Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Содержание материала

Глава 7

Утром Олесе было очень сложно проснуться. Просыпаться рядом с Артёмом уже стало приятной привычкой, а теперь его подушка была холодной, и Олеся, прижав ее к груди, разрыдалась как маленький ребёнок. В груди сдавливало от печали, она вдруг поняла, что впервые в жизни так скучает и тоскует по мужчине, с которым рассталась только вчера.

С трудом Олеся вылезла из-под одеяла и приготовила завтрак для дочери, затем разбудила Ляну и, пересилив внутреннее беспокойство, отправилась на работу. Казалось, что сердце сместилось и не может вернуться на место, не покидало чувство дискомфорта и ожидания чего-то неприятного.

Олеся очень хотела позвонить Артёму, но не решилась, опасаясь, что отвлечет его и может создать аварийную ситуацию. Она обратилась к нему всеми фибрами своей души с мольбой дать знать о себе. Зазвонил телефон.

— Привет, родная!

— Привет, родной! Как ты?

Олеся чувствовала, как колотится ее сердце, отчего участилось дыхание, и даже голос изменился. Артём почувствовал её волнение и попытался успокоить.

— Всё хорошо, не беспокойся. Прости, что раньше не позвонил. В дороге связи не было. Скоро буду на месте. Как вернешься домой после работы, сразу мне позвони, хорошо?

— Да, договорились. Очень скучаю. Люблю. Жду.

— И я люблю, скучаю очень. До вечера! Звони!

Волнение немного приутихло, даже радостно немного стало, но что-то продолжало беспокоить, и Олеся попыталась повторять весь оставшийся до работы путь, что все будет непременно хорошо.

— О, Лесь, привет! Выздоровела уже? — Олесю догнала продавец из кондитерского отдела.

— Ну да.

— Тебя тут дамочка какая-то разыскивала пару дней назад. У всех расспрашивала кто ты, да что из себя представляешь, где ты, когда смена твоя. Я её быстро отшила, ты меня знаешь, а с Дюжниной она долго о чем-то лясы точила.

— Странно, — Леся ненадолго задумалась, — спасибо, Олечка, что предупредила.

Всю рабочую смену Олеся была сама не своя. Мысли о женщине, которая о ней справлялась, и о том, что могла наболтать ей сплетница Дюжнина, роились в голове, не давая ни секунды покоя. Работала на полном автомате.

И вот, наконец-то, смена закончилась. Олеся поспешила домой, чтобы поскорее позвонить Артёму и услышать его целительный голос, который точно спасёт её от мрачных мыслей и необоснованных страхов.

Леся почти выбежала из магазина и вдохнула свежего воздуха. Казалось, что провела в стенах этого магазина целую жизнь.

— Олеся?

Леся оглянулась, её догоняла женщина, лет сорока пяти, весьма приятной внешности.

— Да-а. — Олеся вопросительно смотрела на незнакомку, и та не заставила долго ждать.

— Меня зовут Галина Вячеславовна, я мама Ани.

Теперь вопросительное выражение лица Олеси сменилось на недоуменное. Она не знала, как реагировать на эту ситуацию, и что нужно от нее маме просто подруги, даже не бывшей девушки, Артёма.

— Слушаю Вас, — Олеся пыталась говорить спокойно, но голос предательски срывался, выдавая её обеспокоенность.

— Не стану Вас задерживать, Олеся, разговор у меня будет краток. Вы ведь тоже мать чудесной девочки, поэтому должны меня понять. Я не могу спокойно оставаться в стороне, когда моя дочь так страдает.

— Я чем могу помочь?

— Вы могли бы повлиять на Артёма, объяснить ему, что у вас не может быть общего будущего, он молод, Вы… Не очень молода… простите за прямоту. Нет, Вас я вполне могу понять как женщина. И его, наверное, тоже. Не ожидал, испугался, а тут встретил женщину, которая пригрела под крылом…

— Вы хотите меня оскорбить? Мы любим друг друга, но Вам, я вижу, этого не понять.

Олеся развернулась и хотела уйти, но женщина остановила её.

— Вам самой-то не стыдно оставить ребёнка без отца? Или если у самой дочь безотцовщина, так ты другим напакостить желаешь?

— Мне непонятны Ваши намёки, и мне пора…

— Анечка беременна от Артёма. Уже два месяца. Вижу, что он этого тебе не сказал. Да он, как только узнал, взбесился просто. А тут ты ему подвернулась. Ну, пойми ты, глупая, он всё равно уйдёт от тебя, но зачем тянуть время, сейчас Анюте нельзя волноваться, а она рыдает целыми днями, извелась уже совсем. Её не жалко, так ребёночка хоть пожалей, он то за что страдает?

Олеся посмотрела ей в глаза:

— Простите, Галина Вячеславовна, но я не верю Вам. Прощайте!

