что слишком уж все хорошо сейчас, чтобы быть правдой.

— Леся, с тобой все в порядке? — Артём коснулся ее руки, повторно задавая вопрос.

От его прикосновения Олесю будто пробило током с головы до ног, она резко одернула руку.

— Ой, извини, задумалась что-то.

На столе уже стояли чашки с чаем.

— Позволил себе похозяйничать, пока ты пребывала в мечтах. Чай очень ароматный, никогда такого не пробовал, хотя много времени в деревне проводил. И, кстати, люблю чай с травами.

— Да, это я сама методом проб придумала такой сбор. Однажды понравился, всегда теперь готовлю этот чай. А что за секретное средство ты привез для Ляночки?

— А это меня дед научил готовить мазь. Я ведь спортом занимаюсь, сколько помню себя. Травмы часто получал, вот дед сам делал для меня такое средство, от которого за ночь все как рукой снимало. Теперь я эту мазь всегда держу в запасе, а то гаврики мои тоже порой травмируются, пригождается.

— Так интересно, ты сам еще совсем юн, а уже с детьми работаешь, причем, заметно, что работу свою любишь. Ты какой-то другой, не как все… — Олеся встрепенулась и бессовестный румянец, покрывший щеки, выдал ее смущение.

— Я много времени с дедом проводил, старался ему во всем подражать. Пацаны все по улице бегали, а мне было интересно с дедом в мастерской время проводить, на рыбалку ходили, да и к спорту он меня приучил. Может, это его заслуга, что я рано взрослеть начал, не знаю.

Олеся с изумлением слушала его и не могла поверить, что такие мужчины реальны, что не только в сказках герои существуют. Да, именно героем она считала Артёма, потому что, таких как он или нет вообще, или их настолько мало, что встретиться с ними не всем удается.

— Еще чаю?

— Да пожалуй, очень вкусно, сейчас мало кто чаи из натуральных трав готовит, да даже заварником не многие пользуются, привыкли в магазине пакетики покупать. Разленились люди, и я должен признаться, что очень рад тому, что ты от всех заметно отличаешься. Я когда вчера тебя увидел в магазине, такую невинную, смущенную, облитую Кока-Колой, сразу понял, что ты совершенно другая. Любая на твоем месте закатила бы Ане скандал, а ты даже не разозлилась, это очень привлекло мое внимание.

Артём смотрел на Олесю и молча улыбался, потом взял руку Олеси в свою ладонь, от чего у нее по телу судорожно забегали мурашки, а сердце стало сильно колотиться. Но она не смела сопротивляться.

— Не нужно ничего говорить, — Артём очень нежно провел своими пальцами от запястья до локтя Олеси и обратно, пристально посмотрел ей в глаза, — ты же не станешь спорить, что просто судьба свела нас вместе, и к черту все предрассудки. Мы взрослые люди и мы имеем право на счастье. Я чувствую, я знаю, что это навсегда. Мы знакомы всего лишь два дня, а я будто всегда знал тебя. Не говори, что ты такого не испытываешь…

Он говорил спокойно и уверенно, без всяких эмоций, и только лихорадочный блеск в глазах и нежная улыбка как будто кричали о том, насколько он счастлив в эти минуты.

Олеся вся сгорала от неведомых ранее чувств, от дрожи, пробегающей по телу, от бешеного биения сердца, которое пыталось вырваться наружу. Она не могла поверить, что это она, что все ее принципы, все убеждения, все обещания самой себе не начинать отношения с мужчинами, потому что все они одинаковы, разлетелись в одно мгновенье в прах. И теперь ей было все равно, что рядом тот, кто младше неё на много лет, все равно, сколько времени продлится это счастье, важно, что оно есть. Важнее всего сейчас было то, что только рядом с ним она впервые в жизни смогла почувствовать себя по-настоящему нужной мужчине, только теперь она смогла ощутить, что такое «рядом сильное плечо». И только теперь почувствовала, как будоражит кровь один лишь только взгляд, пронзающий огнем того чувства, которое, наверное, и называют настоящей, чистой любовью.

— Не скажу…

Утром Олеся проснулась немного позднее обычного. Будильник не заводила, потому что был ее законный выходной. Артёма рядом не оказалось. Олеся провела рукой по подушке, на которой он спал рядом с ней, затем уткнулась в нее лицом и заревела навзрыд.

— Что случилось, мама? — крикнула Ляна из своей комнаты, — мне можно уже вставать?

— Все хорошо, Ляночка, не вставай пока, я приду к тебе, — ответила Олеся, всхлипывая и безуспешно стараясь казаться спокойной.

Она быстро прошла в ванную, умылась, пытаясь спрятать слезы, но они предательски катились из глаз, а душа рыдала так, что казалось, этот рев слышен сейчас всему миру.

В это время кто-то открыл дверь ключом. Олеся на мгновение замерла, не смея двинуться с места, но потом поспешно вышла из ванной, ведь в комнате была Ляна одна. В коридоре стоял Артём с шикарным букетом нежно-розовых хризантем.

— Это тебе! А что случилось? Ты вся в слезах, что-то с Ляной?

Артём заметно нервничал и не пытался это скрыть, Олеся бросилась ему на шею:

— Я так испугалась, что ты ушел навсегда…

Она всхлипывала как маленький ребенок, а слезы горькими ручьями текли из ее глаз.

— Ну что ты, глупенькая, — Артем целовал ее лицо, трепетно обнимал, и гладил волосы, — я теперь никогда, слышишь, я никогда не уйду от тебя… Я тебя люблю, той самой первой и единственной любовью…

Он крепко прижал ее к себе:

— Успокойся, моя милая, пожалуйста, не плачь. Я обещаю сделать все, чтобы ты никогда не плакала. Ты будешь самой счастливой, я обещаю тебе…

Олеся кивнула и, немного успокоившись, взяла Артёма за руку и повела в комнату Ляны.

Дочь лежала на диване и смотрела на мать вопрошающим, испуганным взглядом.

— Все хорошо, Ляночка, все хорошо… Я хочу сказать тебе, что Артём теперь будет жить с нами…

— Ну, вы даете! Вы же только познакомились. Нет, я не против, я только за! Теперь девчонки все от зависти полопаются, — Ляна умиленно хихикнула.

Олеся сильно волновалась, а Артём обнял ее за плечи и прошептал на ухо: «я с тобой…», — и от этих слов стало так тепло и спокойно, что теперь, казалось, больше никогда никакие невзгоды даже приблизиться к ним не посмеют…

Ляне, действительно, стало гораздо лучше, но Артём решил, что девочке стоит воздержаться от нагрузок на ногу еще денек. Он сменил повязку с мазью и предупредил Олесю, что поедет за своими вещами.

Лесе все еще казалось, что это происходит не с ней, что не может быть все так вот быстро, гладко и красиво. Она постоянно думала о нем, его взгляд, его нежные прикосновения она пыталась удержать и не отпустить ни на мгновенье.

 


Глава 3

— Тёмочка, ты? — спросила мать, не выходя из комнаты.

— Я, мам, но ненадолго.

— Почему ты не ночевал дома, я вся извелась, такого никогда ведь не было. Ты был с Анечкой? И что значит «ненадолго»? Сегодня ведь нерабочий день.

Мать вышла из комнаты и оглядела сына с ног до головы.

— От тебя впервые в жизни пахнет женскими духами. Может быть, расскажешь, успокоишь мать? Ты ночевал у Ани, я ведь не ошиблась? Я не могла дозвониться до них, наверное, родители на даче, а Анютка телефон отключила? Не молчи, сынок, скажи маме правду, я должна быть в курсе твоей личной жизни.

— Мама, я встретил женщину своей мечты, я полюбил ее навсегда, и я женюсь, мама. Аня здесь совсем ни при чем.

— Что? Ты в своем уме, сынок? Мы так мечтали, что вы с Анечкой поженитесь. Неужели напрасно мы старались сблизить вас, неужели ты не любишь ее, вы ведь с самого детства вместе были. И ты готов жениться на первой встречной, вот так, сразу?

— Да! Сразу и навсегда. А Аня для меня как сестра, причем младшая, хотя и ровесница, потому что мне постоянно приходилось с ней нянчиться, ничего другого я к ней никогда не испытывал, если ты не заметила.

— Нет, я не позволю… Не смей собирать вещи, я тебя никуда не отпущу! Ты должен для начала хотя бы познакомить меня с ней. А что, если я не одобрю твой выбор? Положи сумку на место!

Мать выхватила из его рук сумку и попыталась спихнуть все вещи обратно в шкаф, Артём не стал сопротивляться. Он молча присел в кресло, понимая, что истерика матери может перерасти в настоящий ураган.

— Успокойся, мама, — он сдержанно проговаривал каждое слово, — я непременно познакомлю тебя с Олесей, но немного позднее, не сейчас. И чтобы не было для тебя неожиданностью потом, скажу сразу — Леся старше меня, у нее дочь, но это мой выбор, это мое решение, которое не подлежит обсуждению.

— Ты не посмеешь! — мать схватилась рукой в области сердца, но Артём еще с детства знал этот прием, который давно перестал на него воздействовать. На всякий случай он помог ей дойти до кровати и дал лекарства.

Мать слегка снизила тон:

— Тёмочка, ты мой единственный ребенок, у меня на тебя были планы, надежды. Неужели чувство благодарности тебе не знакомо? Как ты можешь вот так просто взять и уйти в чужой дом, оставить больную мать в совершенном одиночестве?

— Мама, ты абсолютно здорова. Ну, хочешь, еще раз свожу тебя на обследование, где тебе снова скажут, что все твои болезни всего лишь плод воображения? Ну зачем ты наговариваешь на себя то, чего нет на самом деле? Твоему здоровью можно еще и позавидовать, а ты как будто хочешь стать немощной, не забывай, что мысли могут материализоваться, не испытывай судьбу.

— Но ты же должен понимать, что рушишь все. Мы с родителями Анечки так мечтали, что сроднимся, что Анюта переедет к нам, всем будет хорошо. Детишки пойдут, я бы вам помогала, вы — мне. Ну что ж ты так спешишь, сынок? Тем более, она старше тебя, да еще и с чужим ребенком. Не порть себе жизнь, подумай хорошо. Ведь это всего лишь чувства, мимолетные, недолгие, поверь мне. Ясно, что она опытная, знает, как таким, как ты, голову-то вскружить, а ты и растаял.

Мать смотрела на него умоляющим взглядом, но когда говорила об Олесе, в ее глазах сверкнула молния ненависти, и злостная ухмылка коснулась ее губ. Артём уже знал, что может значить эта улыбка.

— Мама, не смей, никогда больше не говори об Олесе плохо. Ты ее совсем не знаешь.

— А ты ее знаешь хорошо?

— Я чувствую ее. Она совсем другая, она та, которую я искал. Поэтому даже не думай причинить ей боль. Запомни: мы с Олесей теперь одно целое.

— Слышать больше не хочу! Я запрещаю тебе уходить из дома! Ни одной вещи ты отсюда не возьмешь.

— Я совершеннолетний и пришел за своими вещами, — Артём держал себя в руках, хоть мать всеми силами пыталась вывести его на грубость.

— Здесь нет ничего твоего, не нажил еще!

— Что? Я в пятнадцать лет работать пошел. И никогда не попрекнул тебя, что ты мои накопления, которые я собирал на костюм к выпускному вечеру, своей подруге заняла на отпуск безвозвратно. Я газели разгружал после школы, чтобы купить костюм, а в чем пришлось идти, ты, конечно же, помнишь. Но я тогда даже не обиделся. И теперь ты говоришь мне такие вещи? Я никогда не был тебе обузой. Дед постоянно помогал, пока я сам не начал работать. Мама, я тебя, конечно, очень уважаю и ни в чем обвинять не хочу, но и ты, пожалуйста, не мешай мне строить личную жизнь так, как нужно мне, а не тебе! Я ценю твою заботу, но не вижу в ней никакого смысла.

Артём вернулся в свою комнату, начал вновь вытаскивать вещи из шкафа и складывать в сумку. Когда все было готово, он направился к выходу. Мать стояла на пороге, перегородив путь.

— Ты никуда не уйдешь! Ты останешься дома, и все хорошо обдумаешь!

— Я взрослый человек и волен делать все, что мне захочется. Если ты не заметила, я давно уже вырос!

Мать расставила руки и приняла оборонительную позицию:

— Не пущу, — ее крик раздался на весь дом.

Артём аккуратно взял ее в охапку, отнес в комнату и усадил на диван, быстро развернулся и пошел к двери. Мать кинулась вслед, хватая его за плечи и пытаясь остановить всеми своими силами.

Артёму удалось освободиться от нее уже в подъезде, и, не дожидаясь лифта, он побежал вниз, а она бежала следом и кричала во весь голос:

— Прокляну! Тебя прокляну, ее прокляну, дочь ее прокляну! Проклятье матери сильней всего! Вернись! Вернись, не то пожалеешь!

Артём выскочил из подъезда сам не свой. Не решаясь показаться Олесе в таком виде, он завел машину и, проехав несколько кварталов, остановился в чужом дворе, чтобы мать не смогла достать его и здесь.

***

Оглядевшись по сторонам, Артём заметил на противоположной стороне улицы большой супермаркет и решил купить Олесе с Ляной подарки, за одно и отвлечься от только что перенесенного скандала. Мать всегда была с ним в меру строгой и настойчивой, но такую вот агрессию он сегодня увидел впервые, поэтому сердце щемило от обиды за то, что мать не смогла разделить его счастья и от жалости к ней самой, ведь понимал, что ее злость может ей же навредить.

Бесцельно блуждая по магазину и разглядывая витрины в поисках чего-то необычного, Артём обратил внимание на ювелирный салон в дальнем углу. Сразу же возникло желание подарить Олесе что-то именно оттуда. Он направился к салону быстрым шагом, не замечая никого и ничего на пути. Не заметил он и Аню в окружении подруг, которые спускались со второго этажа и не могли не увидеть Артёма. Аня сразу обратила внимание, что Артём какой-то странный, и попрощавшись с подругами, решила пойти за ним. А когда он зашёл в ювелирный салон, спряталась за стойкой и позвонила его матери, мысленно строя иллюзии на его счет.

— Теть Рита, здравствуйте! Да, это я. Ну как дела у вас? — и сразу же продолжила, не дожидаясь ответа, — а вы не знаете случайно, для чего Артём пошел в ювелирный магазин? Он ничего не говорил вам обо мне?

Из того, что говорила Рита Евгеньевна, Аня поняла только то, что Артём решил жениться… Не на ней… Глаза Ани сильно округлились, ярость захлестнула всю ее сущность, она хотела сразу же наброситься на Артёма, но вовремя сообразила, что ни к чему хорошему это не приведет, а только усугубит и без того проблемные отношения. Она поспешно вернулась на эскалаторе, на второй этаж и стала наблюдать из-за игровых автоматов.

Артём обратил внимание, что Олеся не носит много украшений. Все, что он увидел — серебряные сережки и цепочка с кулоном. Сделав вывод, что серебро нравится ей больше, да и денег на золото сейчас пока не было, он решил подарить серебряное кольцо. Взгляд привлекло то, что замечательно станет сочетаться с кулоном и серьгами, и попросил консультанта показать, какие есть размеры. Выбрав на глаз нужный, Артём оплатил покупку, и положив коробочку с кольцом в карман, направился в отдел с игрушками. В это время Аня поспешила вниз и сделала вид, что только что случайно увидела Артёма.

— Тёма, Тём… Привет.

Аня подбежала к удивленному Артёму и поцеловала его в щеку.

— Не ожидала тебя здесь встретить. Какими судьбами? — она старалась держать себя в руках, но ярость так и колыхалась в груди, настойчиво требуя свободы.

— Я здесь случайно, — сдержанно ответил Артём.

— А может быть, зайдем в кафе, кофе выпьем, а то я продрогла чего-то?

— Не со мной, — Артём отступил назад, — мне некогда, прости.

— Что торопишься к ней? — Терпение Ани закончилось, — Кто она? Я ее знаю? За что ты так со мной?..

Аня кричала, и люди сначала оглядывались, а потом начали останавливаться, пытаясь понять, что происходит.

Артём взял Аню под руку и вывел на улицу.

— Успокойся! Мне только твоей истерики еще не хватало. Что ты хочешь? Тебя, вообще, не должно касаться, кто она и откуда. Я встретил женщину, с которой хочу провести всю жизнь вместе. Пойми ты, наконец, у меня своя жизнь, я не могу всегда тебя нянчить.

— Мне не нянька нужна, ты должен был на мне жениться, — Аня топала, и лупила его по груди кулаками.

Артём взял ее за руки и посмотрел в глаза:

— Я никому ничего не должен!

Он проговорил эти слова громко, четко и внушительно. Не отпуская ее рук, повел к стоящему неподалеку свободному такси.

— Пусти, я не собираюсь никуда ехать, я тебя никому не отдам…

Аня всеми силами пыталась сопротивляться, но Артём усадил ее в такси, заплатил водителю, назвал адрес и, хлопнув дверью, быстро пошагал к своей машине.

Два скандала для одного дня было слишком, но Артём умел держать себя в руках. Он вспомнил милый взгляд Олеси, ее утренние слезы, улыбнулся сам себе и решил, что рядом с ней он все преодолеет. По пути заехал в детский мир и все-таки купил в подарок Ляне милого пушистого крольчонка.

***

Олеся приготовила на ужин запеченное мясо с овощами и фруктовый десерт. Запах был настолько ароматным, что Артём почувствовал его уже в подъезде, а войдя в квартиру, сразу же спросил:

— Олеся, что за божественный ужин ты приготовила? Неужели тебе совсем не жалко соседей? Сейчас ведь все мужчины начнут завидовать, что это приготовлено не для них, я серьезно. Запах просто чудесный, уверен, что вкус еще лучше.

Он нежно обнял Олесю, поцеловал и достал из кармана подарок.

— Леся, это для тебя, в знак нашей вечной любви, которая никогда не угаснет.

Олеся открыла коробочку и с милой, по-детски наивной, улыбкой достала кольцо и надела на палец.

— Спасибо, Артём! Идеально подходит к моему кулону и серьгам. Мне очень нравится! Как тебе удалось подобрать размер?

— Увидел и понял, что именно этот тебе подойдет. Глазомер, наверное, хороший. А где Ляна? Почему не встречает? Пора ей бегать уже!

— Артём, я здесь, — крикнула Ляна из своей комнаты, — мама запретила мне ходить, пока ты добро не дашь, сейчас, встаю!

Артём вытащил из сумки крольчонка и протянул впереди себя:

— Ляна, привет! Давай дружить! Я так долго тебя искал, и вот, добрый человек помог найти к тебе дорогу, чему я очень рад!

— Ой, какое чудо!!! — Ляна восторженно взяла крольчонка и прижала к груди. Ее глаза светились искренним счастьем, — он как настоящий, какой милый!!! Спасибо тебе, Артём! Обожаю такие игрушки. — Ляна чмокнула Артёма в щеку и направилась на кухню.

