Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Содержание материала

 

Ляна уже спала. Олеся погладила дочь по голове, укрыла пледом и прошла в свою комнату. Она взглянула на себя в зеркало и включила камеру: «Всем привет, дорогие друзья! Вот и вернулись мы из Парижа, но случилась беда. К счастью, все плохое позади и я решила поставить вас в известность. Не теряйте нас. Мы пока не будем выкладывать новые блоги, потому что Тёмочка еще в реанимации. Я буду держать вас в курсе событий, но видео с отдыха будут позднее. Надеюсь, вы понимаете. Я хотела бы сейчас передать слова огромной благодарности нашему спасителю. Донору, который согласился помочь моему ребенку. Он, к сожалению, не захотел сказать даже своего имени, но я надеюсь, что если не он сам услышит, то возможно, кто-то передаст, что я искренно благодарна ему, от всей души желаю безмерного счастья и здоровья. Такие люди должны быть счастливыми, иначе просто быть не может. СПАСИБО ВАМ ОГРОМНОЕ, ДОБРЕЙШИЙ ЧЕЛОВЕК!» Последние слова Олеся сказала со слезами на глазах и выключила камеру. Она наскоро смонтировала видео и загрузила на канал.

Вернувшись из ванной, Леся увидела несколько оповещений. Подписчики писали слова поддержки, пожелания скорейшего выздоровления, но одно сообщение привлекло особое внимание Олеси: «Кровь первая отрицательная?». Это был Скиталец.  Что-то вдруг кольнуло в груди, Олесе захотелось выяснить, кто он и почему его интересует группа крови. Она перешла на канал Скитальца. Ничего интересного. Регистрация от даты, когда он подписался на ее канал. Других подписок нет, а в понравившихся видео только Лесины. Лица на аватарке невозможно было разглядеть, его сильно затенял черный капюшон, натянутый до самого носа.

Олеся удалила его сообщение. И принялась ходить из угла в угол: «Кто ты? Очередная чья-то шутка? Кому же я дорогу перешла? Зачем? Нет, я не должна обращать внимание. Я справлюсь! Я все смогу!»

Она достала из шкафа сумку с вещами Артёма открыла, но тут же снова закрыла и убрала обратно. Открыла мобильный альбом с его фотографиями и только теперь ясное осознание того, что Тёмочка - сын любимого мужчины, начало просыпаться. «Родной мой, любимый, не представляешь, насколько я счастлива! Тёмочка наш с тобой сын! Помнишь, как мы мечтали об этом? Прости меня, милый, прости! Я никогда не разлюблю тебя! Наш сын поправится, и мы всегда будем ждать тебя. Ты обещал мне в каждом сне вернуться, а я тебе верю. Я знаю, что когда-то мы будем вместе. Пусть даже через сотню лет, но я дождусь!»  Олеся впервые за все время разговаривала с Артёмом, глядя на его фотографию, без слез. Радость от сегодняшней новости переполняла все ее существо. Она готова была вспорхнуть и парить над вселенной, делиться счастьем и всем кричать о том, что Тёма – ЕГО сын!

Спать совсем не хотелось, но Леся понимала, что сыну она нужна здоровой, бодрой и веселой. Она легла, и погрузившись в позитивные мысли о сыне, уснула. Артём уже ждал ее и сразу крепко обнял: «Спасибо за сына, милая! Я счастлив. Я все сделаю, чтобы скорее к вам вернуться. Я теперь горы переверну. Любимая, жди меня!» Не успев насладиться мгновениями, Олеся проснулась от звонка будильника. Очень хотелось продлить сон и еще хоть немного побыть с Артёмом, но нужно было бежать в больницу.

—Мамуля, можно с тобой к Тёме? Я так скучаю! — потягиваясь, Ляна вышла из комнаты.

— Нет, доченька, пока нельзя. Но как только в палату переведут, тетя Вера тебя сразу привезет. Завтрак готов. Будь умницей, я позвоню!

Зазвонил домашний телефон. Олеся поспешно ответила.

— Олеся, здравствуй! Это Маргарита Евгеньевна. Я уже дома. И хочу еще раз поблагодарить. Ты просто спасла меня. Я сегодня же примусь за восстановление документов и как только все оформлю, сразу же деньги верну.