Олеся резко развернулась и пошла торопливым шагом, но мать Ани догнала её, и начала теребить за рукав:

— Пожалей ребёночка, не губи ты судьбы. Анечка с Артёмом влюблены друг друга, с детства. Ссорились много раз, мирились, вот и сейчас помирятся. Но Анечка из-за этой глупости ребёнка ведь рискует потерять, — женщина вытерла слёзы, и начала нервно искать что-то в сумочке.

Она достала бумагу, свёрнутую вчетверо, и протянула Олесе:

— Вот, читайте! Угроза выкидыша. Если что-то случится с моей дочерью или внуком, ты одна виновата будешь! Своего мужика удержать не удалось, так ты в чужого вцепилась как коршун в добычу. Нашла бы кого постарше, зачем мальчику мозги-то затуманила?

Олеся молча посмотрела на неё холодным пронизывающим взглядом, и женщина замолчала.

Всю дорогу до дома Олеся не шла, бежала, слёзы текли из глаз мартовскими ручьями, а в ушах звенели слова незнакомки, как заезженная пластинка.

Забежав в квартиру, Олеся прислонилась спиной к двери, ещё сильнее разрыдалась и скатилась на пол. Она достала из кармана телефон и пыталась позвонить Артёму, но пальцы не слушались, постоянно нажимая не на те кнопки. Но вот, наконец-то, номер набран, но ответил не Артём, а женский голос: «Абонент вне зоны доступа»…

***

До деревни Артём доехал благополучно. Дороги были почти пусты, любителей погонять не встретилось, и это было настоящим везением.

Войдя в калитку, Артём обратил внимание, что дверь на веранду немного приоткрыта, значит, дед должен быть дома. Проходя вдоль дома, он легонько постучал в окно. Никто не выглянул. Это насторожило Артёма.

Войдя в коридор, он с порога негромко крикнул:

— Дед, ты дома? Дедуль!

Никто не отвечал. Артём прошелся по пустым комнатам и снова вышел на улицу. Сарай и баня были закрыты снаружи на шпингалеты, значит, искать там бесполезно, но Артём заглянул на всякий случай и туда. Затем прошел в огород, на задний двор, но и там — никого. Он вышел за калитку и увидел соседку, выгоняющую со двора корову.

— Баб Даш, привет!

— Ой, Тёмочка, привет, дорогой! Давненько не видала тебя. Возмужал! Не узнать! Дедулю навестить приехал?

— Ну да, да только нет его нигде. Вы когда с ним последний раз виделись?

— Да денька три назад за молочком приходил. Он у меня два раза в неделю покупает по три литра.

— Где он может быть?

— А ты до сельсовета добеги. Сегодня ж пенсию подвезти должны, так можа он пораньше и пошёл туда. Хотя, они к обеду только подъезжают, ну проверь все равно.

— Ага, спасибо, баб Даш!

Артём завёл машину и поехал к сельсовету, который находился на другом конце деревни. Можно было бы дойти пешком, но хотелось поскорее найти деда и убедиться, что с ним всё хорошо, и что его болезнь совсем несерьезная.

Выйдя из машины, Артём подбежал к двери сельсовета и остановился как вкопанный. На двери висел ржавый амбарный замок. Сердце защемило, а в висках пульсировало от нервной напряженности. Артём посмотрел по сторонам и решил забежать в магазинчик, неподалеку.

Для того чтобы открыть старую дверь магазина, пришлось приложить определенные усилия. Сонная продавщица, женщина лет сорока, с очень ярким вызывающим макияжем, выглянула из-за прилавка.

Покупателей не было, и она засыпала от скуки.

— Здравствуйте! А скажите, Зимин, Евгений Иванович сегодня не заходил?

— Ой, да кто сюда зайдет-то? Денег нету у народа. Вот после обеда здесь будет не протолкнуться, как пенсию получат, а пока никого не было. А дед Женя так уже с неделю тут не появлялся.

— А вы не знаете, где он может быть? Ну, может, слышали, в больницу, например, попал, или еще чего могло случиться?

— Бог с тобой, с чего ему в больницу попадать? Мужик он крепкий, здоров не по годам. А куда подевался, не знаю, ничего не слыхала.

Артём поблагодарил женщину и поехал обратно. Волнение нарастало по мере приближения к дому. Артём не мог предположить, куда ещё можно податься и поэтому решил проверить в доме все шкафы, посмотреть, все ли вещи на месте и документы.

Артём не стал загонять машину во двор и медленно побрёл к дому, но заходить внутрь не было никакого желания. Он присел на скамейку под яблоней и погрузился в раздумья, из которых вскоре вывел скрип открывающейся калитки.

— Тёма, что случилось? Почему ты здесь, в будний день?

Артём вскочил со скамейки и помчался навстречу деду. Он приобнял его за плечи, слегка потряс и прослезился.

— Ну, разве можно так пугать, скажи? Ты где был? Как здоровье?