 

— Ужин был великолепным! Никогда не пробовал такое блюдо, отличное сочетание мяса и овощей. Не могу понять, что за специи, но пусть это будет твоей тайной. Олеся, ты самая лучшая женщина! Не представляешь, насколько я счастлив!

— И я счастлива. Я никогда не знала, не верила, представить не могла, что такие мужчины, как ты, вообще в природе существуют. Всегда казалось, что такую любовь можно только в мелодрамах посмотреть, порадоваться за героев, и на этом все. Мне и сейчас не верится, что все со мною происходит и наяву. И знаешь, даже страшно, что все может закончиться.

— Обещаю, что счастье продлится вечно. Главное, что мы нашли друг друга.

Они лежали на кровати, разговаривали и не замечали, как стрелки на циферблате отсчитывают часы.

— Артём, я так боюсь, что твоим родителям не понравлюсь. Расскажи мне о своей семье. Мне очень интересно знать о тебе все.

Артём тяжело вздохнул, неприятный осадок после ссоры с матерью всколыхнулся, но он взглянул в Лесины глубокие зеленые глаза, наполненные нежностью и чистотой, и переживаний словно и не было.

— Отца я своего не помню, он ушел от нас, когда мне было лет пять, может, меньше. Мать запрещала ему ко мне приходить, а потом и нужда в этом отпала: он от меня отвык, я от него. Я рос без отца, но с дедом, часто у него гостил. У меня замечательный дед, ты в этом убедишься. Он очень мудрый, понимающий, хоть и бывает строг. Многому меня научил. И я думаю, что именно благодаря нему я такой, какой есть. Мать особо со мной не занималась. Только наставления, поучения, а жизни учил только дед. Мать — женщина властная, сразу тебя предупреждаю, с ней налаживать отношения будет не просто. Да и надо ли?

— Ну как же, она ведь твоя мама. Я постараюсь с ней подружиться. Обещаю, сделать все, что от меня будет зависеть.

— Ты у меня святая, но с матерью у нас никогда не было доверительных отношений, я ничем не мог с ней поделиться, потому что вместо поддержки она могла дать только нудные наставления. И теперь, я не думаю, что будет хорошей идей начать с ней сближаться.

— Странно, а я наоборот, всегда рассказывала все секреты маме. Она не все могла принять, но никогда не мешала мне. Считает, что каждый человек должен учиться на своих ошибках. Она может дать мне совет, но не настаивает, чтобы я им воспользовалась. А отец у нас молчун по большей части, но очень добрый.

— Значит, тебе повезло с родителями, — Артём ненадолго задумался и помолчал, — а мне повезло с тобой… А давай, поедем завтра за город? Я покажу вам с Ляной такие классные места! Свежий воздух всем пойдет на пользу, а Ляне нужно ногу тренировать, через три дня ведь на сборы отправится!

— Здорово! Ты знаешь, мы ведь сто лет уже нигде не были, а за город, вообще, не помню, когда выбирались. Думаю, она будет рада.


Глава 4.

Утром Олесю разбудил звонок будильника. Очень хотелось спать. Олеся завернулась в одеяло, но стоило только вспомнить о том, что собирались ехать на природу, сон тут же улетучился. Артём вошел в комнату с чашкой ароматного кофе и бутербродами с сыром.

— Доброе утро, родная, — он поставил завтрак на тумбочку и нежно поцеловал Олесю.

— Доброе утро, родной.

Олеся мило улыбалась, и казалось, что она растворяется в неге от его утреннего поцелуя, от его заботы, от нежных рук, которые гладили ее полуобнаженные плечи.

— А я уже приготовил все для пикника. Так что, поспешите!

— Ты просто чудо, — восторженно произнесла Олеся, — пойду Ляну будить.

Ляна не хотела просыпаться, надеясь на то, что в выходной она сможет подольше поспать, тем более, ночью засмотрелась любимых блогеров, не заметив, как пролетело время. Но услышав про пикник, с радостью вскочила с кровати, схватила вещи из шкафа, и побежала в ванную.

Не прошло и получаса, как мама с дочкой были готовы.

— Какие вы у меня умнички! Говорят, что девушки собираются очень долго, и пока их дождешься, можно уснуть, а мои девочки совсем не такие. Я и позевать не успел, как они уже готовы! Ну что, вперед! Нас ждет чудесный день!

— Артём, а можно мяч с собой взять? — спросила Ляна почти на пороге.

— Ну конечно, для чего еще нужен мяч, если не брать его с собой на природу?

По пути заехали в магазин. Артём попросил подождать его в машине. Вернулся он быстро, положил несколько пакетов в багажник, и дальше уже ехали без остановок.

Когда выехали за город, взору открылся неописуемый пейзаж. Поля, уходящие за горизонт, были устланы цветущей травой с желтыми макушками, напоминающими мягкий ковер, по которому хотелось пробежаться босиком.

— Артём, а можно здесь остановиться? — неуверенно спросила Олеся.

— Ну конечно, солнышко, хочешь полюбоваться красотой?

— Хочу пройтись по полю.

Артём съехал на обочину и заглушил машину.

— Ну что, кто вперед?

Все дружно вышли из машины и, захлопнув дверцы, побежали к полю. Трава была душистой, мягкой, и манящей. Ляна недалеко оторвалась, когда ее догнали Леся и Артём, взявшись за руки. Затем все вместе завалились в траву и уставились в небо, словно впервые его увидели.

— Надо же, я совсем не помню, когда смотрела в небо последний раз, — вздохнула Олеся.

— А я на небо только из окна порой смотрю, — поддержала разговор дочь.

— А я часто ездил в деревню и там, вот точно так же, выходил за огород, падал в густую траву и смотрел часами ввысь. Люблю наблюдать за звездами подолгу, они всегда успокаивают. Я часто думал о том, что где-то там, возможно, существует жизнь, и вот кто-то также лежит высоко за облаками и смотрит вниз, восторгаясь красотой нашей планеты. Только я всегда был один, а теперь у меня есть вы, и я безумно рад, что мы вместе.

Они еще немного полежали молча, наблюдая за проплывающими по небу облаками, напоминающими стадо маленьких барашков. Уходить не хотелось, но нужно было ехать дальше.

— Предлагаю в следующий раз выехать на несколько дней, с ночевкой. Будем всю ночь наблюдать за звездами. Кто «за»?

Ляна восторженно вскочила на ноги и закружилась, подняв вверх обе руки.

— Я! Я хочу! Я мечтала!

— Конечно, я тоже хочу, — поддержала Олеся и обняла Артёма, нежно взглянув в его карие глаза, сияющие искренней и чистой любовью.

— Ну, тогда, едем дальше!

За полями асфальтная дорога закончилась и сузилась. Теперь с обеих сторон был лес. В приоткрытые окна автомобиля ворвался резкий запах хвои и грибов.

— Какой свежий воздух, аж голова закружилась, — Олеся глубоко вдохнула и посмотрела на дочь, — правда, Лян?

— Ага, у меня слов нет, как же здесь красиво!

— Если бы вы знали, как я рад, что вам нравится! Ну, вот мы и приехали.

Артём остановил машину. Олеся с Ляной попытались помочь разгрузить багажник, но Артём остановил их.

— Нет, нет! Это я сам, позже поможете, а пока побродите вдоль леса, только будьте на виду, далеко не уходите.

Лес манил своей осенней красотой. Вечно зеленые ели гордо развесили свои лохматые лапы, возвышаясь макушками, казалось, до самых небес. Березы пожелтели и уже начали сбрасывать свой наряд, готовясь к зиме. А рябина, украшенная алыми гроздьями и покрасневшей листвой, придавала некую изюминку и без того шикарнейшему виду. Олеся собирала букет из самых красивых опавших листьев, а Ляна шла вслед за матерью и восторгалась всему, что видела вокруг. Мимо пробежал зверек. Ляна испугалась от неожиданности, поэтому не смогла понять, кто это был. А потом принялась заглядывать под кусты, чтобы еще хоть разок увидеть кого-нибудь из местных обитателей. Маленькая белочка спускалась вниз по дереву. Ляна замерла, наблюдая за ней и стараясь не шелохнуться, чтобы не спугнуть. Белка добралась почти до самого низа, потом резко развернулась и побежала обратно, как будто подразнила Ляну, и это очень развеселило девочку.

Артем достал сумки и принялся готовить сюрприз. Через некоторое время он огляделся по сторонам, и заметив Олесю с дочерью, собирающими лесные букеты, закричал:

— Ну, мне помощники нужны!

— Мама, идем скорее, посмотри, за машиной дым и запах такой приятный.

Подойдя ближе, Олеся была приятно удивлена. Артём установил на небольшой полянке мангал, развел огонь, и готовил шашлыки.

— Вот это да! Действительно, сюрприз! Мы даже не догадывались, что нас ждет самый настоящий шашлык! А так давно мечтали об этом! — Олеся не могла скрыть удивление и радость, переполнявшие в этот момент, — Артём, ты, как будто, мысли мои читаешь. И откуда знал, что мы только куриный шашлык любим?

— Интуиция. Леся, мне начинает казаться, что я знаю тебя с самого рождения, даже раньше. Иногда думаю, что знаю о тебе все, — Артем загадочно улыбнулся, — и даже знаю то, что сейчас ты возьмешь нож и порежешь овощи из корзинки…

Все рассмеялись, а Артём подошел к Олесе, развернул ее к себе, нежно прижал и начал гладить волосы:

— Я серьезно. Ты моя вторая половинка, это факт, и это для меня самое настоящее счастье, о котором я не мог даже мечтать. Спасибо, что ты есть! — Он трепетно поцеловал Олесю и направился к мангалу.

Время пронеслось, словно вихрь. Пришла пора возвращаться, а так не хотелось. Хоть все немного и устали, но то чувство отрешенности от всех забот, от городской суеты, от мыслей о том, что завтра на работу, было выше усталости.

— Как же здорово мы отдохнули! В мяч я давно так долго не играла. Артём, ты наш супергерой, — Ляна подмигнула Артёму с Олесей и уселась в машину, кутаясь в плед, потому что к вечеру в лесу сильно похолодало.

— Спасибо тебе, родной, за этот незабываемый день. Мне бы очень хотелось, чтобы он не кончался, но, увы, это не в нашей власти.

— Все у нас еще впереди, и много-много таких дней будет, — Артем снял свою куртку и накинул на плечи Олесе, — идем в машину, а то замерзнешь.

Пока доехали до города, стало уже темно. Домой вернулись уставшие, но безумно счастливые.

Еще в подъезде услышали телефонный звонок. Кто-то настойчиво пытался дозвониться, поэтому Олесе пришлось пройти к телефону не раздеваясь.

— Алло!

— Лесь, привет, это я, — Вера взволнованно тараторила, сбиваясь и продолжая без остановки, — я с тобой встретиться должна, срочно. У меня сто-о-олько новостей! Прям сейчас, давай, приеду!

— Верочка, давай завтра, а? Я устала очень, а утром на работу, спать хочу.

— Так, постой, а чего это ты устала и где была? Я весь вечер тебе дозвониться не могла!

Олеся смутилась и покраснела, будто подруга находилась рядом и сверлила ее любопытным взглядом:

— Ну, я потом все расскажу, сейчас, правда, никак.

— Ага, и как я спать теперь должна? Заинтриговала и все, до свидания? Ну, намекни хотя бы, а? Подсказку дай! Причина всей этой загадочности — мужчина, да?

Вера сгорала от любопытства, и Олеся понимала, что звонить она будет еще не раз, если сейчас ничего не ответить.

— Да, и больше ничего. Все завтра. Я в первую смену работаю, приезжай к магазину, к трем, посидим где-нибудь, поболтаем.

— Ох, Леська, я теперь боюсь, не доживу до завтра, буду про твою загадку думать. Ладно, давай, спокойной ночи!

— И тебе приятных снов! До завтра.

Артем подошел к Олесе, помог снять куртку и отнес в шкаф.

— Идем, родная, пить чай и спать, завтра начало тяжелых будней, — он смотрел в ее глаза и не мог оторвать взгляда, так хотелось прижать ее к себе, и никогда не отпускать. Вот так, вместе, проводить все время, и ни на секунду не разлучаться, — я буду очень по тебе скучать на работе, мне трудно быть без тебя теперь даже час.

— Мне тоже очень хочется ни на мгновенье не расставаться.


Глава 5.

Олеся проснулась пораньше, чтобы приготовить завтрак для Артёма, но его уже не было. Она прошла на кухню и прочла на столе записку: «Совсем забыл, что провожу сегодня утреннюю зарядку в спорткомплексе. Уже скучаю и очень люблю тебя, милая!»

Леся улыбнулась, аккуратно сложила записку в шкатулку с дорогими сердцу вещами и, приготовив завтрак для Ляны, отправилась в ванную. Теперь ей хотелось выглядеть лучше, поэтому на макияж и прическу пришлось потратить больше времени. На работу уже опаздывала и не надеялась успеть, хоть и спешила, как могла.

Ждать лифт в это время было бесполезно, и Олеся побежала вниз по лестнице, ругая себя за то, что не завела будильник на пол часика пораньше. Но, выйдя из подъезда, она была очень удивлена и безумно рада, потому что увидела Артема. Он открыл дверь машины:

— Карета подана, моя принцесса! — он обнял Лесю и поцеловал, — какая же ты у меня красивая!

Олеся несколько смутилась, потому что впервые в жизни услышала от мужчины такие слова. Она провела ладонью по щеке Артёма, и так захотелось окунуться в глубину его глаз и долго не выныривать оттуда, но нужно было ехать на работу. Она молча села в машину, и уже в пути тихо сказала:

— Артём, я слишком счастлива, а так, наверное, не бывает. Я очень боюсь, слышишь, очень боюсь тебя потерять. Ты самый лучший мужчина в мире, таких как ты, больше нет. И мне кажется порой, что я не заслужила такого счастья.

— Милая моя, больше никогда так не говори и даже не думай. Я не считаю себя кем-то необычным. А ты, ты более чем кто-то другой достойна счастья и сказочной любви, которую я обещаю дарить тебе всю жизнь.

До супермаркета доехали очень быстро, казалось, время пролетело в ускоренном темпе.

— Спасибо тебе за все, — Олеся поцеловала Артема и поспешила на работу, ругая в мыслях тех, кто, вообще, это придумал.

«Ну почему люди должны проводить на рабочих местах большую часть своего драгоценного времени? А жить когда?».

Раньше Олесю даже не посещали такие мысли, а сейчас хотелось бросить все, уехать на необитаемый остров, жить под пальмой, делать наряды из листьев, собирать бананы и вечно быть рядом с любимым.

Она была сама не своя, и коллеги не могли этого не заметить. Всем было интересно, что такое могло с Лесей произойти на выходных, что им посчастливилось впервые увидеть на ее лице улыбку. Раньше она всегда была серьезной, ни с кем почти не разговаривала, только по работе, и никогда не улыбалась. А сегодня поприветствовала всех с улыбкой и не особо торопилась на рабочее место. Все переглядывались и шушукались, а продавец из бакалеи громко сказала:

— Ухажер у Леси появился, вот и цветет, как роза в мае. Неужели непонятно? Я видела, как она выпорхнула из машины и даже не услышала, что я с ней поздоровалась.

Олеся покраснела и пошла в торговый зал. Оправдываться она не видела смысла, все равно не утаишь того, что происходит, прятаться ведь они с Артёмом не собирались, да и тем более, планировали в скором времени узаконить свои отношения.

Рабочая смена подошла к концу, Леся, наконец-то, вышла из магазина, глубоко вдохнула свежий осенний воздух, и поняла, как не хватает ей сейчас Артёма. Как хочется, чтобы он оказался рядом в эту минуту, чтобы обнял её нежно-нежно, как умеет только он один, и прошептал бы о том, как сильно скучал.

Голос Веры вывел из грёз.

— Ну, привет! Ты, Леська, вся потерянная какая-то, идём скорее в кафешку, расскажешь.

Подруги направились к кафе, которое располагалось в тридцати шагах от супермаркета. Вера всю дорогу что-то лепетала, ругала погоду, пророчила дожди. В кафе только успели присесть за стол, как Вера сразу заказала два кофе, и снимая куртку, задала прямой вопрос:

— Ну, кто он?

Олеся смутилась от неожиданности. Она надеялась, что еще хоть немного поговорят о погоде, лишь бы отсрочить это вопрос, но Вера ждать не собиралась.

Она повесила куртку на вешалку около столика, присела напротив и уставилась Лесе в глаза.

— Кто он?

Леся отвела взгляд к окну и, не дожидаясь повтора вопроса, тихо ответила:

— Это он… Мальчик, который привозил меня к тебе.

Вера не смогла сдержать смех.

— А говорила… Ну ты даешь! Всё что угодно могла от тебя ожидать, но чтобы так вот быстро… Чтобы ты… Олеська, тут точно дело нечистое!

— Я влюбилась. Вера, как девчонка. Ты не поверишь, но в жизни ничего подобного не испытывала. Я не видела его всего-то несколько часов, а мне как будто воздух перекрыли. Я сгораю от желания поскорее его обнять, заглянуть в глаза, услышать голос. Мне больше ничего не надо, только бы ощущать его близость, слышать его дыхание.

Подруга посмотрела на нее серьезным взглядом.

— Какая же ты все-таки счастливая! А у меня такого нет. Еще вчера я думала, что похвастаюсь тебе, а теперь и желания нет. Все пресно, никаких таких эмоций…

— Ну, расскажи, Верусь! Хотела, так рассказывай. Мне тоже интересно, как твои дела. А то нечестно так получится. Я рассказала, а ты молчишь.

— Ну, я с мужчиной познакомилась, говорила ж тебе. Так вот, провели мы вместе время, думала, исчезнет, как и все. А он нет, до дома проводил и предложил с ним в отпуск поехать. Говорит — поближе познакомимся, мол, может это судьба… Я обрадовалась, как дура, но сразу соглашаться не стала. А теперь вот смотрю на тебя и понимаю: не то! Тоже хочу, чтоб как у тебя глаза блестели счастьем, чтоб дышать без него не могла. Но нет пока такого, не встретила…

Вера загрустила, и Олесе вдруг стало стыдно за свое счастье. Она не знала, какие слова подобрать, чтобы подругу успокоить.

— Верусь, ты непременно тоже встретишь свою любовь. Иначе быть не может. У каждого человека есть вторая половинка, только не все половинки легко находят друг друга. Просто нужно верить и ждать.

— Да сколько ждать уже, у тебя и дочка есть, и любовь теперь такая настоящая, а у меня никого!

Олесе показалась, что Вера готова разрыдаться, и она попыталась перевести разговор на другую тему.

— Да, ладно, Лесь, не бери в голову, это я так, расчувствовалась, позавидовала тебе немножко, но ты ж меня знаешь, все пройдет, как с белых яблонь дым…

Вера смахнула накатившую слезу и улыбнулась:

— Ну, хоть познакомь меня с избранником своим?