—Маргарита Евгеньевна, я должна Вам сказать, что Тёмочка Ваш внук и он сейчас в больнице. Я спешу, простите.

—Ма-а-ам? — Ляна мгновенно взбодрилась, — мне не послышалось? Почему я только сейчас об этом узнаю?

— Я хотела рассказать тебе немного в другой обстановке, по-праздничнее,  что ли.

— Да, мама, какой праздничнее. Это же просто счастье! Ты не можешь себе представить, какая это радость.

Ляна обняла мать и восторженно вскрикнула.

— Ну, все, все! Мне бежать пора. Я, если честно, сама не совсем приняла этот факт и боюсь не вынести такого счастья, поэтому стараюсь сдерживать эмоции.

В больницу Олеся успела вовремя. Сынишка как раз только начал просыпаться. Доктор вошел в палату:

— Вообще, в реанимацию мы никого не запускаем, но для Вас сделали исключение, чтобы ребенка обезопасить от волнений. Ему нужны сейчас только положительные эмоции. Да и наверное, после обеда, переведем уже в обычную палату. Показатели все приходят в норму, что очень удивительно. Кровь идеально подошла. И кстати, вчера вечером ваш донор упросил пропустить его увидеть мальчика. Беспокоится. Ну, конечно же, в палату его не пустили, а в окошко заглянуть позволили.

Олеся взглянула на доктора и осторожно спросила:

— А он так и не решился открыть свое имя?

—Нет, это исключено, я не могу, и не просите.

—Хорошо, не буду.

Олеся попыталась что-то скалькулировать в голове, но все мысли возвращались к малышу.

— Привет! Родной мой, как же ты нас напугал! Все будет хорошо, скоро домой вернемся! И больше никогда болеть не будем, да? Никогда.

Малыш улыбался своей несравненной улыбкой, согревающей душу и напоминающей об его отце. Олеся не могла понять, где были ее глаза, почему она не замечала эту улыбку, до боли родную и милую. Так улыбаться мог только Артём. И Тёмочка очень похож на него, но она была настолько уверена, что ребенок Бориса, что не замечала элементарных вещей.

—Солнышко моё! Я так тебя люблю! Ты моя радость, моё счастье, мой свет!

Сынишка вел себя спокойно и выглядел гораздо веселее.

После обеда пришли результаты анализов и Тёму перевели в обычную палату. Олесе разрешили оставаться с ним, и она попросила Веру побыть с Ляной эти дни.

Вечером в палату тихо постучали. Олеся вышла. Пришла Маргарита Евгеньевна в сопровождении мужчины.

— Олесенька, мы так счастливы! Ты позволишь нам видеть внука? Это папа Артёма, мы решила снова жить вместе, исправить прежние ошибки, так сказать. Жаль, что одну ошибку не исправить никогда, — она утерла слезы.

Олеся тяжело вздохнула.

—Я рада за вас. Верю, что у вас все получится. А к внуку, ну конечно, приезжайте!

—Спасибо тебе, Лесенька, Анюта тоже попросила извинения передать, и желают мальчику здоровья крепкого. Ты не держи на нее зла…

—Да я все понимаю. И моей вины в том, что случилось, гораздо больше. Себя никогда простить не смогу.

Родители Артёма вошли в палату. Тёмочка спал. Они немного постояли  у кроватки.

—Копия папа! — заметил дедушка.

—Да я не понимаю, как я могла не замечать этого сходства. Хотя, постоянно приходили навязчивые мысли, но я считала, что это плод моих воображений. Уж очень мне хотелось, что это был сын Артёма.

Бабушка с дедушкой ушли, а Олеся присела на край кроватки и нежно погладила сына по головке, такой маленькой и такой родной.

Утром приехали Вера и Ляна. Тёма больше всех обрадовался сестренке. Он весело ей что-то объяснял по-своему, а она протянула ему крольчонка:

—Держи! Это подарок папы!

Ничего не понимая, малыш расцвел в улыбке и прижал к себе пушистого милаху.

Уже через пару дней ребенка выписали из больницы, но при условии,  что дома будут принимать лекарства строго по назначению,  и пару раз в неделю нужно будет являться в больницу.

Олеся соблюдала все назначения врача, кормила ребенка только диетическими продуктами, и в строго назначенное время повезла малыша сдать анализы.

