Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Содержание материала

Утром Артём отвез Олесю на работу, а потом вместе с Ляной поехали на тренировку. Он старался вести себя так, будто ничего не произошло, но получалось не очень хорошо.

Олеся чувствовала некий холодок, возникший в их отношениях, и это очень сильно настораживало, а слова Галины Вячеславовны продолжали жужжать в голове: «если любишь, отпусти, не калечь его судьбу…».

Утро в супермаркете начиналось как всегда вяло. Покупателей почти не было, но Олесе это было только на руку, она пыталась собраться с мыслями, чтобы личные неприятности не вылились еще и в неприятности по работе. Олеся на секунду прикрыла глаза, чтобы немного прийти в себя, а когда открыла, перед ней неожиданно возникла женщина, которую Олеся видела впервые, но сразу поняла, что это мать Артёма.

— Ах ты, дрянь! Я предупреждала тебя! Я по-хорошему просила оставить сына моего в покое! Так ты теперь ребеночка невинного еще решила без отца оставить?! Не позволю! За сына и внука глотку перегрызу! Проклинаю тебя, тварь! Проклинаю!!!

Олеся встала на ноги, смотрела на нее в упор и, вдруг, поборов всякий страх, уверенно и кротко произнесла:

— А я благословляю Вас!

В это время подбежали охранники и увели буйную женщину в служебную комнату. Олесю пригласили к директору магазина.

Она вошла в кабинет и остановилась у двери.

— Проходи садись, — указала на стул Алла Витальевна.

Олеся опустила голову, продолжая находиться в растерянности от случившегося.

— Кофе будешь? — спросила директор, они были знакомы с Лесей уже давно, еще когда она работала товароведом, а Олеся только устроилась к ним в магазин ученицей. Они по-дружески общались, и Алла Витальевна часто шла Олесе на уступки.

— Да нет, итак голова идет кругом.

— Сильно достали? Не отвечай, и так все вижу. Вижу даже, что ты сдаться решила? А зря! За любовь свою бороться надо! Любишь — держи! И никому не отдавай!

Олеся молча кивнула и потупила взгляд.

— Послушай, Лесь, давно рассматриваю твою кандидатуру. В Новососновске наш филиал открывают. Нужен управляющий — человек, знающий нашу систему, наш товар, поставщиков… соглашайся! Будет тебе шанс уехать, вместе с принцем своим подальше от всех этих… не будем вслух произносить. Что скажешь?

— Не знаю. Какой из меня управляющий?

— Нормальный! Ты ж и продавцом во всех отделах постояла, и товароведов подменяла на время отпусков, и кассу знаешь. Со всеми тонкостями знакома, ну правда, никого другого на эту должность не вижу. Вон, одни новенькие и остались, старожил никого, кроме нас с тобой.

Олеся загадочно взглянула на нее, но промолчала.

—Ну ладно, не буду на тебя давить. Подумай пару дней, а сейчас домой иди. Поставим выходные тебе, потом отработаешь без дополнительного времени, ну, а если надумаешь поехать, так и совсем уладим. Да, кстати, зарплата там втрое больше будет, учти!

Олеся поблагодарила Аллу Витальевну, пообещала подумать и отправилась домой.

Войдя в подъезд, она первым делом проверила почтовый ящик. Должны были прислать квитанции по коммунальным платежам. Но вместе с нужной корреспонденцией в ящике было полно листовок, рекламных газет и визиток. Олеся вытащила все одной кучей, и на пол упал тяжелый конверт. Леся подняла его, сложила все в сумку и поднялась наверх. Дома она сразу же открыла конверт и вытащила фотографии. Она не поверила своим глазам. Это были снимки Ани и Артема. Они лежали вместе в кровати, обнаженные, но прикрытые пледом. Вместе с фотографиями была вложена записка: «Случайно в телефоне оказались фотографии. Извини, более откровенных снимков нет, но и этого должно быть достаточно для того, чтобы понять — я не вру!»

Олеся прошла на кухню, присела на стул, налила в стакан воды и залпом выпила.

«Нет, этого не может быть. Это неправда. Артём не может лгать. Это монтаж…» — уговаривала себя Олеся, произнося вслух слова.

Она снова начала внимательно разглядывать фотографии и обнаружила, что на груди Артёма нет родинки! У него на груди большая родинка в форме звездочки, которую невозможно было бы не заметить, а на фото ее нигде нет. Значит, точно монтаж! Олеся облегченно вздохнула, собрала фотографии вместе с конвертом и запиской, вышла на улицу, прошла за дом и сожгла, чтобы и следа от этого не оставалось.

Вечером Артём вернулся немного позднее. Он принёс большой шоколадный торт и бутылку любимого вина.

Выглядел он получше вчерашнего, но все же был немного грустным.

— Что-то произошло? — заволновалась Олеся.

— Всё хорошо, моя родная, но… Есть одна ма-а -аленькая неприятность. Группа атлетов едет завтра на сборы, а их тренер, как назло, сегодня ногу повредил. Меня попросили вместо него поехать, больше просто некому. Кто на соревнованиях, кто где, я один остался. Отказаться никак!

—Как жаль, — Олеся опустила голову, а к уголкам глаз подступили непрошеные слезы.

Артем нежно обнял ее и прижал к себе так трепетно, что все неприятности показались всего лишь крошечкой среди безмерного счастья. Артем принял душ и вышел из ванной, надевая футболку на ходу. Олеся подошла к нему и задержала его руку. Она внимательно посмотрела на его родинку и нежно провела по ней рукой, потом поправила футболку и молча улыбнулась только ей одной понятной улыбкой.

Этой ночью они не смогли уснуть. Так не хотелось расставаться, и так хотелось сбежать подальше от всех проблем, которые создавали для них окружающие.

—Мы уедем отсюда, я обещал тебе, и думаю, настало время, я никому не позволю разрушить наши отношения, — Артем смотрел на Олесю карими красивыми глазами, и она читала в них искренность, любовь и удивительную нежность.

Она крепко прижалась к нему, как будто в последний раз и не отпускала из своих объятий.

— Тёмочка, я так люблю тебя! Что бы ни произошло, ты всегда помни об этом. Я никогда не смогу разлюбить тебя, никогда, ты слышишь?

— Слышу, конечно, слышу, Лесенька, но что должно произойти?

— Не знаю, что угодно… Я сейчас обнимаю тебя, а такое чувство на душе, будто больше тебя не увижу.

— Ты просто переволновалась. Ну, ничего, как только я вернусь, непременно подумаем о переезде. Так не может дальше продолжаться.

— Но ведь тебе нужно дождаться, пока Аня родит?!

— Мне? Мне это вовсе не нужно. Кому это надо, пусть и дожидается, а я не хочу ломать нашу жизнь из-за чужой прихоти. Мне ты одна нужна. И только ты родишь моего ребенка!

Олеся мило улыбнулась и еще сильнее прижалась к нему.