— Обязательно как-нибудь, познакомлю. А сейчас мне пора, хочу удивить Артёма вкусным ужином.

— Да как ты готовишь, каждый ужин может удивлять. Это я кулинар никудышный, а ты у нас мастер кухонных дел, так что даже не волнуйся, все получится!

***

Олеся поспешила домой, чувствуя острое желание ускорить время, чтобы поскорее Артём вернулся с работы, и они смогли провести вместе пусть недолгие несколько часов, но рядом, глядя друг другу в глаза, и не выпуская друг друга из объятий.

Ужин был уже готов. Артём должен был забрать Ляну после тренировки, и вот-вот они будут дома.

Олеся не отходила от окна, приглядываясь к каждой подъезжающей к подъезду машине. Понимала, что подождать нужно еще немного, но хотелось, чтобы свершилось чудо, и они бы вернулись пораньше.

***

Артём встретил Ляну на выходе из спорткомплекса, и они направились к стоянке, весело болтая о том, как прошла тренировка, и хорошо ли Ляна готова к сборам.

Только у машины Артём заметил стоящую там Анюту.

— Вот это да! Тёмочка, чего-чего, а такого от тебя никак не ожидала. Ты что, с ученицами уже гулять начал? Это на ней, что ли, жениться собрался? А я-то сразу не поняла, почему твоя мама сказала, что она совсем не подходит тебе по возрасту. Не рано, деточка? — она истерически расхохоталась и направилась к Ляне.

Девочка испугалась, но Артём загородил ее и перекрыл Ане путь.

— Прекрати себя так вести и отойди от машины. Тебя совершенно не касается моя личная жизнь. Постеснялась бы ребёнка хотя бы.

— Ребёнка?

Артём закрыл ладошкой ей рот, не дав продолжить.

— Я знаю, что сейчас ты можешь наговорить, поэтому молчи и слушай. Это Ляна, дочь Олеси, а значит, и моя дочь. И я не позволю никому их обидеть. Если ты еще раз попытаешься к нам приблизиться, пеняй на себя.

Он взял Аню за локоть и отвел подальше от машины, а сам вернулся быстрым шагом, открыл Ляне дверь и убедительно прошептал:

— Я никому не дам вас с мамой в обиду, не бойся, я всегда буду рядом!

Ляна кивнула и оглянулась на Аню, которая стояла вдалеке и что-то кричала.

***

Олеся уже начала беспокоиться и решила пойти на улицу, надеясь, что там она быстрее дождется Артема и дочь. И как только она вышла из подъезда, машина Артема вывернула из-за угла.

Ляна выбежала первой и обняла мать.

— Мам, сейчас какая-то девушка на Артёма напала, я испугалась, но он ее быстро успокоил.

Олеся встревоженно взглянула Артёму в глаза.

— Я тебе все расскажу позднее, — а сейчас идём домой, мы голодные с Ляной, как волки…

Он поцеловал Олесю, обнял ее за талию, и вот так они вошли в подъезд.

Ужин всем понравился, даже Ляна заметила, что такого ужина не было давно, хоть и вкусно готовила мама, сегодня она превзошла саму себя.

После ужина Ляна убежала в свою комнату и уселась с ноутбуком на кровать, включив наушники.

— Отдохни, посуду сегодня я помою, — Артём заботливо обнял Олесю, — как же я без тебя скучал целый день!

Когда посуда была помыта, Артем и Леся устроились обнявшись на диване и долго-долго молча смотрели друг другу в глаза. Было слышно, как сердца колотятся в груди от каждого прикосновения. Артем гладил Лесю по волосам, а она боялась пошевелиться, чтобы не нарушить эти счастливые мгновенья. Он прижался щекой к ее щеке.

— Родная моя, вот так бы вечно держать тебя за руку и ни на миг не расставаться. День без тебя мне показался целой вечностью. И да, я помню, что обещал рассказать про Аню. Чтобы не было никаких недомолвок, ты должна все знать. Мы с Аней с детства вместе росли. Наши семьи дружили, и мне постоянно приходилось с ней возиться: «Артем помоги Ане шнурки завязать… Артём, сходи с Аней погуляй… Артём, помоги Ане уроки сделать… Артём, напиши за Аню курсовую…». В общем, я постоянно вынужден был с ней нянчиться. Родители мечтали нас поженить, но я никогда не воспринимал Аню всерьез. А она возомнила себе не понятно что и теперь продолжает на что-то надеяться. Но я хочу, чтобы ты знала, я никогда никого не любил и не полюблю, кроме тебя. Ты первая и единственная. Слышишь? Ты моя единственная! Я никому не позволю помешать нашему счастью. Ты веришь мне?

Он пристально посмотрел Лесе в глаза, и от взгляда, как будто молния прошлась по всему телу, она почувствовала, насколько искренни, насколько сильны его чувства.

— Верю! Ты не можешь лгать. Не такой ты. Я верю тебе, я люблю тебя и никогда не смогу разлюбить.

Олеся прижалась к нему всем телом, а он крепко обнял её.

Наступил день отъезда Ляны. Олеся не могла проводить дочь, потому что с работы не отпустили. У Артёма было свободное время, и он успокоил Олесю, что проводит Ляну сам, за всем проследит и ей не стоит совершенно беспокоиться.

Леся побежала на работу, поцеловав дочь и пожелав ей удачи. Хоть и знала она, что Артём проводит Ляну не хуже, чем это сделала бы она, все же хотелось быть рядом с дочерью в этот ответственный момент, хотелось убедиться еще раз, что она ничего не забыла, что в автобус села. Хотелось помахать ей рукой, когда автобус со спортсменами будет отъезжать. И оттого что ей сейчас приходится работать, на душе было очень тоскливо.

Народ тянулся вяло, и это только усугубляло ситуацию. К кассе подошли девушки, болтая наперебой. В корзинке у них лежала бутылка газировки, пирожные и жевательная резинка. Олеся пробила все товары.

— Дайте еще пачку сигарет, — обратилась девушка к Олесе, и тут ее взгляд зацепился за бейджик.

— Олеся?

Леся подняла взгляд на девушку. Это была Аня. Подруги недоуменно смотрели на нее, а она смотрела на Олесю, что-то, видимо, пытаясь понять. Она вспомнила, как Артём сказал ей у машины «Это дочь Олеси…»

— Так это ты-ы? — она метнулась через стойку и попыталась схватить Олесю за халат.

Охранник тут же подбежал и попытался увести Аню в сторону.

— Пусти меня, козёл! Это её надо вывести отсюда!

Охранник повёл ее в сторону, а она продолжать кричать, что было сил:

— Я с тобой ещё разберусь, покажу, как чужих женихов уводить. В зеркало на себя посмотри, мартышка древняя…

Олеся тряслась, как осиновый листок на осеннем ветру, сгорая от стыда за происшедшее и от обиды за слова Ани.

Подруги Анны сверлили взглядом Лесю, рассчитываясь за покупку и без стеснения, шептались, обсуждая ситуацию. Олеся отдала им чек и сдачу трясущимися руками и попросила администратора выйти на перерыв. В комнате отдыха она уже не смогла сдерживать слёз, не смотря на то, что все смотрели на нее — кто с сочувствием, кто с осуждением.

После работы Олеся очень боялась выходить из магазина, чтобы снова не встретиться с Аней, но, к счастью, у служебного входа её ждал Артём с букетом желтых лилий.

— Привет, родная, — он протянул Олесе букет, поцеловал и нежно обнял, — что-то случилось, Лесенька?

— Аня сегодня скандал учинила.

— Как она тебя узнала?

— Не знаю, прочла на бейджике мое имя и начала кричать.

— Да, это я проболтался тогда возле спорткомплекса, что мою любимую зовут Олеся. Прости, из-за меня у тебя неприятности.

— Да что ты, все равно ведь она узнала бы кто я, рано или поздно, пусть лучше рано. Только я теперь опасаюсь, что эта истерика была не последней.

— Я что-нибудь непременно придумаю. Обещаю тебе, Аня больше никогда не посмеет к тебе приблизиться. А я буду всегда встречать тебя с работы.

Он снова поцеловал Олесю, и улыбка коснулась её губ.

— Я самая счастливая на свете! Твой целительный поцелуй помог мне успокоиться и забыть все неприятности минувшего дня. Как Ляночку проводил? Все нормально?

 

— Все отлично! Разве могло быть иначе? Ляна передала тебе большущий привет и кучу воздушных поцелуев. Не переживай, неделя пролетит, даже не заметишь. Я не дам тебе скучать. А сейчас приглашаю тебя в кафе, поесть наше с тобой любимое мороженое!

— Я не против!

Олеся съела три мороженых. То ли перенесенный стресс так повлиял, что уж очень хотелось сладкого, то ли мороженое было слишком вкусным сегодня. Но после третей порции у Олеси все горло свело от холода.

— Давай кофе выпьем и домой? — предложила Олеся, — что-то меня морозит немного.

— Не удивительно, такое количество мороженого… И я не подумал, зачем позволил тебе столько его съесть? Лучше бы взбитые сливки взяли.

После выпитого кофе стало легче, и влюбленные поехали домой, наслаждаясь каждым мгновеньем, проведенным вместе.

Ночью Олеся почувствовал себя неважно. Горло болело. Невозможно было глотать, все тело ломало и обдавало жаром. Олеся встала, чтобы попить воды, но ноги стали как ватные.

Артём проснулся и включил светильник.

— Что случилось, милая? Ой, да ты горишь вся, ну-ка ложись обратно, сейчас принесу градусник. Плохо себя чувствуешь?

Олеся слегка кивнула, но ответить ничего не смогла из-за чудовищной боли в горле.

Температура была высокая. Артём поспешил на кухню, сделал уксусный раствор, смочил в нем полотенце и обтер все тело Олеси. Затем накрыл ее легким покрывалом и присел рядом, поглаживая ее по спине.

— Всё будет хорошо! Ты только не волнуйся. Просто ты слишком много мороженого съела, но это не страшно. Утром вызову врача, возьмёшь больничный, и будем лечиться! — Олеся с тревогой взглянула на Артёма, но возражать не смогла, — А пока сделаю чай с лимоном и медом.

Пока Артём готовил на кухне чай, Олеся успела поплакать. Она не могла поверить, что о ней сейчас так заботится мужчина. Она вспомнила, как заболела, когда только вышла замуж за отца Ляны. Тогда она простыла под дождем, а когда поднялась температура, и она не могла встать от ломоты и боли в суставах, попросила его принести лекарство, но он ответил: «Сама возьми, не переломишься» и ушел к друзьям, хлопнув дверью. Он не выносил, когда Олеся или Ляна заболевали. Не то, чтобы помочь, он просто уходил из дома. И поэтому сейчас Лесе казалось, что эта сказка происходит не в реальности — во сне.

Артём вернулся с чаем и поцеловал Олесю:

— Вот, попей, станет полегче, а потом поспишь.

Температура не спадала, и Артём дал Олесе жаропонижающую таблетку. Он держал ее за руку, пока Олеся не уснула, потом осторожно лег рядом, чтобы не потревожить её сон, а сам решил не спать до утра. Он то и дело трогал лоб Олеси, поправлял покрывало и гладил ее волосы. Температура, вроде бы, опустилась, но Артём все равно позвонил в поликлинику уже в семь утра. Сказали, что дежурный врач приедет во второй половине дня. Затем Артём позвонил на работу Олесе и предупредил, что она заболела. У него самого сегодня тренировок не было, а на учёбу решил не пойти, чтобы весь день быть рядом с любимой. Боялся он оставить её одну в таком состоянии.

Олеся проснулась через пару часов и испугалась, что опоздала на работу, но Артём успокоил её. Леся была очень тронута таким вниманием с его стороны и боялась, что ему быстро это все может надоесть, но он смотрел на нее таким пылающим любовью взглядом, что страхам просто не осталось больше места.

— Спасибо тебе, родной, — Олеся прошептала хрипловатым голосом и положила руку на горло.

— Болит?

Она кивнула.

— Постарайся пока не разговаривать. Скоро врач приедет, выпишет лекарства, тебе станет легче.

Врач приехал уже поздно, и с порога начал возмущаться, почему сами не приехали в поликлинику, но, увидев цифру на термометре, перестал ворчать. Он нехотя выписал рецепт, и уходя сказал, что за больничным нужно будет приехать в поликлинику завтра, с паспортом и страховым полисом Олеси.

Артём проводил доктора до двери, затем вернулся, чтобы поцеловать Олесю и побежал в аптеку.


Глава 6

Артём вернулся из аптеки очень скоро. Быстро разулся, снял куртку и прямиком пробежал в комнату к Олесе.

— Не спишь? Ну и хорошо, сейчас начнем лечиться! Но прежде нужно непременно что-то съесть. Пойду, приготовлю что-нибудь очень вкусное и щадящее для твоего горла.

В коридоре зазвонил домашний телефон.

— Ответить? — Артём вернулся в комнату.

Олеся кивнула и прошептала:

— Наверное, Ляна звонит. Или Вера.

Артём взял трубку и бодро ответил:

— Слушаю!

На другом конце провода повисла тишина.

— Говорите, алло!

— А-а, мне нужна Олеся, — с осторожностью ответил женский голос.

— А кто её спрашивает?

— Я её мама, — голос стал более уверенным, но говорила женщина с некой опаской, — а Вы кто?

— Вы Олесина мама? — вопросом на вопрос Артём ответил с единственной целью — сообщить самой Олесе, кто звонит, ну и выиграть время.

Олеся съёжилась и присела на кровати, затем укуталась в одеяло и вышла в коридор, вопросительно глядя на Артёма. Он еще недолго выдержал паузу, а затем ответил с явной гордостью:

— Очень приятно, а я Олесин муж!

Олеся закрыла лицо руками. Она представляла реакцию мамы и понимала, что они прямо сейчас все бросят и примчатся сюда. Если бы она только знала, что мама станет звонить на домашний телефон, то не позволила бы Артёму ответить. Обычно связь с родителями поддерживали только по сотовому, а сейчас он, видимо, разрядился совсем некстати. Она не хотела, конечно, скрывать от родителей свои отношения, но и вот так их огорошить тоже было не лучшим вариантом.

— Молодой человек, что за шутки? — мама Олеси заметно волновалась, — где моя дочь? Я должна с ней побеседовать.

— Это не шутка, и Олеся с радостью сама бы Вам сказала это, но она немного простудилась и не может разговаривать, горло очень болит.

В ответ послышались короткие гудки. Артём виновато посмотрел на Олесю:

— Прости, я не умею врать, поэтому и не сообразил, что можно было бы ответить.

— Ничего страшного, сейчас родители примчатся через пару-тройку часиков, готовься к встрече, — прошептала она и загадочно улыбнулась.

Артём немного смутился:

— Ну, если убивать они меня не станут, то я совсем не против познакомиться. А сейчас ложись в кровать, я принесу еду и лекарства.

Как и предполагала Олеся, не прошло и трех часов, как родители позвонили в дверь. Артём открыл, пригласил войти и представился сразу, на пороге:

— Артём, Олесин муж! Очень приятно познакомиться с её родителями.

Отец протял руку в знак приветствия:

— Олег Петрович, папа Лесеньки.

Мать недовольно оглядела зятя с ног до головы и процедила сквозь зубы:

— Элла Марковна.

Не задерживаясь, она поспешила в комнату Олеси:

— Лесенька, ну что ж это такое? Почему мы узнаем о переменах в твоей жизни вот так? Почему ты раньше ничего не рассказала, почему нам пришлось ехать сюда среди ночи? Ты не представляешь, как я перепугана была. Невесть, какие мысли в голову лезли. Послушай, сколько лет этому юноше?

— Мама, извини, я не успела вам сказать, мы собирались с Тёмой к вам приехать, но я вот мороженого слишком много съела, — сквозь боль шептала еле слышно Леся.

— Сколько лет ему, скажи мне.

— Двадцать.

Олеся густо покраснела и опустила голову, потом добавила:

— Но это не важно, он самый лучший.

Мать не могла и слова произнести, она смотрела на Олесю осуждающим взглядом и покачивала нервно головой из стороны в сторону. Выдержав паузу, она все же начала разговор.

— Нет, ну я, конечно, все могу понять. Не совладала с чувствами, ну сглупила немного, и все на этом… Зачем этот цирк устраивать? Муж!

— Мама, у нас серьезно все. Мы поженимся непременно.

— Да пойми ты, дурочка, он наиграется тобой и бросит, не сомневайся даже, а ты потом страдать будешь, мучиться. Ну ладно, если бы на год помладше был, ну пусть на два, ну ладно, пять. Но такая разница в возрасте ни к чему хорошему не приведет! Не может просто ничего путного с этого выйти. Сколько уж таких историй было, а итог — поломанные судьбы. Доченька, подумай ты сто раз, прежде чем обрекать себя сознательно.

— Пусть даже недолго продлится мое счастье, но оно будет моим. И я знаю, что у Артёма ко мне настоящие чувства, мама, не начинай, пожалуйста, это ничего уже не изменит. Я больше не смогу без него жить.

Мать заметно волновалась и не смогла сдержать слезу.

— Ну, тебе решать, не буду я давить, сама намаешься, сама и расхлебывай потом, а от меня утешения не жди, когда он к молодой сбежит. Я все сказала.

В комнату вошел отец.

— Привет, красавица! Чего ж ты разболеться вдруг удумала?

Олеся улыбнулась и кивнула отцу, приветствуя его.

— Ну, что, промыла мать тебе мозги уже? Не слушай её, я тут с Артёмом перекинулся несколькими фразами на кухне. Парень толковый, сразу видно, умный, начитанный. Серьезный! А это немаловажно. Так что, я твой выбор одобряю!

Мать бросила на мужа искрометный взгляд и, скривив губу, что-то буркнула себе под нос.

— Мы там варенье привезли, соленья, грибочки, как Ляночка любит. Скоро она вернется?

— Скоро. Как вернется, обязательно приедем к вам.

— Ну что ж поедем мы, — мать взглянула на отца.

— Оставайтесь, — ну куда ночью ехать-то? — прошептала Олеся.

— Да нам же утром скотину кормить, надо ехать, ничего, ночью машин поменьше, мне нравится ехать по пустой трассе, — ответил за двоих отец.

Артём вошел в комнату.

— Может быть, чаю хотя бы попьете?

Мать снова измерила его испепеляющим взглядом и, фыркнув что-то нечленораздельное, вышла в коридор, затем оглянулась и, натянув улыбку на лицо, обратилась к дочери:

— Пока, Лесенька, выздоравливай! Звони, приезжайте… С Ляночкой… — И снова кинула взгляд на Артёма, давая понять, что он там будет лишним.

Отец поцеловал дочь в щеку и наклонившись прошептал на ухо:

— Не обращай внимания, ты знаешь мать.

Олеся благодарно улыбнулась ему в ответ и помахала рукой.

Артём проводил родителей за дверь.

— До свидания. Спасибо, что приехали!