— Да нормально всё, порыбачить решил, — дед потряс сеткой с несколькими караськами, — вот, Матроску угощу сейчас, что-то не видать его. Кс-Кс!

Дед взглянул Артёму в глаза, прищурился и, положив руку на плечо, сказал уже серьезно:

— Ну-ка, пошли, почаёвничаем, и все расскажешь.

Артём не знал, как себя следует вести, и что, вообще, происходит. Дед выглядел вполне бодрым и счастливым. Непохож он был на человека, у которого ещё пару дней назад были серьёзные проблемы со здоровьем.

Евгений Иванович мигом растопил камин и поставил самовар. Собрал на стол варенье, мёд, молоко и пригласил внука к столу.

— Ну, рассказывай, каким ветром занесло тебя сюда? — разливая свежий травяной чай, поинтересовался дед.

— Расскажу, конечно, всё расскажу. Только ты мне сначала скажи, почему у тебя телефон недоступен?

— Хм! А мать тебе, не сказала, что ли?

— Что именно?

— Так нас без связи же оставили ироды. «Телемикс» с рынка ушёл без предупреждения. Ну, ты же знаешь, кроме них здесь связи сотовой больше не было, а проводной телефон только у администратора. Сейчас другой оператор строит вышку свою. Обещают и сотовую идеально наладить и интернет начать подключать, но месяца полтора это счастье ждать придется. Так я Маргаритке позвонил с сельсовета, предупредил, чтоб не теряли, просил тебе передать. А она что ж, забыла, что ли?

— Не забыла она, дед, попутала что-то… — Артём сразу же вспомнил про Олесю. Она же будет звонить, а связи нет. Беспокойство овладело его сердцем, в это мгновенье он понял, насколько сильно соскучился и как ему не хватает сейчас её нежного взгляда.

— Деда, а мама тебе ничего обо мне не говорила?

— Нет. А должна была? — дед хитро сощурился, и Артём сразу понял, что по его поведению дед уже обо всем догадался, — давай рассказывай, вижу, как глазенки-то сияют. Никак влюбился, Тёмка?

— Да, дед, от тебя никогда ничего утаить нельзя было.

— Ну и как, серьезно у тебя? Кто она? Не томи старика!

— Деда, скажу сразу, что я всё решил и уже ничто не сможет изменить моё решение. Олеся старше меня, у нее дочь. Из-за этого мама категорически против наших отношений. Это она специально меня сюда отправила, подальше от Олеси. Сказала, что ты серьезно заболел.

— Вот же шельма! Ну, недаром бабушка всегда говорила, что её ничем не изменить уже.

— Дед, я понял, что Олеся именно та, с которой я должен прожить всю жизнь. Мы познакомились совсем недавно, а кажется, что целый век вместе.

— Ну, что я могу сказать, сынок… поздравляю! Рад, что ты встретил свою судьбу и если есть родство души, разница в возрасте тут не помеха. А мать, она всегда такой была, не ясно только, в кого она эгоисткой стала. Мы ведь с бабушкой твоей старались ей пример показывать, как стать достойным человеком, а она как в город упылила, будто подменили её там. Да, что о ней то говорить. Фото Олеси есть?

Артём открыл мобильный альбом, легкая улыбка коснулась его губ. Он даже и не сомневался, что дед поддержит его, но было приятно услышать от него добрые слова.

— Вот! Моя Олеся!

Дед потянулся за очками и взял в руки телефон. Долго разглядывал фотографии.

— Хороша! И по возрасту очень молодо выглядит. Что мать взъелась, не пойму, ну да ладно, Бог рассудит. Как, вообще, дела? Как учеба продвигается, какие планы?

— Да, отлично всё! Думаю, на заочное перевестись. Ты же знаешь, я могу и сам прекрасно заниматься. А так, работу дневную найду, тренировками особо не заработаешь, чтобы семью достойно обеспечить.

— Ну и правильно, чего тебе штаны там просиживать. Ты у нас мужик серьезный, не то, что балбесы некоторые, не пропадешь!

— Хотим с Олесей заявление в ЗАГС подавать. Свадьбу скромную сыграем. Приедешь?

— А как же?! Разве я смогу не приехать на такое событие! И вы, как время будет, приезжайте, ребенку свежий воздух на пользу пойдет.

— Конечно, обязательно приедем! Ну, я поеду, дед?! Рад, что всё отлично у тебя!

— А я-то как рад был повидаться, жаль, что обманом тебя сюда отправили, от дел отвлекли, ну ничего, с матерью твоей разговор серьёзный будет.

Артём обнял деда и, попрощавшись с ним, побежал к машине.

— Постой! — Евгений Иванович догнал Артёма, — возьми вот яблочек и меду девчоночкам своим. Всё своё, вкусное, свежее!

Артём поблагодарил деда, и поспешил домой, мечтая поскорее обнять Олесю.