В процедурном кабинете они сидели у окна. Олеся держала сына на руках, сама смотрела в окно, потому что не выносила вида медицинских инструментов. В скверике на заднем дворе гуляли пациенты больницы. Несколько человек санитарки катали в колясках. Взгляд Олеси зацепился за человека, сидящего в кресле в черной олимпийке с капюшоном, натянутым до самого носа. «Скиталец?» Олеся попыталась приподняться.

—Не шевелитесь, пожалуйста, держите ручку. Сейчас, еще секундочку, — вежливо попросила медсестра.

—Да, простите, — Олеся сильно нервничала и хотела поскорее уйти.

Как только процедура закончилась, она взяла сына на руки и поспешила на задний двор. Но человека, в котором она узнала Скитальца, уже не было. Она подошла к девушке, сидящей на скамейке  в одежде мед работника:

—Простите, вы не видели, куда увезли человека в черной олимпийке,  с капюшоном, в инвалидном кресле?

—Не знаю, я не обращаю внимание, кто здесь бывает, куда уезжает. Не видела.

Олеся медленно пошла в обратном направлении, оглядываясь по сторонам, но того, кого она желала увидеть, нигде не было.

Вернувшись домой, она накормила детей и пока Ляна играла с братиком,  зашла на канал Странника,  не раздумывая, написала сообщение: «Кто Вы и что Вам нужно?» Ждать ответа он не заставил, и уже через минуту замелькало оповещение, Олеся открыла, не в силах справиться с волнением: «Я Ваш поклонник». Олеся смутилась, и все ее надежды разлетелись, как волна, ударившаяся о скалу.  Она немного подумала и набрала ответ: «Что Вам нужно? Прекратите меня преследовать!». Следующее сообщение ее слегка удивило: «И не подумаю. Ты должна быть счастливой, Олеся!»

В этот момент Леся вдруг поняла, о чем говорили ей близкие, предупреждая о славе. «Никогда не думала стать мишенью маньяка»… Олесе и раньше писали разного рода такие же странные сообщения о том, что она кому-то нравится и т.д., но она удаляла их и на этом все заканчивалось. А этот человек отслеживает только ее канал, скрывает свое лицо, интересуется группой крови сына. Неужели Скиталец и есть донор? Теперь Олеся не могла найти себе покоя.

Она не знала, как быть, поэтому позвонила Вере и попросила приехать. Выслушав рассказ подруги, Вера задумалась.

—Если честно, не знаю, что тебе сказать! Мистика какая-то, на самом деле. Ты сама-то что думаешь на эту тему?

—Я сама уже не могу об этом думать, потому тебя и прошу помочь. Мне почему-то не страшно, понимаешь, и это настораживает. Как будто я чувствую притяжение к этому Скитальцу, как будто это Артём, понимаешь, до чего я уже докатилась.

—Ну так давай отследим его, если это он гулял в больнице и выясним.

—Как ты собираешься это сделать?

—Сяду в холле, там как раз окна выходят на прогулочную площадку и буду наблюдать. Примерное время прогулок выясним у санитарок.

Вера набрала номер в телефоне:

—Девушка, здравствуйте! Подскажите, пожалуйста, в какое время у вас больные гуляют? Которые в инвалидных креслах? Спасибо Вам огромное! Спасибо! — Вера загадочно улыбнулась, — Ну все, завтра с 12-00 до 13-30 посижу в больнице, подежурю.

—Спасибо, Верочка!

На следующий день Вера сделала, как обещала. Приехала в больницу в 11-40, просидела до 14-30 но никого похожего на Скитальца так и не было.  Все пациенты гуляли в больничных пижамах, и ни одного в черной олимпийке, да еще с капюшоном!

Вера нашла доктора, который наблюдает Тёмочку и задала прямой вопрос:

—Где я могу увидеть донора, который сдавал кровь для сына моей подруги?

—Нигде!

Вера посмотрела на него взглядом лисицы:

—Ну, пожалуйста, нам это очень важно!

—При всем желании, ни чем не могу помочь. Его сегодня выписали.

—Как же так?! Ну а адрес его у Вас есть?

—Да что Вы себе позволяете? Это пациент главного врача. Нет никакого адреса. И попрошу Вас больше не являться сюда.

Доктор поспешно удалился, а Вера набрала номер Леси и виноватым голосом сообщила:

—Ничего не вышло. Прости!