Мать недовольно отвернулась и нажала кнопку вызова лифта, а отец протянул Артёму руку и дружелюбно потряс её:

— Все наладится, она у нас отходчивая. Ждем вас в гости. Дочь тебе доверяю!

— Спасибо! — искренне поблагодарил Артём и закрыл дверь.

Он смущенно прошел в комнату и присев на край кровати, погладил Лесю по голове.

— Хорошие у тебя родители. Мама хоть и недовольная была, но видно, что она не злая.

— Ну да, она такая… Только недовольство её может иногда годами длиться.

— Я думаю, что смогу с ней подружиться. А теперь пора спать, а то и так нарушили режим выздоравливающего человека!

Неделя пролетела незаметно. К возвращению дочери Олеся стала чувствовать себя лучше. Артём проводил с ней всё свободное время. Готовил обед, следил, чтобы вовремя принимались лекарства, заставлял Олесю есть фрукты и каждый день проводил в квартире влажную уборку.

Олеся перенесла эту болезнь иначе, чем обычно. Рядом с таким мужчиной даже болеть было приятно, но очень хотелось уже выйти на свежий воздух.

***

— Доброе утро, родная! Просыпаться пора, соня! Завтрак готов. Скоро выезжаем.

Он, как всегда, поцеловал Олесю и поставил на тумбочку завтрак.

Олеся сладко потянулась:

— Спасибо тебе! Не знаю, что бы я делала без тебя! Но я, наконец-то, здорова, и теперь моя очередь, с завтрашнего дня буду готовить завтраки тебе.

— Мне не сложно, — Артём очень нежно улыбнулась, — пей кофе и собирайся.

Выйти на улицу через неделю заточения для Олеси было самым настоящим счастьем. Она вышла из подъезда и остановилась, потому что от свежего воздуха начала кружиться голова. Артём поддержал её под руку.

— Поехали?

— Подожди минутку, дай насладиться этим ароматом осени! Как же я соскучилась по запахам дождя и осыпающихся листьев. Олеся закрыла глаза и втянула в себя воздух, затем громко выдохнула и посмотрела на Артёма.

— Поехали!

Ляна выбежала из автобуса, светясь от счастья, и бросилась матери на шею, крепко обняла, поцеловала, затем чмокнула в щеку Артёма.

— Как же мне вас не хватало! Не представляете, как я скучала!

Она ещё раз обняла Олесю и начала тараторить обо всем, что происходило с ней на сборах.

Всю дорогу до дома Ляна рассказывала о своих приключениях, ни на минуту не замолкая. А когда зашла в свою комнату, смогла только переодеться, рухнула на кровать и тут же уснула.

— Вот это да! Ребенок спит днем! Удивительно для нашей Ляны.

— Ничего удивительного, не на отдых ездила. Устала, понимаю.

Артём поцеловал Олесю:

— Ну, я в институт! Буду очень по тебе скучать!

В это время в кармане завибрировал телефон. Артём взглянул на экран, и счастье на лице сменилось резко недовольством.

— Да, мама!

— Тёмочка, сынок, здравствуй!

— Привет!

— Сыночка, тебе нужно срочно поехать к дедушке. Он заболел. Вечером позвонил мне, а теперь с утра не отвечает на мои звонки. А сейчас совсем недоступен. Я переживаю. Тёмочка, нужно поехать. Что там с ним могло случиться? Даже подумать страшно.

Артём очень сильно разволновался и с тревогой взглянул на Олесю.

— Хорошо, мама. Я поеду!

Он нажал на кнопку сброса и, обняв Олесю за плечи, притянул к себе, заглядывая в глаза, как будто пытался оправдаться.

— Мама позвонила, говорит, что дед заболел и не отвечает на ее звонки. Я должен поехать к нему. Мне бы очень хотелось взять с собой вас с Ляной, но тебе, как назло, больничный закрыли, да и Ляне на учебу завтра. Так не хочется вас оставлять.

— А надолго ты можешь уехать?

— Ну, если выехать сейчас, утром буду на месте. Сколько там пробуду, не могу пока сказать, поэтому только там все удастся выяснить.

Артём попытался набрать номер деда, но абонент был недоступен. Олеся загрустила и даже слеза коснулась ее глаз.

— Артём, мне так тоскливо на душе, не потому даже, что ты уедешь на несколько дней, а как-то тревожно, неспокойно, что ли. Я не могу объяснить, что это за чувство, но как-то давит в груди и сердце волнительно стучит. И мне страшно. Боюсь, что случится что-то.

— Это просто волнение, успокойся и постарайся думать о приятном. Ты только что перенесла простуду, а теперь еще расставание непредвиденное выпало нам. Вот и разыгрались чувства, но я обязательно постараюсь вернуться поскорее. Мне тоже очень грустно, хочу остаться с тобой, и волнуюсь за деда.

— Конечно, ехать нужно, непременно. Ну, не волнуйся, я успокоилась, я взяла себя в руки, все будет хорошо! Думаю, дедушка непременно поправится.

— Я тоже в это верю. Ну, я побегу? Будь умницей, не вздумай плакать, я почувствую твои слёзы…

Артём снова крепко обнял Олесю, поцеловал на прощанье и ушел.

Олеся долго смотрела вслед отъезжающей машине, и слезы невольно катились из глаз, а в груди сжимало от неведомого волнения и какой-то странной тоски.


Глава 7

Утром Олесе было очень сложно проснуться. Просыпаться рядом с Артёмом уже стало приятной привычкой, а теперь его подушка была холодной, и Олеся, прижав ее к груди, разрыдалась как маленький ребёнок. В груди сдавливало от печали, она вдруг поняла, что впервые в жизни так скучает и тоскует по мужчине, с которым рассталась только вчера.

С трудом Олеся вылезла из-под одеяла и приготовила завтрак для дочери, затем разбудила Ляну и, пересилив внутреннее беспокойство, отправилась на работу. Казалось, что сердце сместилось и не может вернуться на место, не покидало чувство дискомфорта и ожидания чего-то неприятного.

Олеся очень хотела позвонить Артёму, но не решилась, опасаясь, что отвлечет его и может создать аварийную ситуацию. Она обратилась к нему всеми фибрами своей души с мольбой дать знать о себе. Зазвонил телефон.

— Привет, родная!

— Привет, родной! Как ты?

Олеся чувствовала, как колотится ее сердце, отчего участилось дыхание, и даже голос изменился. Артём почувствовал её волнение и попытался успокоить.

— Всё хорошо, не беспокойся. Прости, что раньше не позвонил. В дороге связи не было. Скоро буду на месте. Как вернешься домой после работы, сразу мне позвони, хорошо?

— Да, договорились. Очень скучаю. Люблю. Жду.

— И я люблю, скучаю очень. До вечера! Звони!

Волнение немного приутихло, даже радостно немного стало, но что-то продолжало беспокоить, и Олеся попыталась повторять весь оставшийся до работы путь, что все будет непременно хорошо.

— О, Лесь, привет! Выздоровела уже? — Олесю догнала продавец из кондитерского отдела.

— Ну да.

— Тебя тут дамочка какая-то разыскивала пару дней назад. У всех расспрашивала кто ты, да что из себя представляешь, где ты, когда смена твоя. Я её быстро отшила, ты меня знаешь, а с Дюжниной она долго о чем-то лясы точила.

— Странно, — Леся ненадолго задумалась, — спасибо, Олечка, что предупредила.

Всю рабочую смену Олеся была сама не своя. Мысли о женщине, которая о ней справлялась, и о том, что могла наболтать ей сплетница Дюжнина, роились в голове, не давая ни секунды покоя. Работала на полном автомате.

И вот, наконец-то, смена закончилась. Олеся поспешила домой, чтобы поскорее позвонить Артёму и услышать его целительный голос, который точно спасёт её от мрачных мыслей и необоснованных страхов.

Леся почти выбежала из магазина и вдохнула свежего воздуха. Казалось, что провела в стенах этого магазина целую жизнь.

— Олеся?

Леся оглянулась, её догоняла женщина, лет сорока пяти, весьма приятной внешности.

— Да-а. — Олеся вопросительно смотрела на незнакомку, и та не заставила долго ждать.

— Меня зовут Галина Вячеславовна, я мама Ани.

Теперь вопросительное выражение лица Олеси сменилось на недоуменное. Она не знала, как реагировать на эту ситуацию, и что нужно от нее маме просто подруги, даже не бывшей девушки, Артёма.

— Слушаю Вас, — Олеся пыталась говорить спокойно, но голос предательски срывался, выдавая её обеспокоенность.

— Не стану Вас задерживать, Олеся, разговор у меня будет краток. Вы ведь тоже мать чудесной девочки, поэтому должны меня понять. Я не могу спокойно оставаться в стороне, когда моя дочь так страдает.

— Я чем могу помочь?

— Вы могли бы повлиять на Артёма, объяснить ему, что у вас не может быть общего будущего, он молод, Вы… Не очень молода… простите за прямоту. Нет, Вас я вполне могу понять как женщина. И его, наверное, тоже. Не ожидал, испугался, а тут встретил женщину, которая пригрела под крылом…

— Вы хотите меня оскорбить? Мы любим друг друга, но Вам, я вижу, этого не понять.

Олеся развернулась и хотела уйти, но женщина остановила её.

— Вам самой-то не стыдно оставить ребёнка без отца? Или если у самой дочь безотцовщина, так ты другим напакостить желаешь?

— Мне непонятны Ваши намёки, и мне пора…

— Анечка беременна от Артёма. Уже два месяца. Вижу, что он этого тебе не сказал. Да он, как только узнал, взбесился просто. А тут ты ему подвернулась. Ну, пойми ты, глупая, он всё равно уйдёт от тебя, но зачем тянуть время, сейчас Анюте нельзя волноваться, а она рыдает целыми днями, извелась уже совсем. Её не жалко, так ребёночка хоть пожалей, он то за что страдает?

Олеся посмотрела ей в глаза:

— Простите, Галина Вячеславовна, но я не верю Вам. Прощайте!

Олеся резко развернулась и пошла торопливым шагом, но мать Ани догнала её, и начала теребить за рукав:

— Пожалей ребёночка, не губи ты судьбы. Анечка с Артёмом влюблены друг друга, с детства. Ссорились много раз, мирились, вот и сейчас помирятся. Но Анечка из-за этой глупости ребёнка ведь рискует потерять, — женщина вытерла слёзы, и начала нервно искать что-то в сумочке.

Она достала бумагу, свёрнутую вчетверо, и протянула Олесе:

— Вот, читайте! Угроза выкидыша. Если что-то случится с моей дочерью или внуком, ты одна виновата будешь! Своего мужика удержать не удалось, так ты в чужого вцепилась как коршун в добычу. Нашла бы кого постарше, зачем мальчику мозги-то затуманила?

Олеся молча посмотрела на неё холодным пронизывающим взглядом, и женщина замолчала.

Всю дорогу до дома Олеся не шла, бежала, слёзы текли из глаз мартовскими ручьями, а в ушах звенели слова незнакомки, как заезженная пластинка.

Забежав в квартиру, Олеся прислонилась спиной к двери, ещё сильнее разрыдалась и скатилась на пол. Она достала из кармана телефон и пыталась позвонить Артёму, но пальцы не слушались, постоянно нажимая не на те кнопки. Но вот, наконец-то, номер набран, но ответил не Артём, а женский голос: «Абонент вне зоны доступа»…

***

До деревни Артём доехал благополучно. Дороги были почти пусты, любителей погонять не встретилось, и это было настоящим везением.

Войдя в калитку, Артём обратил внимание, что дверь на веранду немного приоткрыта, значит, дед должен быть дома. Проходя вдоль дома, он легонько постучал в окно. Никто не выглянул. Это насторожило Артёма.

Войдя в коридор, он с порога негромко крикнул:

— Дед, ты дома? Дедуль!

Никто не отвечал. Артём прошелся по пустым комнатам и снова вышел на улицу. Сарай и баня были закрыты снаружи на шпингалеты, значит, искать там бесполезно, но Артём заглянул на всякий случай и туда. Затем прошел в огород, на задний двор, но и там — никого. Он вышел за калитку и увидел соседку, выгоняющую со двора корову.

— Баб Даш, привет!

— Ой, Тёмочка, привет, дорогой! Давненько не видала тебя. Возмужал! Не узнать! Дедулю навестить приехал?

— Ну да, да только нет его нигде. Вы когда с ним последний раз виделись?

— Да денька три назад за молочком приходил. Он у меня два раза в неделю покупает по три литра.

— Где он может быть?

— А ты до сельсовета добеги. Сегодня ж пенсию подвезти должны, так можа он пораньше и пошёл туда. Хотя, они к обеду только подъезжают, ну проверь все равно.

— Ага, спасибо, баб Даш!

Артём завёл машину и поехал к сельсовету, который находился на другом конце деревни. Можно было бы дойти пешком, но хотелось поскорее найти деда и убедиться, что с ним всё хорошо, и что его болезнь совсем несерьезная.

Выйдя из машины, Артём подбежал к двери сельсовета и остановился как вкопанный. На двери висел ржавый амбарный замок. Сердце защемило, а в висках пульсировало от нервной напряженности. Артём посмотрел по сторонам и решил забежать в магазинчик, неподалеку.

Для того чтобы открыть старую дверь магазина, пришлось приложить определенные усилия. Сонная продавщица, женщина лет сорока, с очень ярким вызывающим макияжем, выглянула из-за прилавка.

Покупателей не было, и она засыпала от скуки.

— Здравствуйте! А скажите, Зимин, Евгений Иванович сегодня не заходил?

— Ой, да кто сюда зайдет-то? Денег нету у народа. Вот после обеда здесь будет не протолкнуться, как пенсию получат, а пока никого не было. А дед Женя так уже с неделю тут не появлялся.

— А вы не знаете, где он может быть? Ну, может, слышали, в больницу, например, попал, или еще чего могло случиться?

— Бог с тобой, с чего ему в больницу попадать? Мужик он крепкий, здоров не по годам. А куда подевался, не знаю, ничего не слыхала.

Артём поблагодарил женщину и поехал обратно. Волнение нарастало по мере приближения к дому. Артём не мог предположить, куда ещё можно податься и поэтому решил проверить в доме все шкафы, посмотреть, все ли вещи на месте и документы.

Артём не стал загонять машину во двор и медленно побрёл к дому, но заходить внутрь не было никакого желания. Он присел на скамейку под яблоней и погрузился в раздумья, из которых вскоре вывел скрип открывающейся калитки.

— Тёма, что случилось? Почему ты здесь, в будний день?

Артём вскочил со скамейки и помчался навстречу деду. Он приобнял его за плечи, слегка потряс и прослезился.

— Ну, разве можно так пугать, скажи? Ты где был? Как здоровье?

— Да нормально всё, порыбачить решил, — дед потряс сеткой с несколькими караськами, — вот, Матроску угощу сейчас, что-то не видать его. Кс-Кс!

Дед взглянул Артёму в глаза, прищурился и, положив руку на плечо, сказал уже серьезно:

— Ну-ка, пошли, почаёвничаем, и все расскажешь.

Артём не знал, как себя следует вести, и что, вообще, происходит. Дед выглядел вполне бодрым и счастливым. Непохож он был на человека, у которого ещё пару дней назад были серьёзные проблемы со здоровьем.

Евгений Иванович мигом растопил камин и поставил самовар. Собрал на стол варенье, мёд, молоко и пригласил внука к столу.

— Ну, рассказывай, каким ветром занесло тебя сюда? — разливая свежий травяной чай, поинтересовался дед.

— Расскажу, конечно, всё расскажу. Только ты мне сначала скажи, почему у тебя телефон недоступен?

— Хм! А мать тебе, не сказала, что ли?

— Что именно?

— Так нас без связи же оставили ироды. «Телемикс» с рынка ушёл без предупреждения. Ну, ты же знаешь, кроме них здесь связи сотовой больше не было, а проводной телефон только у администратора. Сейчас другой оператор строит вышку свою. Обещают и сотовую идеально наладить и интернет начать подключать, но месяца полтора это счастье ждать придется. Так я Маргаритке позвонил с сельсовета, предупредил, чтоб не теряли, просил тебе передать. А она что ж, забыла, что ли?

— Не забыла она, дед, попутала что-то… — Артём сразу же вспомнил про Олесю. Она же будет звонить, а связи нет. Беспокойство овладело его сердцем, в это мгновенье он понял, насколько сильно соскучился и как ему не хватает сейчас её нежного взгляда.

— Деда, а мама тебе ничего обо мне не говорила?

— Нет. А должна была? — дед хитро сощурился, и Артём сразу понял, что по его поведению дед уже обо всем догадался, — давай рассказывай, вижу, как глазенки-то сияют. Никак влюбился, Тёмка?

— Да, дед, от тебя никогда ничего утаить нельзя было.

— Ну и как, серьезно у тебя? Кто она? Не томи старика!

— Деда, скажу сразу, что я всё решил и уже ничто не сможет изменить моё решение. Олеся старше меня, у нее дочь. Из-за этого мама категорически против наших отношений. Это она специально меня сюда отправила, подальше от Олеси. Сказала, что ты серьезно заболел.

— Вот же шельма! Ну, недаром бабушка всегда говорила, что её ничем не изменить уже.

— Дед, я понял, что Олеся именно та, с которой я должен прожить всю жизнь. Мы познакомились совсем недавно, а кажется, что целый век вместе.

— Ну, что я могу сказать, сынок… поздравляю! Рад, что ты встретил свою судьбу и если есть родство души, разница в возрасте тут не помеха. А мать, она всегда такой была, не ясно только, в кого она эгоисткой стала. Мы ведь с бабушкой твоей старались ей пример показывать, как стать достойным человеком, а она как в город упылила, будто подменили её там. Да, что о ней то говорить. Фото Олеси есть?

Артём открыл мобильный альбом, легкая улыбка коснулась его губ. Он даже и не сомневался, что дед поддержит его, но было приятно услышать от него добрые слова.

— Вот! Моя Олеся!

Дед потянулся за очками и взял в руки телефон. Долго разглядывал фотографии.

— Хороша! И по возрасту очень молодо выглядит. Что мать взъелась, не пойму, ну да ладно, Бог рассудит. Как, вообще, дела? Как учеба продвигается, какие планы?

— Да, отлично всё! Думаю, на заочное перевестись. Ты же знаешь, я могу и сам прекрасно заниматься. А так, работу дневную найду, тренировками особо не заработаешь, чтобы семью достойно обеспечить.

— Ну и правильно, чего тебе штаны там просиживать. Ты у нас мужик серьезный, не то, что балбесы некоторые, не пропадешь!

— Хотим с Олесей заявление в ЗАГС подавать. Свадьбу скромную сыграем. Приедешь?

— А как же?! Разве я смогу не приехать на такое событие! И вы, как время будет, приезжайте, ребенку свежий воздух на пользу пойдет.

— Конечно, обязательно приедем! Ну, я поеду, дед?! Рад, что всё отлично у тебя!

— А я-то как рад был повидаться, жаль, что обманом тебя сюда отправили, от дел отвлекли, ну ничего, с матерью твоей разговор серьёзный будет.

Артём обнял деда и, попрощавшись с ним, побежал к машине.

— Постой! — Евгений Иванович догнал Артёма, — возьми вот яблочек и меду девчоночкам своим. Всё своё, вкусное, свежее!

Артём поблагодарил деда, и поспешил домой, мечтая поскорее обнять Олесю.


Глава 8

Ночь подкралась как-то незаметно. Олеся уже не помнила, сколько раз набирала номер Артёма, но абонент по-прежнему был недоступен.

Она ходила из угла в угол, пытаясь успокоить себя тем, что это всего лишь плохая связь, но ничего не получалось. Слова Аниной матери то и дело напоминали о себе, тревожа сердце и вызывая искру недоверия к Артёму. Леся гнала от себя эти мысли, она безоглядно верила Артёму, доверяла ему, казалось, больше, чем себе самой, но мысли, вызывающие сомнение, продолжали жужжать, как назойливые комары после дождя.

Олеся вспомнила, как Артём рассказывал ей об Ане. Он не мог врать, ничего между ними не было, он не такой!

Телефонный звонок слегка испугал, Олеся сразу же нажала на ответ, только потом поняла, что ответила на незнакомый номер.

— Алло! Слушаю! Вас не слышно, перезвоните, пожалуйста.

Олеся уже почти нажала на кнопку сброса, как услышала чужой женский голос.

— Это Олеся?

— Да. А Вы кто?

— Я мама Артёма, — голос был тихий, но немного нервный.

— Здравствуйте! Что-то случилось? — Олеся поняла, что все тело перестало слушаться, и она может упасть в любой момент, поэтому медленно опустилась на пол. Сердце билось о грудную клетку, как птица, рвущаяся наружу. Дыхания не хватало, — не молчите, пожалуйста.

— А я молчать-то и не собиралась, знаешь ли. Я и позвонила собственно, чтобы говорить, а не молчать. Думаешь, мне приятен твой голос, чтобы молча наслаждаться им? Молчать как раз таки тебе рекомендую. Выслушай молча и подумай… Я настаиваю на том, чтобы ты оставила в покое моего сына! Не для того я растила его, чтоб он достался такой, как ты!

Олеся не выдержала, и переборов всякое волнение, произнесла спокойным, насколько это было возможно, голосом:

— Какой такой?

— Такой старой, несостоявшейся особе, которую никто не подобрал до сих пор, и она как хищник, вцепилась своими когтями в молодого мальчика, который ничего не смыслит в жизни!

Слёзы начали душить, горло сдавило от обиды. Олеся всеми силами взяла себя в руки. Она не могла позволить вот так себя унижать.

— Вы считаете, что старость наступает после тридцати?

— Я считаю, что для мальчика моего ты слишком стара, уж извини, но это правда, не стоит обижаться. Итак, я настоятельно требую отпустить моего сына, иначе ты сильно будешь жалеть! Я не только тебе жизни не дам, но и дочурочке твоей, понятно излагаю?

— Вы мне угрожаете? — Олеся с трудом выдавливала из себя слова.

— Отнюдь! Предупреждаю! Я мать и этим я права! Вот своего ребенка для начала на ноги поставь, тогда поймешь, что мать ни перед чем не остановится, чтобы спасти своего ребенка! А мой сын нуждается сейчас в спасении, и я спасу его от тебя!

Олеся понимала, что нельзя позволять разговаривать с собой в таком тоне, но уже ничего не могла ответить. Слезы градом катились из глаз, дыхание сбилось, а грудную клетку сжало так, что трудно было вдохнуть.

— Надеюсь, ты меня поняла! — не унималась Маргарита Евгеньевна, — повторять больше не стану, дальше сама смотри, если Артём не вернутся домой, пеняй на себя.

В трубке послышались гудки. Олеся закрыла лицо руками и разрыдалась, как младенец. Второе потрясения за день перенести было слишком трудно. Ляна вышла из своей комнаты, потирая глаза:

— Ма-ам, что случилось? Артём так и не звонил?

— Нет, Ляночка, не звонил, и я не могу ему дозвониться.

— Ну не расстраивайся ты так из-за этого. Ты же знаешь, что за городом связь никакая. А может, телефон разрядился, ну чего ты как маленькая?! Всё будет хорошо!

Олеся поцеловала дочь, пообещала успокоиться и ушла в свою комнату. Ложиться спать она не могла. Находиться в неведении было слишком тяжело.

***

Артём, как только выехал на трассу, сразу же свернул на обочину и остановился, чтобы позвонить Олесе. Связь появилась, но стоило ему нажать на кнопку вызова, экран начал темнеть и отключился. Зарядки не хватило для звонка. Артём бросил телефон на пассажирское сиденье и поспешил дальше. Он знал, он чувствовал, как тяжело сейчас Олесе. Ему и самому в эти моменты было несладко, поэтому он спешил к своей любимой, чтобы утешиться друг другом в теплых нежных объятьях, глядя в глаза и слушая стук родного сердечка.

Накрапывавший дождь постепенно усиливался и перешел на сильный ливень. Как назло, сломался один «дворник» и как раз со стороны водителя. Движение с такой неисправностью запрещалось не только правилами, ехать так было просто опасно. Артём потихоньку свернул на обочину, включил аварийный сигнал и решил переждать ливень. Он прекрасно понимал, что лучше немного ещё задержаться, чем совсем не вернуться домой. Откинув спинку сидения, Артём закрыл глаза и начал вспоминать все моменты, проведенные рядом с Олесей. Он вспомнил ее выразительные глаза, то сияющие от счастья, то немного грустные. И сейчас ему очень захотелось, чтобы её глаза засветились счастьем, и тут его осенило! Он вспомнил, что в багажнике лежат новые «дворники». Он купил их уже давно, но все не было времени заменить. Артём подскочил от радости и, несмотря на проливной дождь, побежал к багажнику, достал оба стеклоочистителя и, включив фонарик, принялся их менять. Замена заняла совсем немного времени, но Артём успел промокнуть так, что с одежды вода стекала такими же ручьями, как текла с небес.

«Дворники» начали бодро выполнять свою работу, а Артём включил в салоне печку, в надежде хоть немного обсохнуть и согреться, и поехал, стараясь не превышать допустимую скорость.

Через час он был у дома Олеси. В коридоре и на кухне горел свет. Он понял, что Олеся не спит. Молча улыбнулся, закрыл машину и помчался по лестнице наверх. Звонить в дверь не стал, открыл своим ключом. Олеся вышла в коридор. По ее лицу было видно, что проплакала она долгое время. Она посмотрела на него припухшими от слез глазами, не решаясь обнять, а он протянул ей пышный букет роз, который успел купить по пути в цветочном киоске, и прошептал:

— Не представляешь, как мне тебя не хватало!

Сердце Олеси как будто оттаяло ото льда, она вмиг забыла все неприятности минувшего дня и, будто пробудившись от глубокого сна, бросилась Артёму на шею.

— Боже мой, какой ты мокрый, — Олеся принялась снимать с него одежду, — скорее, беги под горячий душ, а я приготовлю чай.

Артём быстро вернулся из ванной, закутавшись в белый махровый халат. Он подошёл к Олесе и нежно прижал к себе. Она стояла неподвижно, и он почувствовал, что какая-то грань возникла сейчас между ними, какая-то незримая черта разделила их, и он поспешил разрушить все границы, чтобы восстановить былую неразрывную нить, соединяющую их сердца в одно.

— Что случилось, родная? Прости, что не вышло созвониться. Сначала не было связи, потом телефон разрядился.

— Как дедушка? — в её голосе Артём услышал нотки отчужденности, как будто Олеся пыталась что-то скрыть от него.

— С дедом всё хорошо! Это проделки мамы, как оказалось. Но я с ней завтра поговорю. Как ты? Что случилось в моё отсутствие?

— Я сильно скучала… Беспокоилась очень… — Олеся крепко прижалась к груди Артёма и всхлипнула, — давай не будем больше расставаться, давай, всегда будем вместе?!

Её слова звучали как мольба, как крик отчаянной души. Артём почувствовал боль, которая сейчас терзала душу Леси.

— Лесенька, пожалуйста, никогда ничего не скрывай от меня. Мы должны доверять друг другу, только так мы будем непобедимы. Расскажи…

— А ты? Ты ничего не скрываешь от меня? — Олеся заглянула в его большие карие глаза, наполненные до краев такой нежностью, что стало стыдно за себя, что задала ему такой вопрос.

— Нет, я всё рассказал тебе. И никогда не стану ничего таить. Ты и я одно целое. И сейчас я знаю, что тебя что-то очень тревожит.

Он вопросительно кивнул, и Олесе стало не по себе оттого, что хотя бы малейшая искорка недоверия проникала в ее мысли.

— Ты прав! Прости, пожалуйста, я думала, что тебе не следует этого рассказывать, но теперь понимаю, что это неправильно. Больше никогда… Я никогда не стану ничего от тебя утаивать. Давай, попьем чай, и я тебе расскажу.

Артём вспомнил, что оставил в багажнике гостинцы от деда.

— Леся, ты подожди, пожалуйста, буквально пять минут, я к машине сбегаю и вернусь.

Олеся вопросительно взглянула на него:

— Можно с тобой?

— Идем!

Они накинули куртки и спустились на улицу. Дождь прекратился, густой осенний запах, ночные фонари и висящая над городом тишина, вызывали какие-то непонятные эмоции. Олеся поняла, что всё, что произошло, это сущий пустяк, потому что, не смотря ни на что, они с Артёмом будут вместе.

— Ну вот, дед передал! Гостинцы из деревни!

— Ух ты! Какой аромат! — Олеся взяла одно яблоко, — самые настоящие, как в детстве!

— Ну вот, наконец-то ты повеселела, — Артём обнял Лесю и почувствовал снова то тепло, которое соединяет их, почувствовал, что это она, его Олеся!

За чаем Олеся рассказала Артёму о разговоре с мамой Ани и с его мамой.

Артём слушал её молча, он пытался сдерживать все эмоции, но давалось ему это с большим трудом.

— Родная моя, сколько же свалилось на тебя всего лишь за один день. Представляю, каково тебе было одной. Ну, ты же веришь мне? Я говорил тебе правду, у нас с Аней ничего не было! Вообще! Даже не целовались ни разу! Даже в щечку! С её стороны да, были попытки пару раз, но я вовремя их пресекал. Интересно, как только Галине Вячеславовне пришла в голову эта идея с беременностью? Она такая серьезная женщина, справедливая, рассудительная, не ожидал от неё подобной выходки.

— Наверное, она просто очень любит свою дочь, а такая любовь иногда ослепляет.

— Спасибо тебе, моя милая, за то, что поняла, за то, что доверяешь. Таких людей нечасто можно встретить, я очень счастлив с тобой! А с мамой я уже завтра серьезно поговорю. Она должна понять, что перешла все границы. Ей придется принять мое решение.

— Артём, я не хочу, чтобы из-за меня ты портил отношения с мамой. Может быть, не стоит?

— Какие отношения, Олеся, если отношения и были когда-то, то мама сама уже давно их испортила. У нее очень сложный характер, а менять его она даже не собирается. Ей хочется, чтобы все было по её, но так не бывает, она должна будет это принять.

Олеся прижалась к Артёму, он увидел, каких усилий ей стоит бороться со сном, нежно взял на руки и отнес в спальню.

— Спи, моё солнышко, тебе необходимо хорошо отдохнуть, — шептал Артём, заботливо укрывая Лесю одеялом, но она уже не слышала этих слов, потому что уснула сразу, только коснувшись подушки.


Артём не смог уснуть до утра. Его шокировала выдумка с беременностью Ани. Он пытался понять, что может побудить людей врать, и для чего пытаться заставить человека быть рядом с тем, кто ему совершенно не нужен. Ясно ведь как божий день, что ни к чему хорошему это не может привести. Что-то здесь было не так. Поведение матери тоже настораживало. Артём слишком хорошо её знал и боялся за Олесю и Ляну. Он начал думать о том, что оставаться в этом городе просто нельзя, иначе спокойной жизни у них никогда не будет. Мать никогда ни перед чем не останавливалась, чтобы добиться своей цели. И сейчас надежды не было, что она изменит своё мнение и примет новую жизнь сына.

 Когда зазвонил будильник, Артём уже принёс завтрак. Он был одет, и  Олесю это насторожило. Сегодня ему не нужно было никуда ехать. Он прочёл вопрос в её глазах и не заставил долго ждать ответа.

 — Я сейчас поеду к Ане домой, хочу поговорить с тётей Галей, мне важно понять, почему она так поступила и важно расставить всё по местам. Они не должны строить иллюзий и не имеют права вмешиваться в мою личную жизнь.

 — Артём, мне очень беспокойно. Пожалуйста, возьми меня с собой, я подожду в машине, только бы быть поближе к тебе. Я же не смогу спокойно сидеть одна дома.

 — Ну, поехали! Ты пока собирайся, а я Ляне завтрак приготовлю! — Артём поцеловал Олесю и, подмигнув ей, вышел из комнаты.

 Олеся встала с кровати, потянулась и заметила в зеркале довольное выражение своего лица. Она была счастлива: это выдавали её мимика, жесты, и даже голос её в последнее время заметно изменился.

 Заставить Артёма долго ждать Леся не могла, поэтому старалась собираться очень быстро. В это время проснулась Ляна и, потирая глаза, пошла на кухню.

 — Артём! — она обняла его и чмокнула в щеку, — Как дела? Давно приехал? Мама места себе не находила, но я поняла, что у тебя телефон, скорее всего, разрядился.

 — Да! Ты права, телефон действительно подвёл, но я спешил, как на крыльях, и уже ночью был здесь. Всё хорошо! Умывайся и… Завтрак готов!

 — Ух ты, мои любимые гренки! Спасибочки!

 — А вот и я! — Олеся стояла уже одетая, с легким макияжем и с сумкой в руке.

 — Мигом ты, я оглянуться не успел! Ну что ж, идем!

 До дома Ани ехали молча. Движение было слишком активным в это время, и Олеся не хотела отвлекать Артёма. Ей и молча было приятно находиться рядом с ним, чувствовать его тепло и слышать его внутренний голос.

 Он тоже был рад, что Олеся рядом, так он чувствовал себя гораздо спокойнее.

 Остановив машину у подъезда Ани, Артём не спешил выходить.

 — Немного постоим, вдруг мама Ани куда-нибудь пойдёт, она раньше гуляла с собакой в это время.

 Через некоторое время Галина Вячеславовна вышла из подъезда, держа на руках рыжего терьерчика, одетого в курточку с капюшоном. На лапах пёсика было надето что-то, издалека напоминающее обувь.

 Артём вышел из машины и направился навстречу. Галина Вячеславовна смотрела на него очень гневно.

 — Как ты посмел, Артём, приехать сюда с этой, — она кивнула в сторону Олеси, сидящей в машине. Тебе не кажется, что вам с Анютой стоит пообщаться без свидетелей? А ЭТА здесь лишняя!

 — Тёть Галя, я вас знаю с детства, так как Вы подруга мамы, и я всегда считал Вас женщиной справедливой и мудрой. И сейчас мне не совсем понятно Ваше поведение! Объясните, пожалуйста, почему Вы слепо верите своей дочери, не выслушав даже меня.

 — Артём, ты, вообще, сам себя слышишь? Это я объясняться должна? Ты оставил мою дочь беременную, поддался чарам какой-то… старушки, а я должна перед тобой объясняться? Не ожидала от тебя такого хамства!

 — Во-первых, сразу, хочу заметить, тетя Галя, что Олеся моя будущая жена, она достаточно молода и никакими чарами не обладает, кроме душевной теплоты и нежности. Прошу Вас уважительно говорить о ней, иначе, разговор будет окончен. Во-вторых, Аня не может быть беременна! От меня, по крайней мере!

 — Да как ты можешь смотреть мне в глаза и врать? Для чего ты с Анютой ночевать у нас оставался, когда мы на дачу с отцом уезжали?

 — Я??? Ночевал у вас??? Бред какой-то!

 — Да что ты говоришь! Думал, Анечка скрывала от нас? Да сколько раз мы с дачи звонили по вечерам, и она говорила, что с тобой, что ты остаешься ночевать!

 — Да не было такого!

 — Ну да, конечно же, давай, девочку теперь во всем и обвиним. Ответственности побоялся? Как ночевать у нас, так ты горазд, а как теперь с ребенком по ночам не спать, так это нам достанется?

 — Тёть Галь, послушайте себя! И меня послушайте! Я Вам уже объяснил, что между мной и Аней никогда не было никаких отношений! Для чего Вы меня пытаетесь убедить в том, чего быть не может?

 — Анечка никогда не врет!

 — Идемте, вместе спросим у нее, для чего она все это выдумала? Идемте!

 В это время Аня вышла из подъезда, скорее всего, увидела в окно машину Артёма и поспешила вмешаться.

 Первым делом она подбежала к машине,  открыла дверь, схватила Олесю за рукав и попыталась вытащить на улицу.

 — Я тебе предупреждала, тупая мразь, чтобы ты оставила моего жениха в покое!

 Артём схватил Аню в охапку и оттащил подальше от машины. Мать Ани подбежала к Артёму:

 — Не смей так обращаться с моей дочерью!

 — Пожалуйста, успокойте свою дочь! Я никогда не давал ей повода считать меня своим женихом и никогда не стал бы женихом такой истеричной и лживой особы.

 Аня накинулась на Артёма с кулаками:

 — Гад! Какой же ты гад!

 Он перехватил её руку.

 — Напомни, Анечка, когда я у тебя ночевать оставался? — Артём смотрел ей в глаза, но Аню его взгляд ничуть не трогал. Она тоже не сводила с него взгляда и кричала:

 — Как ты можешь так поступать? Ставишь из себя мистера Благородство, а со мной вот так! Делаешь вид, что не помнишь ничего или в тебе совести совсем нет? Ты же сам просил никому не рассказывать пока о нашей связи!

 Артём был растерян: настолько естественно Аня себя вела, будто между ними на самом деле была связь, о которой сам Артём по какой-то причине не знал.

 — Анюта, давай ты успокоишься и мы потом, ещё раз попытаемся поговорить.

 — Я должна успокоиться, когда ты собираешься жениться на старухе, а меня с ребёнком бросаешь вот так?

 — Да не может быть никакого ребёнка, ты бредишь! Между нами ничего не было и не могло быть, признайся уже, наконец. Твой талант актрисы мог бы сделать для тебя карьеру! Подумай.

 — Это ты актёр! Сволочь! — Анна снова попыталась наброситься на Артёма, но мать её остановила.

 Со стороны уже сложно было понять, кто из них говорит правду. Оба выглядели естественно и были взволнованы не на шутку.

 Галина Вячеславовна попыталась убедить дочь отложить разговор, но та ничего не хотела слушать.

 — Я люблю его! Он должен быть моим! И ты будешь моим, чего бы это ни стоило, — посмотрела она на Артёма, — Слышишь?! Я уничтожу эту дрянь!

 Аня была на грани срыва, и мать попросила Артёма приехать вечером к ним одному, чтобы поговорить в спокойной обстановке. Только так Аня согласилась пойти домой и отдохнуть. Она пошла с матерью к подъезду, но продолжала кричать.

 Артём вернулся в машину, чувствуя себя мишенью для обстрела.

 — Наверное, не нужно было тебе сюда ехать. Прости, что пришлось стать свидетелем этой сцены. Аня всегда такой была, мне стоило предусмотреть. — Артём взглянул виновато на Олесю.

 — Это ты меня прости, я тоже не подумала… Просто не хотелось расставаться с тобой.

 — Давай, забудем о том, что только что произошло, ну или хотя бы постараемся забыть, и поедем в ЗАГС!

 Глаза Олеси округлились от неожиданности:

 — Подожди, как в ЗАГС? Я не готова… У  меня нет паспорта с собой… Давай пока отложим…

 — Ну, хорошо, только на несколько дней, не больше! А сейчас поехали куда-нибудь подальше отсюда!

 — А давай, заедем к Вере, моей подруге, а то она уже три раза звонила, всё спрашивает, когда я вас с ней познакомлю.

 — Давай! Что-то к чаю будем покупать?

 — Вера на диетах постоянно, поэтому купим для неё фруктовый ассорти, а для нас пирожные!

 — Отлично!

 По пути из магазина Олеся позвонила подруге и предупредила, что скоро будут. Вера заволновалась:

 — Ну что же ты заранее-то не предупредила? Я же совсем без прически, и макияж уже не успею.  Ну вот как мне с твоим женихом знакомиться?

 — С моим, Верусечка, с моим! Незачем тебе красоваться, — засмеялась Олеся.

 — Да с твоим, с твоим,  кто спорит-то, ну ты же знаешь, не могу  я так!

 — Знаю, знаю! Ты и мусор выкидывать не пойдешь без макияжа и прически, но не вышло заранее позвонить, спонтанно получилось, так что встречай как есть!

 — Ладно, вы только помедленнее чуток добирайтесь, я хоть немного примарафечусь!

 — Хорошо! — Олеся довольно улыбнулась и нажала на кнопку сброса.

 — Ну, Верка, ну неугомонная! — она повернулась к Артёму, — ты не обращай на нее внимания, она шебутная, но добродушная и веселая.

 Артём кивнул и повернул на перекрестке.

 — А куда мы? Нам же прямо?

 — Ну, раз подруга твоя попросила дополнительное время, проедем более длинной дорогой для разнообразия.

 Вера бегала из угла в угол, примеряя платья, снимая бигуди, включая и выключая фен, и подкрашивая нервно то глаза, то губы. Через сорок минут она была в полной готовности встречать гостей, но их пока не было. Вера начала волноваться. Подошла к окну и увидела подъезжающую машину Артёма. Она открыла дверь и встала в коридоре.

 Артём пропустил Лесю вперёд, а Вера выглядывала из-за плеча подруги, пытаясь разглядеть Артёма, как будто больше времени на это не будет. И вот, наконец, Артём вошёл в коридор и протянул Вере руку:

 — Артём!

 — Вера! Очень приятно познакомиться с таким… с таким… в общем, с симпатичным молодым человеком, который произвёл на меня неизгладимое впечатление! — Вера немного помолчала, а потом добавила, — ну вот почему все красавцы Леське всегда достаются? В школе самый красивый мальчик бегал за ней, теперь вот… снова!

 Артём улыбнулся и спросил, куда отнести пакет.

 За чаем Вера без умолку рассказывала о своих приключениях, о том, как познакомилась с очередным потенциальным женихом, но в сердце так и не ёкнуло, а значит, не пришло ещё её время, но она не собирается сдаваться…

 За непринужденной беседой время пролетело незаметно. Артём все время держал Олесю за руку, наслаждаясь её близостью.

 Зазвонил телефон, и Артём с грустью взглянул на Олесю, увидев имя звонящего.

 — Да, Галина Вячеславовна. Не забыл. Буду, как и обещал. Всего доброго.

 Олеся вспомнила, что Артёму предстоит  ещё одна встреча с Аней, и глаза слегка затуманили слезы.

 — Что произошло? — поинтересовалась подруга.

 — Всё нормально, просто Артёму нужно ехать по делам, а мне без него всегда грустно! Да ещё за Ляной по пути заехать надо, поэтому мы уходим!

 — Ой, время пролетело так быстро! Но я безумно рада была пообщаться, заезжайте, как время будет!

 — Хорошо, — пообещал Артём, — непременно буду привозить Олесю при возможности, потому что не могу лишить её общения с подругой!

 На улице Олеся остановилась, положила руки Артёму на плечи и заглянула в его глаза, наполненные грустью:

 — Как же мне не хочется, чтобы ты туда ехал.

 — И мне не хочется, но я должен решить эту проблему, чтобы Аня навсегда исчезла из нашей жизни. Я не могу находиться в неопределённости, когда родители Ани слепо ей верят. А знаешь, я давно хотел тебе сказать. Давай уедем отсюда подальше, как только узаконим наши отношения?

 — Куда? Куда мы уедем?

 — А об этом пока будем думать!

 Артём завёз Лесю с Ляной домой, а сам отправился к Ане, совершенно не понимая, почему он должен решать проблему, которую Аня создала на пустом месте. Он даже не знал,  как доказывать свою правоту, когда Аня смотрит прямо  в глаза, беспощадно врёт и выглядит при этом настолько естественно, как будто он на самом деле такой гад, каким она пытается его выставить.

Глава 10

Артём подъехал к дому Ани с тяжёлым чувством. Предстоящий разговор с её родителями не сулил ничего приятного. Если Аня ведёт себя так естественно, будто все её фантазии реальны, то как же он будет доказывать сейчас обратное. Артёма очень удручала эта ситуация, потому что больше всего на свете ему хотелось проводить каждую свободную минуту рядом с любимой женщиной.

Он не спешил выходить из машины. Открыл мобильный альбом и пролистал фотографии Олеси. Улыбка слегка коснулась его губ, а на сердце стало немного светлее. Он решил, что тянуть с разговором не стоит, и нужно поскорее поставить точку в этой гадкой истории и вернуться пораньше домой, где его любят и ждут.

Дверь открыл отец Ани. Он всегда был человеком веселым, любил пошутить всякий раз, выглядел всегда очень добродушным. Но не сегодня. Впервые в жизни Артём увидел дядю Васю серьёзным и напряженным. Он не очень приветливо встретил Артёма и молча указал рукой на зал. Именно там его уже ждали Аня и Галина Вячеславовна.

Артём молча прошёл и, не дожидаясь приглашения, присел на стул, стоящий возле двери. Следом вошел Василий Николаевич и расположился по-хозяйски в своем любимом кресле.

— Мне не хочется, чтобы наш разговор затянулся надолго, потому что я очень спешу. Искренно надеюсь, что нам удастся уладить недоразумение и мирно расстаться.

— Недоразумение? — Аня вскочила с дивана, но мать ухватила ее за руку и усадила обратно.

— Анечка, ты обещала… Давай подумаем о ребенке, ты и так сегодня на успокоительных сидишь. Успокойся, все выясним. Итак, — Галина Вячеславовна повернулась к Артёму, — ты утверждаешь, что никогда не ночевал у нас?

— Никогда! —Артём был невозмутим.

Аня снова вскочила на ноги. И тут не выдержал отец:

— Дочь, сядь! И успокойся! Раз уж каша заварилась, и у Артёма не хватает духу признаться в произошедшем, поступим иначе.

Он уставился Артёму в глаза и продолжил повышенным тоном:

— Мы всегда доверяли тебе, как родному, потому что хорошо знали твою мать, но ты пренебрег нашим доверием и так подло поступил с нашей дочерью. Вы ведь с детства росли с Анютой вместе. Как ты смог?

Артём опустил голову и обхватил ее руками, затем потер виски, взъерошил волосы и начал свою речь:

— Я сейчас клянусь перед вами, что у нас с Аней никогда ничего не было! Я ее не любил, она мне всегда была как сестра, не более того. Я бы никогда не поступил так с ней, поверьте!

Аня то и дело пыталась вскочить с дивана, но мать удерживала ее.

— Сволочь! Какая же ты сволочь! Да, я сама предложила никому не рассказывать о наших отношениях и при всех вести себя как обычно, но когда родители уезжали на дачу, ты приходил, и мы были счастливы вместе! Хватит уже розыгрыш устраивать, дело серьезное!

— Да уж, действительно серьезное! Я на самом деле не понимаю, как ты можешь, Аня, так яростно утверждать то, чего не было на самом деле? Между нами ничего не было! Может быть, я приходил к тебе во сне?

— Ты шутишь? Во сне беременность не наступает!

Родители молча переглянулись, Василий Николаевич поднялся с кресла и коротко сказал:

— Ну все! Значит так: раз признаваться отец ребенка не хочет, будем ждать. Как только малыш родится, мы сделаем анализ ДНК, и когда родство подтвердится, мы тебя засудим, подонок! А сейчас иди и да, про женитьбу свою забудь, пока ребенок не родится, иначе пожалеешь!

Аня разрыдалась, уткнувшись в подушку, а мать пыталась ее упокоить.

Артём пытался возразить, но ему не позволили больше и слова произнести и буквально выставили за дверь.

Он сел в машину, обхватил руками голову, оперся о руль и задумался. Слёзы давили от обиды и досады, а сердце сжималось от такой несправедливости. Он не мог ждать, пока родится этот ребенок. Хотелось доказать все прямо сейчас, но как это можно было бы сделать, он не знал.

***

Олеся приготовила ужин и зашла в комнату Ляны поболтать о том, как прошел ее день. Зазвонил домашний телефон.

— Слушаю, — ответила Олеся.

— Это Галина Вячеславовна, мама Ани. Сейчас у нас был Артём, но признаться он так и не захотел. Поэтому мы решили поступить разумно. Ждем рождения малыша и делаем анализ ДНК. Если его признают отцом, он будет обязан жениться на нашей дочери. Поэтому сейчас вам с ним о браке думать не советую. И поразмысли еще раз, Олеся, о том, что портишь парню жизнь. Взвесь все и пойми, наконец, ты слишком для него стара… Если любишь, отпусти, не калечь его судьбу…

Олеся продолжала стоять и слушать гудки… Она задумалась над только что услышанным, и шальная мысль закралась в ее голову: «а что если действительно, испортишь ему жизнь, а он, как человек ответственный, будет терпеть и мучиться рядом с тобой?»

— Мам, ты чего зависла? — поинтересовалась дочь.

Олеся встрепенулась и вернулась в комнату.

—Да, ничего, задумалась немного. Ну, рассказывай, что дальше было…

Ляна долго рассказывала о том, что произошло в школе, потом на тренировке, а Олеся ничего не понимала и даже, наверное, не слышала, потому что назойливые мысли так и сверлили, не давая шанса успокоиться.

Артём долго сидел в машине, не решаясь показаться Олесе на глаза в таком виде. Он был очень расстроен и не понимал, что будет дальше, и почему он должен зависеть от каких-то анализов и рождения ребенка, к которому он не имел никакого совершенно отношения.

Домой он вернулся поздно. Подарил Олесе крупную белую розу, а Ляне шоколадного медвежонка.

—Ты выглядишь расстроенным. Я все знаю — мама Ани звонила. Артем, ну не расстраивайся так. Ну подождем, несколько месяцев пролетят — не заметим, как раз будет время к свадьбе подготовиться… — пыталась успокоить Олеся, но и сама с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

Артём посмотрел ей в глаза и спросил:

— Скажи, ты веришь мне?

—Верю! — Олеся ответила искренно и нежно, затем обняла его, поцеловала и повела на кухню, нежно взяв за руку:

— Ужин остывает, а ты целый день не ел ничего.

Артём устало улыбнулся и покорно сел за стол.


Артём подъехал к дому Ани с тяжёлым чувством. Предстоящий разговор с её родителями не сулил ничего приятного. Если Аня ведёт себя так естественно, будто все её фантазии реальны, то как же он будет доказывать сейчас обратное. Артёма очень удручала эта ситуация, потому что больше всего на свете ему хотелось проводить каждую свободную минуту рядом с любимой женщиной.

Он не спешил выходить из машины. Открыл мобильный альбом и пролистал фотографии Олеси. Улыбка слегка коснулась его губ, а на сердце стало немного светлее. Он решил, что тянуть с разговором не стоит, и нужно поскорее поставить точку в этой гадкой истории и вернуться пораньше домой, где его любят и ждут.

Дверь открыл отец Ани. Он всегда был человеком веселым, любил пошутить всякий раз, выглядел всегда очень добродушным. Но не сегодня. Впервые в жизни Артём увидел дядю Васю серьёзным и напряженным. Он не очень приветливо встретил Артёма и молча указал рукой на зал. Именно там его уже ждали Аня и Галина Вячеславовна.

Артём молча прошёл и, не дожидаясь приглашения, присел на стул, стоящий возле двери. Следом вошел Василий Николаевич и расположился по-хозяйски в своем любимом кресле.

— Мне не хочется, чтобы наш разговор затянулся надолго, потому что я очень спешу. Искренно надеюсь, что нам удастся уладить недоразумение и мирно расстаться.

— Недоразумение? — Аня вскочила с дивана, но мать ухватила ее за руку и усадила обратно.

— Анечка, ты обещала… Давай подумаем о ребенке, ты и так сегодня на успокоительных сидишь. Успокойся, все выясним. Итак, — Галина Вячеславовна повернулась к Артёму, — ты утверждаешь, что никогда не ночевал у нас?

— Никогда! —Артём был невозмутим.

Аня снова вскочила на ноги. И тут не выдержал отец:

— Дочь, сядь! И успокойся! Раз уж каша заварилась, и у Артёма не хватает духу признаться в произошедшем, поступим иначе.

Он уставился Артёму в глаза и продолжил повышенным тоном:

— Мы всегда доверяли тебе, как родному, потому что хорошо знали твою мать, но ты пренебрег нашим доверием и так подло поступил с нашей дочерью. Вы ведь с детства росли с Анютой вместе. Как ты смог?

Артём опустил голову и обхватил ее руками, затем потер виски, взъерошил волосы и начал свою речь:

— Я сейчас клянусь перед вами, что у нас с Аней никогда ничего не было! Я ее не любил, она мне всегда была как сестра, не более того. Я бы никогда не поступил так с ней, поверьте!

Аня то и дело пыталась вскочить с дивана, но мать удерживала ее.

— Сволочь! Какая же ты сволочь! Да, я сама предложила никому не рассказывать о наших отношениях и при всех вести себя как обычно, но когда родители уезжали на дачу, ты приходил, и мы были счастливы вместе! Хватит уже розыгрыш устраивать, дело серьезное!

— Да уж, действительно серьезное! Я на самом деле не понимаю, как ты можешь, Аня, так яростно утверждать то, чего не было на самом деле? Между нами ничего не было! Может быть, я приходил к тебе во сне?

— Ты шутишь? Во сне беременность не наступает!

Родители молча переглянулись, Василий Николаевич поднялся с кресла и коротко сказал:

— Ну все! Значит так: раз признаваться отец ребенка не хочет, будем ждать. Как только малыш родится, мы сделаем анализ ДНК, и когда родство подтвердится, мы тебя засудим, подонок! А сейчас иди и да, про женитьбу свою забудь, пока ребенок не родится, иначе пожалеешь!

Аня разрыдалась, уткнувшись в подушку, а мать пыталась ее упокоить.

Артём пытался возразить, но ему не позволили больше и слова произнести и буквально выставили за дверь.

Он сел в машину, обхватил руками голову, оперся о руль и задумался. Слёзы давили от обиды и досады, а сердце сжималось от такой несправедливости. Он не мог ждать, пока родится этот ребенок. Хотелось доказать все прямо сейчас, но как это можно было бы сделать, он не знал.

***

Олеся приготовила ужин и зашла в комнату Ляны поболтать о том, как прошел ее день. Зазвонил домашний телефон.

— Слушаю, — ответила Олеся.

— Это Галина Вячеславовна, мама Ани. Сейчас у нас был Артём, но признаться он так и не захотел. Поэтому мы решили поступить разумно. Ждем рождения малыша и делаем анализ ДНК. Если его признают отцом, он будет обязан жениться на нашей дочери. Поэтому сейчас вам с ним о браке думать не советую. И поразмысли еще раз, Олеся, о том, что портишь парню жизнь. Взвесь все и пойми, наконец, ты слишком для него стара… Если любишь, отпусти, не калечь его судьбу…

Олеся продолжала стоять и слушать гудки… Она задумалась над только что услышанным, и шальная мысль закралась в ее голову: «а что если действительно, испортишь ему жизнь, а он, как человек ответственный, будет терпеть и мучиться рядом с тобой?»

— Мам, ты чего зависла? — поинтересовалась дочь.

Олеся встрепенулась и вернулась в комнату.

—Да, ничего, задумалась немного. Ну, рассказывай, что дальше было…

Ляна долго рассказывала о том, что произошло в школе, потом на тренировке, а Олеся ничего не понимала и даже, наверное, не слышала, потому что назойливые мысли так и сверлили, не давая шанса успокоиться.

Артём долго сидел в машине, не решаясь показаться Олесе на глаза в таком виде. Он был очень расстроен и не понимал, что будет дальше, и почему он должен зависеть от каких-то анализов и рождения ребенка, к которому он не имел никакого совершенно отношения.

Домой он вернулся поздно. Подарил Олесе крупную белую розу, а Ляне шоколадного медвежонка.

—Ты выглядишь расстроенным. Я все знаю — мама Ани звонила. Артем, ну не расстраивайся так. Ну подождем, несколько месяцев пролетят — не заметим, как раз будет время к свадьбе подготовиться… — пыталась успокоить Олеся, но и сама с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

Артём посмотрел ей в глаза и спросил:

— Скажи, ты веришь мне?

—Верю! — Олеся ответила искренно и нежно, затем обняла его, поцеловала и повела на кухню, нежно взяв за руку:

— Ужин остывает, а ты целый день не ел ничего.

Артём устало улыбнулся и покорно сел за стол.


Утром Артём отвез Олесю на работу, а потом вместе с Ляной поехали на тренировку. Он старался вести себя так, будто ничего не произошло, но получалось не очень хорошо.

Олеся чувствовала некий холодок, возникший в их отношениях, и это очень сильно настораживало, а слова Галины Вячеславовны продолжали жужжать в голове: «если любишь, отпусти, не калечь его судьбу…».

Утро в супермаркете начиналось как всегда вяло. Покупателей почти не было, но Олесе это было только на руку, она пыталась собраться с мыслями, чтобы личные неприятности не вылились еще и в неприятности по работе. Олеся на секунду прикрыла глаза, чтобы немного прийти в себя, а когда открыла, перед ней неожиданно возникла женщина, которую Олеся видела впервые, но сразу поняла, что это мать Артёма.

— Ах ты, дрянь! Я предупреждала тебя! Я по-хорошему просила оставить сына моего в покое! Так ты теперь ребеночка невинного еще решила без отца оставить?! Не позволю! За сына и внука глотку перегрызу! Проклинаю тебя, тварь! Проклинаю!!!

Олеся встала на ноги, смотрела на нее в упор и, вдруг, поборов всякий страх, уверенно и кротко произнесла:

— А я благословляю Вас!

В это время подбежали охранники и увели буйную женщину в служебную комнату. Олесю пригласили к директору магазина.

Она вошла в кабинет и остановилась у двери.

— Проходи садись, — указала на стул Алла Витальевна.

Олеся опустила голову, продолжая находиться в растерянности от случившегося.

— Кофе будешь? — спросила директор, они были знакомы с Лесей уже давно, еще когда она работала товароведом, а Олеся только устроилась к ним в магазин ученицей. Они по-дружески общались, и Алла Витальевна часто шла Олесе на уступки.

— Да нет, итак голова идет кругом.

— Сильно достали? Не отвечай, и так все вижу. Вижу даже, что ты сдаться решила? А зря! За любовь свою бороться надо! Любишь — держи! И никому не отдавай!

Олеся молча кивнула и потупила взгляд.

— Послушай, Лесь, давно рассматриваю твою кандидатуру. В Новососновске наш филиал открывают. Нужен управляющий — человек, знающий нашу систему, наш товар, поставщиков… соглашайся! Будет тебе шанс уехать, вместе с принцем своим подальше от всех этих… не будем вслух произносить. Что скажешь?

— Не знаю. Какой из меня управляющий?

— Нормальный! Ты ж и продавцом во всех отделах постояла, и товароведов подменяла на время отпусков, и кассу знаешь. Со всеми тонкостями знакома, ну правда, никого другого на эту должность не вижу. Вон, одни новенькие и остались, старожил никого, кроме нас с тобой.

Олеся загадочно взглянула на нее, но промолчала.

—Ну ладно, не буду на тебя давить. Подумай пару дней, а сейчас домой иди. Поставим выходные тебе, потом отработаешь без дополнительного времени, ну, а если надумаешь поехать, так и совсем уладим. Да, кстати, зарплата там втрое больше будет, учти!

Олеся поблагодарила Аллу Витальевну, пообещала подумать и отправилась домой.

Войдя в подъезд, она первым делом проверила почтовый ящик. Должны были прислать квитанции по коммунальным платежам. Но вместе с нужной корреспонденцией в ящике было полно листовок, рекламных газет и визиток. Олеся вытащила все одной кучей, и на пол упал тяжелый конверт. Леся подняла его, сложила все в сумку и поднялась наверх. Дома она сразу же открыла конверт и вытащила фотографии. Она не поверила своим глазам. Это были снимки Ани и Артема. Они лежали вместе в кровати, обнаженные, но прикрытые пледом. Вместе с фотографиями была вложена записка: «Случайно в телефоне оказались фотографии. Извини, более откровенных снимков нет, но и этого должно быть достаточно для того, чтобы понять — я не вру!»

Олеся прошла на кухню, присела на стул, налила в стакан воды и залпом выпила.

«Нет, этого не может быть. Это неправда. Артём не может лгать. Это монтаж…» — уговаривала себя Олеся, произнося вслух слова.

Она снова начала внимательно разглядывать фотографии и обнаружила, что на груди Артёма нет родинки! У него на груди большая родинка в форме звездочки, которую невозможно было бы не заметить, а на фото ее нигде нет. Значит, точно монтаж! Олеся облегченно вздохнула, собрала фотографии вместе с конвертом и запиской, вышла на улицу, прошла за дом и сожгла, чтобы и следа от этого не оставалось.

Вечером Артём вернулся немного позднее. Он принёс большой шоколадный торт и бутылку любимого вина.

Выглядел он получше вчерашнего, но все же был немного грустным.

— Что-то произошло? — заволновалась Олеся.

— Всё хорошо, моя родная, но… Есть одна ма-а -аленькая неприятность. Группа атлетов едет завтра на сборы, а их тренер, как назло, сегодня ногу повредил. Меня попросили вместо него поехать, больше просто некому. Кто на соревнованиях, кто где, я один остался. Отказаться никак!

—Как жаль, — Олеся опустила голову, а к уголкам глаз подступили непрошеные слезы.

Артем нежно обнял ее и прижал к себе так трепетно, что все неприятности показались всего лишь крошечкой среди безмерного счастья. Артем принял душ и вышел из ванной, надевая футболку на ходу. Олеся подошла к нему и задержала его руку. Она внимательно посмотрела на его родинку и нежно провела по ней рукой, потом поправила футболку и молча улыбнулась только ей одной понятной улыбкой.

Этой ночью они не смогли уснуть. Так не хотелось расставаться, и так хотелось сбежать подальше от всех проблем, которые создавали для них окружающие.

—Мы уедем отсюда, я обещал тебе, и думаю, настало время, я никому не позволю разрушить наши отношения, — Артем смотрел на Олесю карими красивыми глазами, и она читала в них искренность, любовь и удивительную нежность.

Она крепко прижалась к нему, как будто в последний раз и не отпускала из своих объятий.

— Тёмочка, я так люблю тебя! Что бы ни произошло, ты всегда помни об этом. Я никогда не смогу разлюбить тебя, никогда, ты слышишь?

— Слышу, конечно, слышу, Лесенька, но что должно произойти?

— Не знаю, что угодно… Я сейчас обнимаю тебя, а такое чувство на душе, будто больше тебя не увижу.

— Ты просто переволновалась. Ну, ничего, как только я вернусь, непременно подумаем о переезде. Так не может дальше продолжаться.

— Но ведь тебе нужно дождаться, пока Аня родит?!

— Мне? Мне это вовсе не нужно. Кому это надо, пусть и дожидается, а я не хочу ломать нашу жизнь из-за чужой прихоти. Мне ты одна нужна. И только ты родишь моего ребенка!

Олеся мило улыбнулась и еще сильнее прижалась к нему.


Олеся проводила Артема и долго смотрела вслед, пока его машина не скрылась из виду. Она набрала номер телефона подруги и договорилась о встрече. Вера, как всегда, долго суетилась, прихорашиваясь перед зеркалом, рассказывала о своем новом знакомом и когда сели за стол пить чай, наконец-то опомнилась:

— Ой, чего это я все про себя, да про себя. Ты как? Не просто так ведь спозаранку приехала. Да и вид у тебя какой-то загруженный. Давай рассказывай все, как на духу, — разливая по чашкам чай, потребовала Вера.

— Ну да, ты как всегда, права, ничего от тебя не скроешь. Не просто так я приехала, Вера, совет мне очень нужен.

—Так… Что случилось? Не томи! Артём ушел? Или бывший вернуться надумал? Ну давай, давай, не молчи!

Олеся смахнула со щеки слезу и сжала обеими руками кружку.

— Плохо все, Верусь, очень плохо. Не дают мне покоя нападки его мамы и ее подруги, Аниной матери. Ведь верно все они говорят. Артём не будет счастливым рядом со мной. Это сейчас ему море по колено, пока молод, горяч. А пройдут годы, я уже потеряю и форму, и свежесть, от которой и сейчас мало что уже осталось. Ему будет неуютно рядом со мной, а уйти не сможет, не такой он. И будет мучиться и жалеть о том, что встретился со мной. Не хочу я жизнь ему портить.

Она взглянула на подругу и тихо заплакала.

— О-ой, вот сырость разводить мне здесь не надо, итак кран капает, починить некому, да еще слезы твои воды добавят. Знаешь, что я тебе скажу, родная моя, не надо думать сейчас о том, что будет через десяток лет. Есть шанс побыть счастливой хотя бы какое-то время — пользуйся! Сейчас вы ведь счастливы вместе? Ну вот, зачем загадывать то, чего может, вообще, не случиться. А может, ты и вовсе никогда стареть не будешь, а с возрастом только красивее и моложе станешь рядом с ним? Бывает же такое, что рядом с любящим мужчиной женщина расцветает с годами, а рядом с тираном — чахнет! Доказано жизнью.

— Это все слова, Верочка, пустые слова. Боюсь я очень, что Артем со временем станет молча страдать рядом со мной. Был бы он другим, я бы подумала, а он честный. Если женится, то уже никогда не бросит, даже если сам страдать будет, мне не скажет никогда.

— Да брось ты ерунду выдумывать! Потом сама же пожалеешь. Эх, Леська, вот не умеешь ты ценить своего счастья.

— Да я не о себе сейчас думаю, боюсь его несчастным делать. Слишком дорог он для меня, чтобы жизнь испортить человеку. Уехать я хочу, мне работу стоящую предложили.

— А ты не подумала, что если вот так все решишь сгоряча, то, наоборот, испортишь ему жизнь? И себе, кстати, тоже! И почему бы вам вместе не уехать отсюда, раз тебе шанс такой подвернулся?

— Нельзя ему пока уезжать, родители Ани потребовали, чтобы он дождался рождения ребенка, они планируют доказывать отцовство.

— Ну приедет потом, чтобы тест пройти, какие проблемы-то? Или сомневаешься, что это не его ребенок?

— Нет, я Артему доверяю! Аня все придумала, это ясно как божий день. Но я не могу продолжать отношения. Я слишком сильно его люблю, чтобы воспользоваться его наивностью, понимаешь?

— Нет! Не понимаю!

— Ну ладно, тогда я поеду.

— Ты ж за советом приезжала, а советы отвергаешь?!

— Да я, если честно, уже решила все, думала, ты поддержишь.

— Не поддержу!

— Ну что ж, прощай, подруга! Завтра мы с Ляной уезжаем. Я уже согласие дала на перевод, на работе. Обещают квартиру служебную рядом с супермаркетом. И школа спортивная там рядом тоже есть. Я, знаешь, Верочка, очень прошу тебя, пожалуйста, во имя нашей дружбы, не говори Артёму нашего адреса. Пожалуйста! Он заслуживает счастья, но не рядом со мной.

Вера обняла Олесю и расплакалась.

— Как же я без тебя буду? Ты ж одна у меня!

— В гости будешь приезжать, мы с Ляной будем очень рады! А может, и совсем туда переберешься?! Будем вместе горевать!

Олеся утерла слезы, поцеловала в щеку подругу и поспешно вышла за порог.

Всю дорогу она не могла успокоить текущие по щекам горючие слезы. Пассажиры то и дело искоса поглядывали на нее — кто с сочувствием, кто с осуждением, но она не замечала ничего вокруг себя. Даже остановку свою проехала, пришлось возвращаться пешком.

Ляна очень не хотела уезжать и не поддерживала поступок матери. Она тоже очень привязалась к Артему, но решение Олеся приняла, и обсуждать его не собиралась. Ляна брела вслед за матерью к поезду, прижимая к себе пушистого крольчонка, подаренного Артемом, и утирая слезы.

Когда поезд тронулся, Олеся долго смотрела на удаляющийся перрон, за окном пролетали редкие первые снежинки.

— Мама, смотри, первый снег пошел!

— Хороший знак, — тихо сказала Олеся, затем закрыла лицо руками и разрыдалась. Ляна обняла ее и тоже тихо плакала.

На следующей станции в купе вошел высокий мужчина с небольшим кожаным чемоданом.

— Добрый день! Я ваш сосед по купе.

Олеся молча кивнула. Мужчина снял пальто и присел за столик напротив Олеси. Ляна выглядывала со своей верхней полки.

— Меня зовут Степан Ильич, можно просто, Степан!

— Олеся.

— Очень приятно, Олеся! А Вас, милое создание, как зовут?

— Ляна, — лениво ответила девочка.

— Очень красивое имя, а главное.

— Редкое! — перебила Олеся.

— Да, именно это я и собирался сказать.

— Вы до конечной едете или как?

— До конечной.

— Вот и славно, люблю, когда всю дорогу одни попутчики.

Олеся молча смотрела в окно.

— Я за чаем пойду, —не унимался сосед, — вам принести?

— Спасибо, нет, — тихо ответила Олеся, а Ляна отвернулась лицом к стене и играла в мобильную игру.

Степан Ильич вернулся вскоре со стаканом горячего чая и принялся медленно пить, поглядывая изредка на Олесю. Она продолжала смотреть в окно, пытаясь разглядеть кружащиеся снежинки, подлетающие к окну и снова уносящиеся вдаль попутным ветром. Все они были разные, но в тоже время отличить друг от друга их было практически невозможно, и все они создавали одну прекрасную картину, от которой невозможно оторваться.

Из раздумий буквально вырвал голос попутчика.

— Олеся, простите, что перебил Ваши мысли, но я заметил, что у Вас не все в порядке. Вы пытаетесь замкнуться в себе, а это не хорошо. Простите мне мою настойчивость, но я по долгу службы, так сказать. Я врач, я вижу, что Вам сейчас необходимо высказаться, поговорить, иначе может случиться нервный срыв, который принесёт за собой ряд неприятностей. А у Вас дочь, Вы ей нужны. Поделитесь со мной, я врач и обещаю сохранить все в тайне.

Ляна уже спала, Олеся слышала это по ее дыханию. Она молча подняла потухший взгляд на мужчину и снова опустила глаза.

—Вы правы, — тихо начала она. — Я рассталась с любимым человеком, который стал для меня самым дорогим на свете. Я сама разрушила свое счастье, чтобы только не испортить ему жизнь, потому что он младше меня на много лет. Теперь я не знаю, как жить. Без него я не вижу будущего, без него мне ничего не надо в этой жизни.

Олеся снова тихонько заплакала.

— Вы, самое, главное, успокойтесь! Я должен Вам сказать, что возраст в отношениях не должен так смущать. Ведь если люди любят друг друга, то никакие преграды, тем более, в виде возраста, не должны быть причиной для расставаний. Но если Вы приняли такое решение, то Вам виднее. Я не знаю, каковы Ваши мотивы, но знаю точно, что сейчас Вам необходимо взять себя в руки. Ради Вашей дочери. Она прелестна! Отвлекитесь от грустных мыслей, увлекитесь работой, займитесь чем-нибудь, хобби… Или, если поверите, скажу, что самым лучшим лекарством для Вас сейчас могло бы стать замужество. Семейные дела очень хорошо отвлекают, поверьте.

Олеся посмотрела на него вопросительным взглядом, а он продолжил:

— Вы подумайте еще раз хорошо, Олеся. Если Ваш молодой человек действительно нужен Вам и если Вас он тоже любит, то, возможно, стоит, к нему вернуться. Если же Вы приняли бесповоротное решение и уверены, что никогда не вернетесь к нему, то Вам не помешает новая встреча. Если Вы выйдите замуж, то шансов на воскрешение прошлого уже не будет. И Вам так, наверняка, будет проще. Если же Вы будете оставаться одна, то рано или поздно, Вы захотите вернуться назад.

— А Вы, простите, какой доктор? — не смело поинтересовалась Олеся.

— Я… ветеринар. — Степан Ильич смутился, — но должен же я был вызвать у Вас хоть каплю доверия.

Олеся рассмеялась.

—Ну вот, так-то лучше, — заметил попутчик, Вы даже в лице изменились, —но Вы подумайте над моими словами, не хорошо человеку быть одному!

Олеся кивнула.

— Спасибо. А теперь, если не возражаете, я спать!

— Да, конечно, спокойной Вам ночи!

Олеся укуталась в одеяло, и слезы снова начали капать на подушку. Она закрыла глаза и вспомнила последнюю ночь с Артёмом.


Утром разбудил шум в вагоне. Пора было сдавать постельное белье и собираться. Олеся открыла глаза и долго не могла прийти в себя. Как только вспомнила об Артёме, глаза тут же затуманили слезы, и ничего не хотелось. Но нужно было вставать, приводить себя в порядок и не раскисать! Новая должность обязывала быть всегда в порядке и не показывать никому своих внутренних переживаний.

Олеся с трудом поднялась на ноги. Ляна смотрела в окно, прижимая к себе крольчонка. С тех пор как они вышли из дома, она ни на секунду с ним не расставалась.

Олеся взглянула на свой палец, на котором было надето кольцо, подаренное Артемом, и сердце еще сильнее сжалось от тоски.

Так захотелось бросить все, вернуться обратно, дождаться любимого и больше ни на миг не расставаться, но Олеся вновь подумала, что рядом с ней он может стать несчастным.

— Доброе утро! Как спалось? — вошел в купе попутчик, вытирая полотенцем лицо.

Меньше всего на свете Олесе хотелось сейчас с кем-то разговаривать.

— Спасибо, хорошо, — выдавила она из себя несколько слов, взяла полотенце и вышла.

Ляна слезла с верхней полки и последовала за матерью.

Чем ближе подъезжали к чужому городу, тем тоскливее становилось на душе. Хотелось выть по-волчьи, но Олеся с трудом себя сдерживала, осознавая, что сейчас придется встретиться с новыми коллегами, и было совсем ни к чему показывать им свои переживания.

Степан Ильич помог Олесе вынести сумки из вагона.

— Может быть, вас подвезти? Меня встречают на машине.

— Спасибо, нас тоже встречают, — ответила Олеся.

— Ну что ж, желаю Вам удачи, Олеся. И подумайте над моими словами!

— Спасибо! — Олеся натянуто улыбнулась.

Ляна вертелась по сторонам, разглядывая незнакомый вокзал и чужих людей, мелькающих мимо, толкая друг друга и возмущаясь.

— Мама, вон там человек с табличкой. Наша фамилия написана, смотри!

Олеся выглянула из-за толпы и помахала мужчине рукой. Он поспешил к ним навстречу.

— Здравствуйте, Олеся Олеговна!

— Добрый день!

— Меня зовут Игорь, водитель!

— Очень приятно!

Игорь взял сумки и махнул головой:

— Идемте, туда!

Олеся с Ляной покорно отправились следом.

— Завезу вас домой. Устраивайтесь, отдыхайте с дороги, а завтра к девяти ноль-ноль все ждут Вас на работе!

— Спасибо, — тихо ответила Олеся, выходя из машины и озираясь по сторонам в чужом, но вполне приятном городе.

Игорь поднял багаж Олеси в квартиру и попрощавшись поспешно ушел.

Ляна обошла квартиру, выглянула в окно и уселась на диван, обнимая крольчонка и уставившись в экран своего телефона.

Леся переоделась и принялась наводить порядки. Когда вокруг все было чисто, а вещи разложены, она присела рядом с дочерью и обняла ее за плечи:

— Ну что, начинаем новую жизнь?

— Я все равно не согласна, что ты правильно поступила, — с горечью произнесла Ляна.

— Ну не дуйся, Ляночка, Артему без нас будет лучше.

— Не будет!

— А давай-ка, я сейчас сбегаю в магазин, и мы приготовим что-нибудь вместе?

— Да-а-вай!

Олеся оделась и вышла на улицу. Было холодно, резкий ветер ударил в лицо, а мелкие снежинки кружились вокруг в белом танце, еще сильнее напоминая о разбившихся мечтах. Они мечтали с Артемом о том, как будут вместе ездить на каток, и вот все рухнуло, а обратного пути быть не могло. Олеся все решила… За двоих. Но сердце не могло биться ровно, потому что чувства никуда не ушли и вряд ли когда-то вообще смогут хотя бы стихнуть.

Олеся огляделась, решая, в какой стороне может быть магазин. Из подъезда вышла пожилая женщина и исподлобья посмотрела на Олесю.

— Простите, не подскажите, где можно найти поблизости продуктовый магазин?

— Новенькая, что ли?

— Да, из сорок первой. Мы с дочкой будем теперь здесь жить.

— А я, значит, под вами живу. Антонина Андреевна.

— Олеся. Очень приятно.

— Ну, так, вон там, за перекрестком направо повернешь, и иди пол квартала, а его и видно будет, супермаркет новый недавно открыли. Цены не кусаются, и все есть всегда. Свежее!

— Спасибо большое. Всего доброго!

— Да ты заходи, если чего понадобится.

Олеся молча кивнула и отправилась в указанном направлении. Снежинки все чаще и активнее кружились в воздухе, плавно опускаясь на землю, на улице уже смеркалось и снег, искрящийся на тротуарах, напоминал о том, что скоро Новый год и встречать его Олеся будет без Артёма. Так больно стало и тоскливо на душе, желание подключить телефон взывало к разуму. Тогда Олеся остановилась, вытащила из телефона симкарту, сломала ее и бросила в урну. Затем глубоко втянула в себя свежего воздуха и резко выдохнув, отправилась дальше.

«Нехорошо человеку быть одному» — вспомнила слова попутчика и повторила вслух: «Нехорошо!».

Возле супермаркета было немного народу. Олеся поднялась на крыльцо, и подошла ближе к входу. Двери автоматически открылись, Леся сделала шаг вперед, но навстречу резко шагнул мужчина и от столкновения, выронил пакет из рук. Все покупки разлетелись по полу. Олеся присела, чтобы помочь мужчине собрать рассыпанные продукты, и нелепо попыталась извиниться.

— Да это Вы меня простите, задумался, вот и не заметил, — перебил незнакомец.

Олеся подняла голову, и их взгляды встретились.

— Леся-я-я!!!

— Борис?!

Они одновременно встали на ноги, пару минут смотрели друг на друга, а потом крепко обнялись.

— Сколько лет, сколько зим! Глазам не верю! Леся, как ты здесь?

— По работе приехала, только сегодня. А ты?

— А я случайно, тоже не так давно сюда переселился. С Ленкой развелся недавно, вот и решил уехать подальше. Сам не знаю, почему выбрал именно этот город!

— Да-а! А говорят, что земля не настолько круглая!

— Лесь, а давай посидим где-нибудь?

— Ты знаешь, Борь, у меня дочка одна. А давай к нам, чаю выпьем, поболтаем, расскажешь обо всем?

— А давай! Мне спешить некуда.

Олеся купила нужные продукты, и они вместе с Борисом поехали к Олесе на его машине.

Ляна встретила у двери:

— Мама, ну ты чего так долго? Я же волнуюсь. И телефон не отвечает!

— Я куплю завтра новую симкарту. Ляночка, познакомься, это дядя Боря, мой друг детства. Представляешь, совсем случайно встретились в чужом городе!

Ляна неодобрительно посмотрела на дядю и молча ушла в свою комнату.

После ужина Олеся и Борис долго общались. Вспоминали детство, школу, друзей… Потом Борис пристально взглянул Олесе в глаза и тихо прошептал:

— Олесь, а ведь я так и не смог разлюбить тебя…

Олеся покраснела и опустила голову.

— Прости! Прости, что не смогла сохранить наши чувства. Это нелепое расставание, Ваш с Ленкой поцелуй, который она спровоцировала, а я назло тебе тогда с Кириллом ушла. Судьба-злодейка!

— А может быть, все сначала?

— Борис, мое сердце несвободно. Я только что уехала от человека, которого безумно люблю, которого никогда не смогу забыть, который стал для меня всем.

— Безответная любовь?

— Да нет, ответная, еще какая ответная! Просто я побоялась испортить ему жизнь, он намного младше меня. Я уехала, и теперь не знаю, как дальше жить. Душа рвется обратно к нему, сердце стонет от тоски, а разум говорит: ты все правильно сделала! Прости, Борис, прости, что все это тебе говорю, но у нас никогда не было тайн друг от друга.

— Что есть, то есть! У нас с тобой были идеальные отношения! Лучше горькая правда! Спасибо, что открываешь душу, я очень это ценю! Но ты знаешь, я не советчик в таких делах, и только тебе одной решать, как лучше поступить. Только знай, если ты только захочешь, я готов быть рядом, я готов тебе помочь справиться с болью, моей любви хватит на нас двоих!

— Спасибо тебе! Я всегда ценила твою поддержку! Поверь, мне очень жаль!

— Да ничего! Вот моя визитка, звони в любое время. Слышишь? Только скажи, и я горы сверну ради тебя. Олеся, я безумно рад нашей встрече!

Олеся взяла визитку и прочла.

— Что? Ты генеральный директор Северянки?

— Да, а чем тебя это удивило? Ты же знаешь, что я всегда мечтал о собственном деле.

— Я не об этом, Борис, я же сюда приехала по переводу, управляющей новым филиалом!

— Да ты что! Ну разве это просто совпадение? Я ведь даже не знал, кого сюда пришлют: документами другие люди занимаются. А филиал решил открыть, как только переехал сюда. Слушай, ну здорово!

— Да-а! — от удивления Олеся позабыла все невзгоды, и не могла поверить, что такие чудеса возможны в жизни.

— Ну что ж, не стану злоупотреблять твоим гостеприимством, теперь часто будем видеться! Пока, Олеся!

— Пока, Борис! Я, правда, очень рада!

Она слегка приобняла Бориса и проводила за дверь.

После его ухода Олеся долго вспоминала, как когда-то они были счастливы вместе, как потом вмешалась подруга, всеми силами пыталась разрушить их счастье и ей удалось! А рядом оказался Кирилл, который всегда завидовал Борису. Так и стала Олеся женой Кирилла, чтобы отомстить Борису, а Борис женился на Лене, чтобы отомстить Олесе. Леся долго не могла забыть его. Жила иллюзиями о вечной любви, пока не встретила Артема. С ним она совсем не вспоминала о Борисе, с ним она смогла испытать настоящую и чистую любовь, где никогда бы не было места предательству. И вот теперь, когда она уехала от Артема, снова в жизни появился тот, о ком только недавно перестала думать.

Олеся подошла к окну и любовалась снежинками, искрящими в разноцветном свете фонарей.

Она снова вспомнила слова Степана Ильича — «Нехорошо быть человеку одному» — и допустила мысль о том, что Борис может быть действительно послан судьбой? С ним ей было бы легко, он может позаботиться, он умеет любить, не так, как Артем, но умеет. Он подходит по возрасту, он всегда поддержит… А Артем встретит другую: молодую, достойную…

От этих мыслей сердце разрывалось на мелкие части, В груди все сдавливало, и снова непреодолимое желание бросить все и вернуться мучило и терзало. Олеся села за стол и обхватила голову руками.

Она понимала, что никогда не сможет разлюбить Артема, он навсегда занял ее сердце, мысли и душу, но также не могла позволить ему стать несчастным, именно потому, что любила.

Только под утро ей удалось уснуть, а когда зазвонил будильник, и снова мысли начали восстанавливать реальность, стало жутко оттого, что Артема нет рядом, и не будет уже никогда. Она поняла в этот момент, что только Борис может спасти ее от того, чтобы не совершить ошибку и не вернуться обратно. Олеся понимала, что в этом случае испортит жизнь Борису, ведь не сможет дать ему любви, которой он достоин. Мысли путались в голове. Она не хотела портить жизнь никому, поэтому решила все оставить на своих местах.

Когда Леся вышла утром из подъезда, сразу заметила машину Бориса. Он вышел и открыл Олесе пассажирскую дверь. На заднем сидении лежал огромный букет белых роз.

— Это для тебя, твои любимые!

— Ты не забыл?

— Я помню все, Олеся! Потому и с Ленкой развелся, что ничего забыть не мог.

— Прости, что не могу ответить взаимностью.

— Олеся, перестань, я тебе все уже сказал. Я готов быть рядом с тобой, не смотря ни на что. Более того, я этого хочу! Дай мне только шанс. Ты знаешь, как тяжело быть одному. Когда с Ленкой жил, хоть и ругались часто, а все хоть кто-то рядом. А сейчас тоскливо, плохо в одиночестве полном!

И снова эти слова: «Не хорошо человеку быть одному»…

Олеся подумала о том, как тяжело Артему будет одному, но снова вспомнила слова, которыми оскорбляли ее не так давно: «ты для него слишком стара… не ломай парню судьбу».

Олеся посмотрела на Бориса, как будто попыталась в душу заглянуть:

— Борь, все, что ты сказал, все это правда?

— Правда, ты же знаешь, что я всю жизнь тебя одну любил! Леся, выходи за меня замуж?

Олеся опустила голову закрыла глаза и попыталась отогнать все мысли, будоражащие память.

— Да. Но я не могу тебе обещать, что сумею когда-то его разлюбить. Я не хочу тебя обманывать и давать пустые надежды.

Борис потер лицо руками.

— Леся-я-я! Даже не думай ни о чем! Я все прекрасно понимаю, но уже говорил тебе, что моей любви нам хватит, чтобы быть счастливыми! Давай после работы сразу в ЗАГС? А что тянуть? Переедите с Ляной ко мне, у меня большой дом, бассейн есть и спортивная комната. Дочери ведь нужно заниматься! Во дворе ель огромная растет, а скоро Новый год! Нарядим!

И снова Олесю память вернула в тот вечер, когда они с Артемом мечтали о том, какую елку поставят и как красиво украсят ее.

— Как скажешь.

Сказано — сделано! Вечером они проехали в ЗАГС, а торжество назначили на выходные.

Олеся попыталась возразить, что не успеет подготовиться, но Борис пообещал, что все дела уладит сам, ей нужно будет только выбрать платье.

Вечером Олеся позвонила Вере, чтобы пригласить на свадьбу.

Подруга была поражена наповал:

— Ты, вообще, в своем уме? Или ты меня разыграть решила?

—Нет, я встретила здесь Бориса, это ему принадлежит сеть наших супермаркетов. Я все решила, это не шутка.

— Что, старые чувства сильнее оказались? А я думала, что всерьез Артема полюбила.

—Да, это так, Верусь, я одного его люблю, но не хочу испортить ему жизнь. Пожалуйста, приезжай на свадьбу в субботу, я не хотела никакого торжества, но для Бориса это очень важно. Родители не могут приехать, скотину не на кого оставить, но ты приезжай поддержи меня.

— Прости, Олеся, но я не стану поддерживать тебя в этом безумии. Ты сейчас рушишь три судьбы — свою, Артема и Бориса. Я думаю, что ты просто струсила и не выдержала постороннего давления. Артем любит тебя и никогда бы не сожалел, если был рядом с тобой, но ты все рушишь своими руками, вбила в голову ерунду и оправдываешь свою трусость. Прости, но я не приеду.

В телефоне пошли короткие гудки, а Олеся стояла, не шелохнувшись еще долго, и перед глазами мелькали события не так давно минувших дней: Артем, мама Артема, Аня, мама Ани, снова Артем… Она понимала, что в словах подруги есть доля правды, и что ей немного страшно от угроз и предупреждений. Но больше всего она на самом деле не хотела, чтобы близкие и друзья Артема оказались правы, что она портит ему судьбу.

***

Артем буквально мчался домой, окрыленный надеждой обнять любимую. Там, где он был все это время, не было связи, а как только связь появилась, он не смог дозвониться до Олеси. Он забежал по лестнице, не дожидаясь лифта, и открыл дверь своим ключом. В квартире было тихо и пусто. Артём прошел на кухню, положил на стол букет цветов и заметил записку. Он прочел:

«Темочка, прости меня! Я очень сильно люблю тебя и потому не хочу поломать твою жизнь. Когда-нибудь ты встретишь молодую девушку и сможешь стать счастливым. А я не та, которая нужна тебе, ты в этом убедишься с годами. Не ищи меня, мы не должны быть вместе. Это не правильно. Живи в квартире, сколько нужно, потом передай ключи Вере. Я никогда не смогу тебя забыть. Пожалуйста, будь счастлив!»

Артем засунул записку в карман и помчался к Вере. К счастью, она оказалась дома. Увидев Артема, Вера потупила взгляд.

— Вера, где Олеся? Скажи! Я должен ее вернуть!

Вера взглянула на него с сочувствием и снова опустила голову. Он слегка потряс ее за плечи.

— Ве-е-ра! Я люблю ее! Я не смогу без нее жить! Где Олеся? Почему ты молчишь?

—Она замуж выходит, завтра свадьба. Глупая, совсем не понимает, что творит!

— Как… Замуж… Вера, я должен ее вернуть! Нужно остановить ее. Она считает, что я буду счастлив без нее, но я не буду! Я люблю ее!

Вера встрепенулась.

— Подожди в машине, я переоденусь! К утру успеем.

Она быстро закинула в сумку некоторые вещи, переоделась и выбежала на улицу. Уселась в машину и назвала Артему адрес.

Машина рванула с места с визгом так, что Вера прижалась к спинке сидения и осторожно коснулась плеча Артема.

— Артем, мы успеем, давай не будем правила нарушать, а?!

—Да, Вера, хорошо, я постараюсь.

По трассе ехали быстро, но аккуратно. Ночью ехать было проще, светились фонари вдоль трассы, а под утро, когда фонари отключили, но еще не рассвело, к тому же снег прилипал к лобовому стеклу, и дворники не успевали справляться, Артем заметил встречный автомобиль, идущий на обгон по встречной полосе на бешеной скорости. Он резко вывернул руль, но не успел уйти сторону. Раздался грохот удара и свист тормозов.

***

Олеся проснулась, оттого что услышала голос Артема, она четко разобрала слова: «Я никогда тебя не разлюблю!» Сердце бешено колотилось в груди, а потом резко сжалось и не отпускало. Какой-то дикий страх сковал все чувства и эмоции. Олеся неподвижно сидела на кровати и снова услышала голос: «Олеся!»

Он звал, он кричал, а внутри леденящая дрожь и парализующий страх.

Зазвонил будильник, и Олеся стала понемногу возвращаться в чувства. Слезы потекли по щекам, а из-за непонятного ощущения, возникшего внутри, пульсировало в висках и стонало в душе. Олеся принялась готовиться к свадьбе. В груди все сдавливало от непонятной и неведомой ранее тоски, тошнотворной и вызывающей страх. Она пыталась уговаривать себя, но это было очень сложно.

Вскоре приехал Борис. Счастливый и нарядный. Олеся посмотрела на него пустым взглядом:

— Борь, а может, зря мы это затеяли?

— Ну перестань, Олеся, мы взрослые люди! И мы просто пришли друг другу на помощь. Ты спасешь меня от одиночества, а я помогу тебе уйти от проблем.

Олеся положительно кивнула и надела пальто.

— Я готова!

— А Ляна что, не поедет с нами в ЗАГС?

— Нет, я попросила Игоря, чтобы позднее заехал за ней и привез сразу в ресторан.

— Ну хорошо, тогда, поехали!

Олеся медленно передвигала ноги, все мысли остановились, а грудь так и продолжало сжимать тоскливым удушьем.

После церемонии, которая длилась не более пяти минут, потому что Борис договорился, чтобы долго их не мучили, молодожены вышли на улицу. У Олеси зазвонил телефон. Звонила Вера, но какое-то странное чувство возникло, когда Олеся увидела ее номер.

— Алло!

— Здравствуйте! — это был чужой мужской голос, — я дежурный врач первой клинической больницы. К нам поступила женщина без сознания, я звоню сейчас с ее номера, и Вы подписаны как сестра.

— Ве-е-ера… Да, мы лучшие подруги, почти сестры. Я выезжаю.

Борис смотрел на нее вопросительно.

— Вера в реанимации, нужно ехать. Отмени торжество.

Борис дал знак водителю.

 

Олеся забежала в больницу и помчалась наверх, не зная, куда нужно обратиться.

— Женщина, Вы куда? — остановила девушка в белом халате.

— Мне звонили, тут… Вера… моя…

— Вы по аварии?

— Какой аварии?

— Пройдите в кабинет, сейчас подойдет доктор.

Олеся вошла в пустой кабинет и присела на стул. Следом вошел Борис и положил свои руки ей на плечи.

— Все будет хорошо! Не беспокойся.

Доктор вошел в кабинет и сходу начал объяснять:

— Вы не волнуйтесь, с вашей сестрой не все так плохо.

— С подругой, — перебила Олеся, — что с Верой? Что произошло?

— Ах да, простите. Неважно. Они попали в аварию, перед въездом в город. У нее сотрясение мозга и перелом руки. Сейчас она находится в реанимации, из-за шока, но думаю, что уже завтра переведем ее в палату.

— А Вы сказали: они? Кто они? С кем Вера была?

— Водитель машины.

— Какой машины? Почему Вера не на поезде ехала?

— Мне это не известно.

— А машина какая была, тоже не знаете?

— Нет, к сожалению, больше ничего мне не известно. Вы можете поинтересоваться этими вопросами в полиции.

Олеся поблагодарила доктора и попросила Бориса проехать в отделение полиции.

Она забежала в дежурную часть и с ходу начала задавать вопросы:

— Я по поводу аварии, сегодня, перед въездом в город… Какая машина там была?

Дежурный недовольно глянул на нее.

— А Вы кто?

— Я подруга одной из пострадавших, мне важно знать, кто там был еще?

— Участниками ДТП явились несколько автомобилей. Пострадавших тоже несколько.

— Меня интересует Вера, Пенюкова. В какой машине она была и с кем ехала?

— Минуту, — он принялся листать какие-то бумаги, потом поднял взгляд на Олесю, — Пенюкова находилась в Москвиче.

Олеся побледнела и слегка покачнулась.

— А… Водитель… Что с ним?

— Водителю повезло меньше, его сразу в морг отвезли…

Олеся попыталась ухватиться за руку Бориса, но упала без чувств, он успел подхватить ее и усадить на стул.

Очнулась Олеся в больнице. Рядом на стуле сидел Борис, а на краю кровати сидела Ляна и тихо плакала.

Олеся попыталась восстановить в памяти события, которые стали причиной ее нахождения в этих стенах и закрыла глаза, как только вспомнила слова полицейского.

Она сжала руками одеяло, натянула его на голову и разрыдалась душой, а слез больше не было…

 

ЛЮБИТЬ НЕЛЬЗЯ ЗАБЫТЬ 2 ЧАСТЬ ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